Особенно меня.

В книге у неё был совсем другой характер, как так? Ни разу не слышала, чтобы она в чем-то обвиняла моих мужей. Еще и так открыто. Словно не сдержав своих эмоций. Скорее, наоборот, старалась сгладить все выпады Джул в их сторону. А сейчас… что происходит?

А девушка тут же побледнела и в шоке уставилась перед собой, словно сама не ожидала от себя подобного.

— Его разруш-ш-ш-шили не мы, а наш-ш-ш-ши отцы, которые уже-е-е давно понес-с-с-сли за это наказ-с-с-сание. Они все погибли, как и те, кто участвовал в каз-с-с-сни. Мы ж-ш-ш-ше, как и ты, были детьми в те времена и не учас-с-с-с-ствовали в этой войне, — ответил Химо низким шипящим голосом, а его белки вдруг пожелтели, в них появились коричневые вкрапления, а зрачок вытянулся в нитку.

Как там говорят обычно? Змеиный взгляд… вот он какой…

Сейчас Химо реально был похож на змея, ему только капюшона не хватало. А вот язык уже трансформировался, ведь он приоткрыл рот и высунул его буквально на мгновение, пробуя воздух на вкус, как это делают настоящие змеи.

А я настолько засмотрелась на это невероятно красивое и одновременно опасное зрелище, что даже не поняла, что сейчас Миаланта находится в нескольких мгновениях от смерти. Потому что на лице Химо уже даже чешуйки начали появляться.

— П-простите, — прошептала она еле слышно, сообразив, что нарвалась и по-крупному.

А я вовремя успела положить свою ладонь на руку Химо, чтобы удержать его от броска.

Он резко, буквально в считаные мгновения, повернул свою голову ко мне, и мне показалось, что сейчас я окажусь на месте своей не слишком дальновидной сестры, но мой муж себя сдержал, а затем в его взгляде и вовсе отразилась растерянность.

Интересно…

А ведь на Химо это было вообще не похоже. По книге он был тем единственным, кто умел даже в самых сложных ситуациях держать себя в руках и действовать больше с помощью интриг, чем напрямую, как те же Харск с Лаусианом.

Кажется, трансформация в змея не прошла для его психики бесследно.

— Уф-ф, было жарко, — хмыкнул Лаусиан, посматривая на Химо с азартным весельем.

— Неожиданно, — вставил своё лаконичное слово Харск, смотря на повелителя зеленых фейри с недоумением.

Химо явно смутился и посмотрел на меня с легкой благодарностью, а руку сжал, поднес к своим губам и поцеловал, вернув своим глазам привычный вид.

— Думаю, что сестра просто немного устала и перенервничала, вот и сказала, не подумав, — решила я попытаться стабилизировать ситуацию. И посмотрела на Миаланту, чтобы та подтвердила мои слова.

— Да, — качнула она головой, отводя свой взгляд и уставившись исключительно в тарелку.

— Я тоже сильно перенервничала сегодня, — улыбнулась я всем моим мужьям. — Столько всего необычного за этот бесконечно долгий день произошло… Думаю, нам всем не мешало бы отдохнуть как следует. Кстати, Миаланта, ты взяла с собой личные вещи? Где вас поселили?

— В гостевых покоях, — тихо ответила она.

— Я распоряжусь, чтобы твои вещи перенесли в новые покои, негоже тебе в гостевых жить. Ты теперь наша семья. Значит, будешь жить в нашем крыле. А также чтобы выделили горничных. Тебе четырёх хватит или побольше? — продолжила я спрашивать девушку.

А в этот момент на сцену вышли немагичные фейри, жители уже нашего государства, и устроили невероятное шоу, чем-то похожее на шоу «цирка дю солей», которое я видела только в интернете.

Правда, у местных фейри вообще никакой страховки не было, и это при том, что крыльями им пользоваться было запрещено.

Они буквально ходили по тонкой грани, и все гости это прекрасно понимали, наблюдая за акробатами, затаив дыхание.

— Четырех будет достаточно, — ответила Миаланта, тоже завороженно наблюдая за представлением.

Тем самым подтвердив мои догадки о том, что горничных у неё изначально не было, а то могла ведь сказать, что у неё есть свои.

— Отлично, я распоряжусь, — ответила я, невольно понизив голос, когда один из акробатов, стоящий на пирамиде из людей, подкинул в воздух тоненькую девочку, а затем спокойно её поймал, да еще и в очень красивой позе. И всё это с улыбкой на лице. Будто она вообще ничего не весила.

Я поманила пальцем одного из лакеев, стоящего рядом, и попросила, чтобы он позвал ко мне Вилесу.

Та появилась у стола буквально через несколько мгновений.

— Найди для герцогини Миаланты четырех хороших горничных, — прошептала я ей на ухо, — пусть заберут вещи моей сестры из гостевых покоев, она переезжает в розовые покои в моём крыле.

Вилеса посмотрела на меня с удивлением.

Ну еще бы, там ведь всегда жила королевская семья — только самые близкие. А именно: король, королева и их дети.

Остальные же родственники жили в другом крыле.

Но я не собиралась так далеко отселять Миаланту. Всё потому, что моё крыло защищалось намного тщательнее и проникнуть посторонним туда было невозможно.

Этим решением я убивала сразу несколько зайцев.

Во-первых, мне бы это позволило попытаться сблизиться с сестрой по-настоящему. Во-вторых, оградить её от влияния князя и наставника, который спихнул детей в отвратительнейшее место, хотя мог бы увезти их в нормальный приют. Ну и в-третьих, как там в поговорке: «Держи друзей близко, а врагов — еще ближе».

Хоть я и надеялась, что мы с Миалантой не станем врагами, однако же не надо было исключать и самый худший сценарий. И если девушка будет на моих глазах, я, возможно, смогу хоть что-то предпринять.

Конечно же, объяснять всё это я не собиралась здесь и сейчас, лишь шепнула Вилесе, что поговорю с ней позже.

Она, само собой, нахмурилась и явно не была в восторге от моего решения, но спорить при посторонних не стала. Но я уверена, что обязательно устроит мне допрос с пристрастием, когда мы останемся с ней наедине.

Глава 15

После всех выступлений наконец-то пришло время открытия бала. И всех гостей пригласили в следующий зал.

А за моей спиной появилась Вилеса и объяснила, что мне с одним из мужей надо выйти и потанцевать первыми, чтобы дать старт балу. Так положено по старым традициям: король с королевой открывают любой бал.

Вот только с кем из мужей это делать?

Все гости направились в зал, сестру я придержала и попросила Вилесу поставить для неё трон рядом с нашими, чтобы она находилась вблизи.

— Все должны видеть, что теперь моя сестра — моя семья, — погромче сказала я девушке, чтобы меня услышала и Миаланта.

— Как скажете, моя