сидит на краю кровати. Её взгляд прикован к дневнику Ярины на тумбочке рядом со мной — тому, что мы нашли в бабушкиной кладовой. Она просто смотрит на него: неподвижно, долго, будто пытается прочитать невидимые строки. Ночью мы снова перебирали старое, листали исписанные страницы и даже добавили новую запись. Дара сказала, что это очень символично. А я слишком устала, чтобы спрашивать — что именно она имеет в виду. И даже не знаю, сколько она так просидела, глядя на тетрадь. Может, всю ночь.

С кухни доносится запах с ноткой ванили. Бабушка возится у печи, и я слышу знакомое шипение. Сырники. Значит, день начался правильно.

Встаю, накидываю домашнюю кофту, бреду на кухню. Сегодня — день перед колядками. День подготовки. День, когда нужно успеть многое, но при этом не растратить себя до вечера. Я не знаю, что будет сегодня. Не знаю, получится ли у нас. Но внутри, глубоко, теплится странная уверенность: всё идёт как надо.

— Так, Шурочка, — начинает бабушка командирским тоном, услышав скрип стула, как только я сажусь. — Я сегодня к тёте Лиде забегу по делам, потом помогу собраться Юленьке, а потом все вместе придём за тобой. Тебе одной, чтобы не оставаться, позови Вероничку да Артёма. Займитесь чем полезным до вечера, а как стемнеет, как колядовать начнут, так мы и двинемся к озеру.

Только когда она заканчивает свой монолог, поворачивается ко мне, и её тон смягчается. Бабушка кладёт тарелку с сырниками на стол, а следом — чайник с заваренным чаем.

— Артёмку и Веронику сильно не тревожь нашими делами. Пусть идут колядовать, у нас это все в деревне любят. Артёмка так вообще каждый год раньше колядовал, а как отца не стало, так перестал. Так что ты его заставь в этом году, пусть вспомнит ушедших.

— Я всё сделаю, бабуль, — отвечаю, ещё сонная, не до конца осознавая смысл её слов. Слишком хорошо спалось, и слишком уж аппетитно сырники пахнут.

После завтрака бабуля, даже не попрощавшись, убегает по своим делам. Мы с Дарой остаёмся в тишине под тиканье часов. Этот звук одновременно и убаюкивает, и подталкивает на размышления, которые вскоре приводят к тревоге. Руки сами тянутся к смартфону. Набираю сообщение Нике и Артёму в общий чат: жду их у себя.

— Ну хватит уже перед глазами маячить! — не выдерживает Дара моих хождений по кухне. Я не могу отпустить мысли о колядках и о том, что может произойти.

— «Откуда придёт твоя следующая мысль?» Помнишь? — я оглядываю Дару с головы до ног, пытаясь понять смысл её слов. Только через несколько секунд доходит. Ну конечно, совет от Ники. В прошлый раз помогло.

Делаю глубокий вдох, медленный выдох.

— Откуда придёт моя следующая мысль? — секунда, две, три. Тишина. Ещё один вдох, ещё один выдох.

— Ну вот, уже лучше, — хвалит меня Дара с улыбкой.

— Кажется, помогает.

Но тут же Дара хмурится, а через несколько секунд я слышу с улицы скрип калитки.

— Что такое?

— Это не Ника и не Артём, — отвечает Дара. — Кажется, придётся поработать.

Стук в дверь. Тихий, неуверенный. Никто не заходит.

— Войдите? — мой голос звучит тихо, я не уверена, что меня слышно. Подхожу к двери, и она распахивается сама.

На пороге стоит полноватая женщина с раскрасневшимся от мороза лицом. Она кажется знакомой, но я не помню, кто это.

— Саша?

Киваю.

— А я к тебе. Меня… Меня Рая зовут. — Она снимает шапку, оглядывает прихожую.

— Очень приятно, — стараюсь быть любезной. — Чаю?

Почему-то мне кажется, что именно так бабушка всегда встречает гостей, которым нужна помощь.

— Нет, спасибо. Но мне бы присесть. — Рая морщится, давая понять, что стоять ей тяжело.

— Конечно. — Я указываю на стулья в сторону кухни.

Когда мы усаживаемся за стол, Дара занимает своё законное место на подоконнике и с интересом наблюдает. Мысленно слышу её голос:

— Это подруга Петровны.

У меня округляются глаза, я бросаю взгляд на Дару. Рая замечает это и нервно оглядывается в сторону окна.

— Что-то не так? — спрашивает она тихо.

— Нет-нет. Всё хорошо. А вас… Вас что-то беспокоит?

— Эм… Да. В общем, я случайно услышала разговор Катерины с её дочкой. Ну, вы знакомы, наверно?

Киваю. В подробности вдаваться нет надобности.

— Так вот. Я была у них дома и слыхала, как они ругались, про бесов каких-то. Катерина-то ещё давно жаловалась на Юлю, что та выдумщица, будто видит всякое. Я уж и забыла об этом, а потом узнала…

Краем глаза вижу, как Дара щурится и принюхивается.

— Что узнали?

— Что Юля и правда видит всякое. Ну, бесов, тени.

— А как вы узнали?

Рая краснеет, отводит взгляд.

— Ну, слухи всякие ходят у нас по деревне. Да и услышала случайно. Я хотела к Максимке в комнату зайти, поздороваться, а как мимо кухни проходила, услышала, что она сама с собой говорит. Ну, сначала не придала значения — все мы немного… — она крутит пальцем у виска. — Но потом поняла. Она говорила, что семью от нечисти защищает, а её не слушают, не любят. Что она старается, а матери с Матвеем и дела нет.

— Так, — протягиваю я, задумавшись. — А сюда зачем пришли?

Рая тяжело вздыхает.

— Из-за мужа. Я уверена, что один бес точно к моему прицепился. Он ведь нередко у Матвея бывает. То инструменты какие попросят, то к нам придут в долг попросить, то… — она осекается. — Выпивают они.

— А почему вы уверены, что бес прицепился именно к вашему мужу? Вы ведь тоже ходите к Катерине в гости.

— Толик мой изменился, с тех пор как Юля домой вернулась. Мне кажется, она что-то сделала. Может… если она эту нечисть как-то прогнала, может, она к Толику и прицепилась? — Рая заглядывает мне в глаза, ища подтверждения.

Дара вмешивается, произнося вслух:

— По запаху чую, сидит там бес. Спроси про выпивку.

— Ваш муж стал чаще выпивать? — послушно спрашиваю я.

У Раи округляются глаза, она кивает, а затем достаёт из кармана куртки носовой платок.

— Он не только выпивает. Что-то ещё?

Рая начинает плакать.

— Ударил, — утверждает Дара.

Я не мешкая кладу свою руку поверх Раиной в знак поддержки. Та благодарно кивает.

— Ваш муж сейчас дома?

Рая перестаёт плакать, всхлипывает:

— Нет, он на работе. Но может прийти в любое время, если его Кирилл подменит. А в последнее время это случается часто.

— Мы сходим к вам домой. Нужно проверить.

— Ох, да. Спасибо, Саша. Спасибо.

Без лишних слов надеваю тёплый свитер, брюки, накидываю шапку и куртку. Дара уже на пороге, поглядывает на Раю.