умереть очень страшной смертью. Как ты мог? — прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы от обиды.

— Я же говорил, что хотел убедиться, что ты моя истинная, — спокойно пожал он плечами. — Я убедился. Теперь я счастлив.

— Великолепно, — с сарказмом произнесла я и добавила: — Если убедился, будь добр, верни меня обратно на бал.

— Нет, — спокойно ответил этот гад и начал зачем-то водить своим носом по моей щеке и виску, словно принюхиваясь.

И что самое поганое, мне это понравилось, так и захотелось к нему прижаться поплотнее и самой поводить носом по его лицу, чтобы запомнить запах…

Но моя обида была намного сильнее.

Я ведь могла прямо сейчас умереть. А он просто для того, чтобы проверить, я это или не я, решил меня бросить в лаву.

Я отстранилась от мужа, отпуская руки, и вновь уже более твердым голосом сказала:

— Лаусиан. Верни меня немедленно на бал!

— Детка, ну что ты так нервничаешь? Просто расслабься и получай удовольствие, — прошептал этот соблазнитель мне в ухо, вызвав табун мурашек по всему телу, и это при том, что мы продолжали сидеть в лаве.

Настоящей лаве, мать его!

Удивительно, что мой наряд не расплавился.

— Ты только что пытался меня убить — по-твоему, я могу расслабиться в твоих объятиях? — спросила я, уперевшись руками в его плечи, пытаясь отодвинуться.

Но демон держал меня слишком крепко.

— За десять лет ты вместе с Химо пыталась организовывать покушения на меня раз пять, если не больше, — пробормотал он совершенно спокойным тоном голоса. — И ничего, я же готов расслабиться. И хватит болтать, я так сильно тебя хочу, у меня буквально всё дымится…

А я настолько растерялась от его заявления, что мои руки полностью ослабли, демон усадил меня на себя верхом, и я реально почувствовала, как сильно он меня хочет. И внутренние мышцы аж заныли от желания ощутить его внутри себя.

Я даже зубы сцепила и глаза зажмурила, чтобы не застонать и не начать ёрзать на его выпирающем из брюк достоинстве.

А Лаусиан начал покрывать мою шею поцелуями, отчего я поняла, что моя воля тает с каждой секундой.

— Нас потеряют, — пробормотала я, всё еще пытаясь цепляться за хоть какие-то капли разума.

— Не переживай, никто не заметит нашего отсутствия, — хмыкнул он, уже начав качать меня на себе. — Моя магия иллюзий возросла настолько, что клоны, которых я создал, будут жить еще пару дней, пока я их не обновлю, и даже поддерживать разговор.

— Разговор? — нахмурилась я и, открыв глаза, переспросила: — А если они что-нибудь не то скажут или, не дай боги, пообещают?

— Обязательно скажут и пообещают, — весело усмехнулся мой муж, — для этого я их туда и отправил. Или ты наивно думала, что я дам тебе реально управлять государством?

И он так по-злодейски рассмеялся, что у меня мурашки по всему телу побежали, только теперь уже от страха, и я просипела:

— И что ты хочешь делать?

Глава 16

— Я же сказал, я тебя хочу, — ответил Лаусиан, при этом чуть выше приподнял меня за талию, поэтому я теперь смотрела на него сверху вниз, а он начал целовать мою шею.

Мне же пришлось ухватиться за его плечи, потому что отпускать было страшно. Я все еще боялась лавы, окружающей нас. Да и этот бурлящий звук, словно мы находимся в кипящем котле, и лопающиеся пузыри рядом как-то спокойствия не добавляли.

— Это понятно, а дальше? — промурлыкала я, чувствуя, как внизу живота закручивается невидимый маленький смерч из возбуждения и одновременного возмущения, смешанного со страхом.

— Дальше буду тебя трахать, и трахать, и трахать, — отрывисто произнес мой огненный муж, при этом целуя каждый сантиметр моей невероятно чувствительной шеи.

— Ясно, но когда-нибудь же это прекратится? — пробормотала я, всхлипнув, когда его губы дошли до груди, пока еще стесненной бюстье.

— Нет, дор-р-рогая, — протянул он, с шумом уткнувшись в ложбинку между грудей и вдыхая аромат моего возбуждения. А затем, когда надышался, немного отодвинулся, посмотрел мне в глаза снизу вверх и ошарашил: — Для тебя — нет. Ты моя истинная. И теперь я буду хотеть только тебя — вечность. А я очень темпераментный. Значит, трахать тебя буду бесконечно.

Такое заявление меня мгновенно отрезвило. Я, конечно, секс люблю, но… не до такой же степени?

— Но ты же занимаешься какими-нибудь делами? — спросила я, а Лаусиан опять начал целовать мою грудь, при этом спокойно поддерживая меня за талию, чтобы я находилась чуть выше.

— Ах, это? На это будет уходить немного моего времени, — беспечно ответил он.

— Отличненько, — хмыкнула я, примерно осознавая, что мой муж решил отвести мне роль постельной грелки, и, не сдержавшись, спросила: — Мы так и будем вечно сидеть в этой лаве?

— Нет, я перемещу тебя в свой замок. Будешь жить там, — ответил он и вновь уткнулся в мою грудь носом, шумно дыша, как паровоз, будто никак не мог надышаться.

— Но мой дом здесь! Ау! Ты что творишь! — выкрикнула я, когда ощутила, как этот гад больно куснул меня за кожу на груди, и попыталась его оттолкнуть руками.

Но не тут-то было, демон сжал меня чуть крепче, обняв так, что вырываться я бы даже при всем желании не смогла.

— Твой дом там, где твой муж, — хрипло ответил он, и когда я, наклонив голову, вновь встретилась с его взглядом, то зажмурилась, так как его глаза горели, словно два солнца.

Это было слишком ярко для меня.

— А что скажут другие мужья? — процедила я, перестав отталкивать его, так как поняла, что это бесполезно и он только болезненнее меня сжимает, а так сразу дышать стало легче.

— Этим идиотам я подсуну пустышку, — самодовольно ответил он.

Черт, это совсем нехорошо. Он реально решил из меня сделать куклу для постельных утех?

— И ты думаешь, они ничего не заметят? — решила понять я, насколько же он серьезно сейчас мне угрожает и как далеко готов зайти.

— Харск, тупой мужлан, точно не заметит. Химо… может, и заметит что-нибудь. Но я постараюсь его отвлечь, и ему будет просто некогда, — ухмыльнулся Лаусиан.

— А если я не хочу? — прошептала я, всё же открыв глаза и мысленно порадовавшись, что он свои «солнца» притушил и можно нормально смотреть.

Правда, его злорадная улыбка на самодовольном лице мне совершенно не понравилась, как и то, что он сказал дальше:

— Ты, моя сладкая женушка, много чего хочешь или не хочешь. За десять лет я наслушался твоих капризов. И мне было