меры к тому, чтобы ее дезавуировать. Это мне знать не дано. Но факт остается фактом – оговорка налицо, она записана, а то, что записано пером, говорит русская поговорка, не вырубишь топором.

Эта оговорка говорит, что, по мнению австралийской делегации, было излишним и нежелательным приходить к категорическим заключениям, основанным либо на предположениях наблюдателей, не имевших доступа в три из четырех заинтересованных стран, или на показаниях свидетелей, представленных только одним из четырех заинтересованных правительств. Вот что сказано в этой австралийской оговорке, являющейся, по существу, оценкой работы группы наблюдателей и самой балканской комиссии. Такая оговорка подрывает всякое доверие к тем выводам и заключениям, которые были сделаны комиссией при указанных выше обстоятельствах.

Советская делегация считает, что вместе с тем этой оговоркой подрывается один из основных устоев, на которые опираются выводы специальной комиссии о том, что создавшееся в Греции положение является якобы угрозой политической независимости и территориальной целостности Греции и мира на Балканах и что «поведение Албании, Болгарии и Югославии было несовместимо с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций». Я считаю, что тем самым подрывается также и всякая основа для тех предложений, которые заключены в проекте резолюции Соединенных Штатов Америки, Великобритании, Франции и Китая, представленном на утверждение первого комитета.

Тем более поразительной является та оценка, которую дали работе балканской комиссии Макнейл и Даллес, заявившие, как это сделал, например, Макнейл, что «комиссия показала миру своим тщательным и объективным наблюдением за фактами… существование заговора против Греции и существующую серьезную угрозу миру, имеющую место в балканской ситуации».

Мы дальше постараемся показать на конкретных примерах, как не соответствует такая оценка действительному положению вещей.

Мы постараемся также показать, насколько искусственны и лишены всякого основания драматические восклицания Макнейла, который заявлял здесь, что «мы не можем молчать», «мы не можем оставаться пассивными», «мы не можем допускать», чтобы «послушный законам, миролюбивый и маленький член данной организации пал жертвой предательского и упорного нападения». Мы постараемся дальше показать, кто действительно является жертвой во всей этой истории, во всей этой трагедии, которую переживает греческий народ вот уже три года на глазах у всего мира.

Говоря о работе балканской комиссии, представитель США Даллес и представитель Великобритании Макнейл, как и представители некоторых других делегаций, приложили не мало усилий и стараний к тому, чтобы показать работу комиссии с лучшей стороны, обходя молчанием все те крупнейшие, можно сказать, вопиющие недостатки, которые в действительности порочат работу балканской комиссии. Г-н Макнейл, оправдывая нарушение балканской комиссией рекомендаций Генеральной Ассамблеи от 21 октября, не постеснялся указания на эти нарушения охарактеризовать как «юридическое крючкотворство», которое якобы было пущено в ход для того, чтобы ввести в заблуждение и Генеральную Ассамблею, и все мировое общественное мнение.

Если послушать Макнейла, то выходит, что когда балканская комиссия, учрежденная для одних целей, наделенная одними полномочиями, имеющая одни функции по решению Генеральной Ассамблеи, пренебрегает этими своими основными задачами и подменяет их другими задачами, пренебрегает своими основными обязанностями и подменяет их другими обязанностями, повторяю, не выполняет своих обязанностей, ради которых она и была создана, а начинает заниматься какими-то другими делами и притом эти присвоенные незаконно себе обязанности выполняет плохо, не имея средств для того, чтобы справиться с этими важными новыми обязанностями, функциями, задачами, то указания на такие недопустимые факты квалифицируются как «юридическое крючкотворство».

Конечно, к мнению такого авторитета, как г-н Макнейл, нельзя не прислушаться. Но нельзя ли все же нам разъяснить, что есть юридическое, что не является таковым.

Но, ведь, действительно, можно ли мириться с таким фактом, как присвоение балканской комиссией следственных функций, как поручение наблюдателям производить расследование разных инцидентов в районах деятельности комиссии? Я считаю, что с этим мириться нельзя.

Даллес здесь утверждал, что комиссия получила 86 докладов личных наблюдателей, что она имела более, чем 700 свидетельских показании и что в результате она пришла к единогласному заключению в том, что греческие партизаны, сражающиеся против греческого правительства, получают большую помощь и поддержку от Албании, Болгарии и Югославии, которые будто бы снабжают их военными и всеми другими материалами. Если обратиться к документам, представленным балканской комиссией, и к тем доказательствам, которые приведены в этих материалах в подтверждение выдвинутых против Албании, Болгарии и Югославии обвинений, если подвергнуть все эти материалы объективной оценке, то неминуемо самое жестокое разочарование.

Разумеется, никто из нас не имел никакой возможности проанализировать все 700 показаний, тем более, что эти так называемые показания, как я в этом убедился на весьма значительном ряде показаний, представляют собою не подлинные записи того, что показывали свидетели, а очень часто представляли собой изложение, резюме этих показаний. Но известно, что резюме можно всегда составить так, что неблагоприятная сторона действительности для составителя будет легко заменена всякими резюмирующими выражениями и умозаключениями.

Мы все же внимательно ознакомились с тем ворохом так называемых документов балканской комиссии и с целым рядом свидетельских показаний. В результате у нас создалось твердое убеждение, основанное на конкретных материалах этой балканской комиссии и господ наблюдателей, – что балканская комиссия не справилась со своей задачей.

В своих выступлениях здесь Даллес и Макнейл хвалили эту комиссию, называя блестящей работу наблюдателей и балканской комиссии, которая отвечает за работу наблюдателей. Г-н Даллес с полным доверием относится к материалам комиссии, считая их достаточно важными доказательствами, собранными против Албании, Болгарии, Югославии, и в качестве примера он сослался на какой-то инцидент 1 марта 1948 г. В изложении г-на Даллеса дело обстояло так: 1 марта, говорил здесь Даллес, в дневное время с территории Югославии производился сильный пулеметный обстрел греческой территории. Огонь из другого пулемета на югославской территории велся по греческой территории в течение 5 часов, тогда как трое мужчин в югославской военной форме болтали с пулеметчиками. Судя по этому, во время пулеметного обстрела вражеской территории трое военных югославов находят удобным болтать с пулеметчиком.

Действительно, нашли подходящее время и место для обсуждения каких-то вопросов.

Вот как изображает дело г. Даллес якобы на основании данных, изложенных в отчете комиссии.

Г-н Даллес не указал, из какого доклада он взял это, не указал ни страницы, ни номера соответствующего документа. О каком же это случае идет речь?

Я прочитал все, что было в пяти докладах, и нашел два подходящих случая, имевших место 1 марта 1948 г. Эти два разных случая содержат в себе элементы того, о чем говорил Даллес» Но в докладах я не нашел ни одного такого случая, где содержались бы все эти элементы, на которые ссылался здесь г-н