переписал правила, низведя чёрный и белый в один нейтральный фон, а золото причислив к украшениям. И в совокупности все сыграли как надо.

Синий мужской сюртук — отсылка к морю и серьёзным делам. Белый бант — открытость, чистота помыслов и приглашение. Золото пуговиц — заявление о богатстве и надёжности. Чёрные ботфорты — уверенность и деловитость. Бежевый цвет брюк и перекликающаяся строчка на атласе — готовность к уступкам и переговорам.

В качестве броши Дирк приколол на грудь мисс Лебран маленький компас. Всё в её образе кричало о том, что деловая леди только что сошла с судоверфи и едва нашла время, чтобы посетить это сомнительное мероприятие. «Вы должны пробыть на нём не более сорока минут, — инструктировал Дирк. — Постоянно смотрите на карманные часы. Заговаривайте только с теми, кто обратится к вам. Сами не подходите ни к кому. Всё остальное сделает за вас ваш новый образ».

Мисс Лебран, шокировав до потери голоса одну половину присутствующих и до смерти заинтриговав вторую, покинула приём через тридцать минут. Дирк краем глаза отметил, что чаемый столичный граф с раздражением отмахнулся от пригласившего его мэра и поспешил вслед за необычной леди, что с таким знанием дела рассуждала о преимуществе химмагических двигателей над паровыми.

Сам Дирк всё это время был более сосредоточен на наблюдении за мисс Лебран, нежели на том, какое впечатление производил сам. Впрочем, в себе он и так был уверен. Даже несмотря на разоблачительную реплику кухарки.

Тем не менее он тоже вызывал интерес у присутствующих. И нет, не у тех представителей высшего общества Бриара, которым уже имел сомнительное удовольствие быть представленным.

— А вы, молодой человек, умеете заявить о себе, — отчеканила подошедшая сзади немолодая дама в военном кителе. И представилась: — Капитан Катарина фон Штольц.

Кажется, госпожа Гренадина о ней упоминала. Знакомств было ещё много. Опьянённый успехом, Дирк добрался до кровати лишь под утро. Ложась, он услышал тихие осторожные шаги, а после еле слышно затворилась дверь спальни напротив.

Но о запавшем в голову имени — а не просто слове! — «Куница», услышанном ещё в поезде, он сегодня совершенно не хотел думать. Надеясь, что у помощницы достанет разума оставаться при нём только лишь мисс Тэм.

Потому что «мисс Тэм», вставшую на путь исправления, он примет. Кого-то другого — нет.

✂

Модель «Химмагия по-бриарски: фужер прокисших сливок, три фунта морской соли. Взболтать, посолить. Посолить еще раз». Рекомендовано для пошива в размере «цветущая орхидея».

Огромная благодарность Sia Sia за созданные визуалы!

Глава 14

Немного сочувствия, пара конфет и вовремя подставленное плечо справились лучше шантажа или угроз. Признание было получено, а уж вытянуть из феечки-контрабандистки подробности труда не составило.

Петра поначалу хорохорилась, после набивала себе цену, но главную её эмоцию — страх — Ами прекрасно уловила и дальше подсекала лишь этот поплавок.

— Да они, они… Знаешь, какая там банда опасная? Ух! А я так вообще там самая-самая была! Меня знаешь как все боялись! Слова поперёк никто сказать не мог!

— Ага, вот молча пинок под зад и дали.

— Да я, может, и сама ушла! — всё пыталась оправдать свою никчёмность Петра.

— К делу, поперечная. Даты поставок, что за товар, кому сбываете. Кто ещё, кроме Хоббса и шурина мэра, замазан. И за «быков» у вас кто? Из вашей-то сестры тягловая сила так себе, — хмыкнула Куница.

Упитанное насекомое себя-то в воздух поднимало с трудом, что уж говорить о товаре, чем бы там феечки ни барыжили в обход всех таможенных соглашений. Разве что пыльцой собственной, но на такой специфический ингредиент, насколько Тэм знала, даже среди химмагов спроса не было. Уж для них-то, как и для самой Тэм, существование феечек секретом точно не было.

Одно было ясно наверняка — бывших подружек Петра боялась как огня, а потому наотрез отказалась сводить Куницу со своей бандой. Впрочем, Тэм в любом случае собиралась сначала разведать всё сама, а там уж как карта ляжет. А надо будет, и эту крылатую в нужный момент использует. Дельце пахнет большими деньгами, а в таких опасных авантюрах торопиться ох как не следует. Тем более что время у Тэм пока есть.

Потрошила (называть Джорджи по имени Тэм остерегалась, не ровен час ещё вспомнит лишнее), ошеломлённый неожиданным успехом предприятия, без вопросов согласился прогуляться ночью к заброшенной шахте. Но ведь и правда был успех! На запах горохового супчика с копчёностями вчера зашли аж целые две мадам. Сами! А сегодня вернулись, да ещё привели с собой подруг.

— О, это наверняка самый последний писк столичной моды! — увлечённо рассказывала одна товаркам, что брезгливо оглядывали не самые чистые столы. — Поверьте, такого оригинального обслуживания вы больше нигде не встретите. Вы представляете, как меня тут вчера назвали? «Ничо так дамочкой»! Потрясающее хамство! Я слышала, что в Ансьенвилле некоторые аристократы уже даже не считают зазорным работать шеф-поварами в собственных ресторанах, но нанимать обслугу из бывших каторжан… Ах, это же совершенно новая концепция! Так дерзко, так свежо! Как надоели эти скучные вышколенные официанты…

— А меню? — восторгалась вторая. — Дамы… Мужайтесь. Его здесь нет! Заведение работает по принципу «ешь, что дают»! Здесь всего два блюда.

— Зато каких… Боги, я, кажется, не ела горохового супа с самого детства. У нас была кухарка — такая, знаете, из деревенских. А с первой ложки я будто в свои пять лет вернулась…

Заслышав этот разговор на пороге таверны «Мяско, потрошки да булочки», Ами успокоилась. Сплетницы сами всё додумали как надо. А что, концепция вполне жизнеспособная: только вкусная еда и ничего больше. Вот совсем ничего. Ни скатертей, ни вазочек с цветами, ни угодливых распорядителей. Немного доработать идею, придать ей налёт остромодности да разнести слухи по гостиным и кулуарам. Благо великий мэтр к главным городским сплетницам был благосклонен и некоторым даже мог назначить время вне очереди.

Ну, не сам мэтр, конечно, а его проницательная помощница. И не ради того, чтобы потешить самолюбие мэтра, а преследуя собственные цели, но кто об этом задумается?

Так что довольный сделкой Потрошила лишних вопросов задавать не стал, лишь свистнул подчинённым, и когда Бриар накрыла ночь, а модистер отправился на свой приём, Куница Тэм вышла на охоту.

Рецептов у