– Коломба, работа тут ни при чем.

Их разделяет всего около полуметра, и сердце Коломбы начинает биться быстрее.

– Тогда тем более будет лучше, если я верну его тебе.

– Можно я хотя бы помогу тебе его снять? – спрашивает он.

Коломба знает, что должна сказать «нет», но не говорит.

9

Братья и сестры на долгом и, увы, трудном пути к истине, знаете ли вы, что произошло сегодня ночью? Во время грандиозного праздника скорби по Maison Кристины Ринальди Моретти вспыхнула забастовка, которая до самого рассвета держала в напряжении такое количество блюстителей порядка, что, если бы вы выстроили их всех рука об руку, живая цепь обогнула бы земной шар.

За неприступными воротами резиденции собралось столько друзей Сороса, что они могли бы основать новое государство Израиль прямо на холмах Импрунеты. «Деньги, деньги, деньги», как поется в той песне. Между тем перед неприступными воротами собрались обычные люди, которые протестовали, так как у них денег нет. Пока их лупили дубинками, они пытались объяснить, что виновники их бедности собрались в этой самой резиденции и угощаются икрой. Это люди, которые за одну минуту зарабатывают столько же, сколько мы с вами – за всю жизнь.

Впечатляющая разница, правда? По-вашему, справедливо, что кто-то с утра до вечера гнет спину, но не может позволить себе даже арендовать дом, не говоря уже о том, чтобы его купить? Что после сорока лет работы на фабрике вы вынуждены прозябать на нищенскую пенсию? Они говорят, что денег нет, но забывают упомянуть о том, что денег нет, потому что они всегда оседают в одних и тех же карманах.

Возможно, они правильно сделали, что вчера ночью привлекли военных для охраны праздника, ведь кому-то могло прийти в голову, что, бросив в чашу с пуншем шашку динамита, он решил бы многие наши проблемы.

В ожидании, пока это случится, я пишу вам, чтобы сообщить новость, которой вы не найдете нигде, кроме как на канале вашего покорного слуги. Неделю назад в своем посте я рассказал вам, что суперсыщица Коломба Каселли, похоже, интересуется смертью Кристины Ринальди. Так вот, представьте себе, оказывается, вчера вечером среди приглашенных затесался не кто иной, как Данте Торре, эксперт (на бумаге) по таинственным преступлениям и международным заговорам. Вышеупомянутый Торре вызвал некоторый переполох среди гостей… И это еще больше наводит меня на мысль, что трое покойников, о которых я вам рассказывал, эти бедняжки-миллиардеры, которые теперь там, где деньги уже не нужны, каким-то образом между собой связаны. И что знаменитый Данте Торре выслеживает легендарного мистера Алюминия, оставляющего свою подпись во всех городах.

Кто победит в этом поединке? Как бы мы ни ценили труд Торре, давайте будем честны: мы болеем не за него.

Дорогие боевые товарищи по армии Добра, чтобы и дальше оставаться в курсе событий, не забудьте подписаться на мой канал, нажав кнопку.

А пока ждете новостей, сражайтесь, сражайтесь, сражайтесь.

О. Трейн

10

Вот уже полчаса Коломба смотрит в потолок, не решаясь пошевелиться. При первых лучах рассвета сомнения, от которых она отмахнулась накануне вечером, лавиной обрушились на нее. Коломба уснула в четыре утра и теперь чувствует себя разбитой и нервозной. Обернувшись, чтобы посмотреть на спящего ничком Гленна, она немного успокаивается. Это было круто, и она скучала по сексу: с тех пор как вернулась в Италию, она вела практически монашеский образ жизни. К тому же если она ненастоящий детектив, то Гленн – ненастоящий клиент, и она не нарушает никакой профессиональной этики. Это не то же самое, как если бы психолог трахался с пациентом.

Тем не менее ей все еще не по себе, и при мысли о том, что Данте наверняка понял, как закончится вечер, тревога возрастает еще больше. Коломба обзывает себя стервой. Не в силах больше ждать, она как можно тише встает. Рим за панорамным окном люкса отливает золотом, в небе кричат чайки. Раз уж она здесь, они с Гленном могли бы провести ленивое утро в патио, она могла бы немного отдохнуть. Вместо этого Коломба берет вчерашнюю блузку и джинсы, которые за это время кто-то постирал и отутюжил, и запирается в ванной. Гигантская душевая кабина оснащена лейкой с приятными массажными струями и укомплектована десятком различных видов мыла и гелей для душа. Когда она выходит, Гленн еще спит, но один из столиков под открытым небом накрыт к завтраку. Двое официантов терпеливо ожидают, пока она сделает заказ. Вероятно, пустив воду в душе, она привела в действие беззвучный сигнал оповещения.

Коломба закрывает дверь спальни и подходит к официантам:

– Я буду только кофе. Если можно, американо. – Данте вечно выговаривает ей за то, что она пьет недостаточно крепкий кофе (черт, она опять подумала о нем). – Если нальете в бумажный стаканчик, я выпью его в дороге.

Официанты уходят. Появляются двое телохранителей, которые здороваются с Коломбой, проверяют, все ли в порядке с Гленном, не разбудив его, а затем возвращаются к ней. Ее присутствие их не удивляет: вероятно, они сотни раз видели женщин, завтракающих после ночи, проведенной с их шефом. Гленн красив, богат, и у него есть вертолет – наверняка женщины на него так и вешаются. Коломбе приходит в голову, что, возможно, он только притворяется спящим, чтобы избавиться от нее без утренней неловкости.

Ей приносят кофе в бумажном стаканчике с логотипом отеля, и один из двух телохранителей провожает ее на стоянку, где припаркована ее машина. По пути Коломба замечает перед главным корпусом отеля пару полицейских автомобилей с включенными мигалками. Телохранитель передает ей то, что услышал от персонала:

– Пока люди завтракали, в ресторан ворвалась кучка идиотов и начала все крушить.

– Они сказали почему? – спрашивает Коломба.

– Потому что, если они не могут есть икру, ее не должен есть никто.

– Что, так и сказали?

– Так мне сообщили… Они скрывали лица под кислородными масками. Как месье Алюминий, – добавил он по-французски.

Коломбе вспоминается «Эон», город среди льдов, который должен был стать убежищем для миллиардеров, где они могли бы делать что хотят без народных акций протеста и ограничений, налагаемых законами остального мира. Это далеко не первый проект города-крепости: основатель «ПэйПал» годами работает над созданием плавучего города-острова, а в Саудовской Аравии строят Линию, город в пустыне длиной в сто семьдесят километров. Однако замысел Хесуса Мартинеса, предполагавший вырубать ледяные пещеры для хранения трупов – идея из репертуара врагов Джеймса Бонда, –