достать автомат. Правую разлохматило сильно, смотреть на неё было противно, и слабо верилось, что она ещё на месте. Рыча от боли, приподнял её и использовал как опору для автомата, вдавливая спусковой крючок. Каждый выстрел отдавался вспышкой боли в покалеченной руке, но врагам было в разы хуже — пули прошивали их доспехи насквозь, и в замкнутом пространстве им было некуда податься.

Рана была тяжёлой. Треть здоровья почернела, и в глазах поплыло.

Ты доигрался. Почему ты просто не уничтожил их навыком? Тебе бы хватило одного заряда Разрушения Пустоты. Жаль, что он тебя не прирезал, это было бы хорошим уроком.

— Каким ещё, мать твою, уроком? — хрипя, спросил я, присаживаясь так, чтобы контролировать проход, из которого зашёл сюда.

Жизненным. С добычей нельзя играть. Ты же пошёл в этот город, чтобы захватить его владыку, так? Ну и почему ты внезапно решил смахнуться с этими слабаками? Они даже не твоя главная цель. Или ты уже с ума сошёл? У меня бывали носители-безумцы. Это было… забавно.

Игнорируя колкости в речи Йона, можно было с ним согласиться. Он прав на все сто процентов. Я дурак и сам напоролся. Кинул бы гранату, как подумал сразу, и всё. А может, я хотел проверить себя.

Хм.

Йон замолчал на какое-то время, пока я перематывал руку бинтом. Не для дезинфекции или типа того. Обычная медицина сдалась системному эликсиру ещё давно. Я делал это, чтобы рука тупо не развалилась надвое, пока регенерирую.

Вот же везёт мне на конечности. Сначала ногу оторвало, потом левую руку отрезал один урод, и теперь вот это… Больно, с-сука. Из «позитивного» — Первобытную Выносливость до 6-го уровня прокачаю.

Йон вновь заговорил:

Хочешь себя проверить? Тогда залезь в разлом, не останавливаясь, убей стража и пройди в бронзовый разлом, затем в серебряный, и дождись окончания таймера, не убивая третьего стража, хе-хе.

— И что случится тогда? — спросил я, вставая и корчась от боли.

Сюрприз!

— Да иди ты.

В ответ раздался психованный смех. Наверное, когда живёшь много лет — тебе попросту становится скучно. И ты начинаешь заниматься всякой чушью, например, сходишь с ума. Или отправляешь по галактике похожих на себя существ в угнетённой форме…

Смех стих. И мне тоже стало не очень. Лучше вообще об этом не думать. Так. Где там моя цель?

Очевидно, Бореас прятался где-то в глубине дворца. Или уже сбежал. Впрочем, от меня далеко не убежишь.

За залом, который, вероятно, был чем-то вроде комнаты ожидания или приёмной, располагалось, пожалуй, самое роскошное место во дворце. Тронная комната.

Прямиком как из былинного рассказа.

Тронная комната поражала своей роскошью. Высокие потолки украшали детальнейшие фрески с изображениями сцен массовых сражений, а стены были отделаны мрамором с золотыми прожилками. Массивный трон из чёрного отполированного камня возвышался посреди зала, инкрустированный драгоценными камнями размером с куриное яйцо. Находясь здесь, я мог наглядно убедиться, что металлы и драгоценные минералы наших миров крайне схожи. Немного разбирался в этом вопросе: рубины, изумруды, сапфиры — всё было здесь и, уверен, стоило целое состояние.

Я медленно прошёлся по залу, осматриваясь. Повсюду стояли позолоченные статуи, дорогие вазы, картины в резных рамах. Каждый предмет здесь наверняка стоил больше, чем обычная семья терраксов зарабатывает за всю жизнь. И это при том, что я видел на улицах нищих, копающихся в отбросах. Дети в лохмотьях, просящие милостыни посреди грязных улиц даже во время военных действий, пока их правитель утопает в роскоши.

Система налогообложения здесь, видимо, работала по принципу «содри с народа всё, что можешь». Чем ещё объяснить такой контраст между богатством дворца и нищетой улиц? Бореас явно не стеснялся выжимать из подданных последние соки, чтобы позволить себе такую жизнь.

Я подошёл к длинному столу, установленному вдоль одной из стен. На нём красовались остатки пиршества — золотые блюда с недоеденными деликатесами, кубки с дорогим вином. Желудок предательски заурчал, напомнив о себе. Схватив окорочок какой-то птицы, начал жевать, продолжая разглядывать интерьер.

Мясо было нежным, приправленным экзотическими специями.

— Спорим, что Бореас — жирный? — спросил я у притихшего Йона.

Тот отреагировал мгновенно:

Согласен. Что ставишь?

Ого, да он азартен. Правда, я не знал, что предложить личности, которая, по идее, знает всё то же, что и я, и не имеет физического тела. Да и что он может предложить взамен? Неподтверждённую информацию, от которой у меня будет голова болеть потом?

Ты мыслишь адекватно не тогда, когда нужно.

— Где же ты прячешься, сукин сын?.. — пробормотал я, игнорируя Йона и вытирая жирные пальцы о дорогую скатерть.

Логично предположить, что опочивальня правителя находится где-то в глубине дворца, подальше от посторонних глаз. Скорее всего, на верхних этажах или в дальней части здания. Я заметил несколько лестниц, ведущих наверх, и коридоры, уходящие в разные стороны.

Йон хранил молчание. Или просто наслаждался моими страданиями. Рука болела адски, но эликсир уже начал действовать — кровотечение остановилось, плоть срослась, и сейчас была розового цвета, но я пока что не мог двигать пальцами.

Направился к ближайшей лестнице. Поднимаясь, размышлял о том, какой же всё-таки это уродство. Зачем нужно было отдавать приказ о нападении в нашем мире? Захотел новые земли и лишился по итогу всех своих…

На втором этаже коридоры были уже, но не менее роскошны. Стены украшали портреты предыдущих правителей, все как один — самодовольные рожи, уродливые, толстые. Видимо, традиция грабить народ передавалась из поколения в поколение, и с каждым сыном становилась только хуже.

Я прислушался. Где-то вдалеке доносились приглушённые голоса. Может, слуги, а может, и сам Бореас со своими приспешниками. Двинулся на звук, стараясь не скрипеть половицами. Замер у самого старого застеклённого портрета, утопленного в стене. На меня взирал краснокожий мужчина. Волевой подбородок и взгляд. Осанка такая, будто шпалу проглотил.

— Твой род выродился, — тихо буркнул я, отворачиваясь от портрета и открывая дверь.

Дверь в конце коридора была массивнее остальных, украшенная ручной резьбой. Тяжёлая даже для меня, и, по идее, её должны были открывать несколько человек сразу, если судить по размерам. Определённо, за ней скрывалось что-то важное. Опочивальня? Или кабинет правителя? В любом случае, стоило проверить.

Внутри кто-то разговаривал на местном наречии. Голос был встревоженный, почти панический. Второй голос — более спокойный, но тоже напряжённый. Они оба оборвались, стоило мне открыть дверь.

Как только она отворилась полностью, в меня начали стрелять.

Я ожидал чего угодно, навыков, контроля, но точно не этого.