уже распахнул еще одно окно, порывом ветра пламя раздуло еще больше, и у какой-то дамы вспыхнули волосы.

Я совсем не маг, но бытовую руну чистоты накладывать умею. Быстро вывернула пальцы, прошипела несколько звуков — и на несчастную даму (ой, да это же Дороти Ратье, злейшая матушкина подруга!) обрушился… к сожалению, не ливень, а лишь небольшой дождик. Но волосы потухли.

Гостиная полыхала так сильно, что у меня сложилось впечатление, что огонь поддерживает какой-то маг. В дверях застряли две пожилые дамы в старомодных пышных платьях.

— А ну р-разойдись! — гаркнул вдруг иррейский принц с характерным рычанием и споро вытолкал дам в коридор. Остальных уже пропускал по одной и очень быстро.

Женни, закусив губу, плела какое-то сложное рунное заклинание, лорд Бенедикт, стоя позади, придерживал ее за локти и тихо ей командовал. Принц Валериан, угадав, что я по доброй воле не покину эту цирковую арену, вдруг подхватил меня на руки и поволок прочь. Ферье точно так же подхватил на руки буйно сопротивляющуюся принцессу. Эйленгер, не желая отставать, схватил Рию, а бедняге принцу Жаку Иррейскому пришлось тащить таки сомлевшую хозяйку, графиню Бергьен, ибо Марлен с Ядвигой поспешили выбежать еще в первых рядах.

Из покинутой гостиной внезапно хлынули потоки воды. Дамы снова дружно взвизгнули и подпрыгнули. Бурля и пенясь, река скатилась вниз по лестнице, а потом разом иссякла. Из музыкальной гостиной вышли совершенно мокрые, но очень довольные собой Женни и Бенедикт. Пожар был потушен, и, судя по возгласам хозяина, ущерб был не такой уж значительный. Самая дорогая вещь, клавесин, привезенный из-за моря, из далекого Руана, пострадал больше от воды, огонь его не коснулся. Сейчас слуги, владеющие рунами порядка, быстро высушат драгоценный инструмент и приведут в порядок паркет. А что касается занавесок, ковров и мебели — все равно они давно устарели. Графиня Бергьен теперь сможет сделать ремонт по последней моде.

Женни укутали в полотенца и увели переодеваться. Принцесса, взглянув на меня свысока, проследовала за ней. Меня, как впрочем и прочих фрейлин, не позвали.

Мы вежливо отказались от предложенного сконфуженным хозяином дома горячего вина с пряностями, заверили его, что совсем и не промокли, и отправились вслед за остальными гостями домой. Принц Иррейский и Эйленгер тоже откланялись, князь Ферье выразил желание дождаться принцессу, а Валериан сообщил, что обещал батюшке-графу Лорье вернуть дочь домой целой и невредимой. К счастью, про мокрый подол и испорченные туфли батюшка ничего не говорил. У меня был выходной, оставаться и ждать ее высочество было страшновато. Утром поговорю с ней, должна остыть. А Рию, Марлен и Ядвигу усадили в кресло — они без принцессы никуда и не могли уйти.

Что ж, пункт «бег с мешками на спине» можно смело пометить как выполненный. Бег был? Был? А чем красивые женщины хуже мешков с мукой? Да ничем. Кстати, по всем правилам из гонки выбыл Бенедикт, никого не таскавший, но он, кажется, доволен таким раскладом.

22. Новые открытия

Явившись поутру пред светлые очи ее высочества, я поняла: она не успокоилась. Сандра демонстративно со мной не разговаривала, даже не глядела в мою сторону. Я злилась: подобное поведение можно было ожидать от Элли, но никак не от той, что уже не раз показывала свою мудрость. Неужели она и в самом деле влюблена в Валериана? Я не заметила этого. Да, он ей нравится. Да, она забавляется, играя с ним, как кошка с мышкой, а он ей с удовольствием подыгрывает, но и все. Нет ни искр, ни томных взглядов, ни трепета ресниц. Даже я смотрю на Роймуша с большим интересом!

Кстати, надо его навестить и рассказать про фиаско на вечере.

Сегодня ее высочеству пришлось довольствоваться ограниченной компанией: Марлен сказалась больной, Рию и Ядвигу потребовали родители, не иначе, как убедиться, что они не пострадали во вчерашнем происшествии. Одну Женни никто не забрал — некому было. Родители ее далеко в провинции, а деда, который считался ее наставником тут, в Стограде, вообще мало волновала единственная внучка. Старого лорда Гилода вообще мало что интересовало, не зря же его до сих пор за спиной зовут «палачом». Бедняжка Женни была совершенно одинока и почти никогда не покидала дворца. Мне хочется надеяться, что лорд Бенедикт будет с ней терпелив и нежен. Кажется, они все же чуть ближе, чем друзья.

Сандра маялась бездельем. За окном светило настолько яркое солнце, что даже в ее покоях царила удушающая жара. Ни одно дуновение ветерка не колыхнуло занавески. Книжки были отброшены в сторону, о прогулке до вечера не могло быть и речи.

— Женни, скажи Аманде, что мне скучно. Хочу движухи. Надоели эти тупые прогулки по парку и пустые разговоры.

— Аманда, ее высочеству скучно.

— Женни, передай ее высочеству, что я всецело в ее распоряжении. Что желает принцесса: кулинарный конкурс или вечер серенад?

— Серенады? — вдруг оживилась Сандра. — О, караоке!

— Женни, передай ее высочеству, чтобы она не бросалась колдовскими заклинаниями, а то будет как вчера на музыкальном вечере у Бергьенов.

На лице Сандры вдруг отразилась паника, она вздрогнула всем телом.

— Ты догадалась, да? — тихо спросила она. — Как считаешь, кто-то еще заметил?

— Заметил что? — не поняла я. — Тебя? Что ты ревновала Вэла ко мне, или что?

— Вэла? — она гневно прищурилась и вздернула подбородок. — Он для тебя — уже Вэл?

— Сандра, брось, он не в моем вкусе. Его Роймуш попросил меня сопровождать, чтобы придать мне весу на рынке невест.

— Кто такой, мать твою, этот Ройбош? И при чем тут Валера?

— Рий Роймуш — его секретарь. А Вэл… Ой! Женни!

— Вижу, — коротко ответила фрейлина и выплеснула стакан воды на вспыхнувший на столе лист бумаги.

— Сандра, так это ты сделала? — глаза у меня расширились сами собой. — И вчера вечером тоже?..

— Кажется, я маг огня, — подавленно ответила принцесса, роняя лицо в ладони. — Не хочу, мне это не нужно!

— Сандра, но дар — это очень, очень хорошо!

— У меня все очень хорошо, Ами! Слишком хорошо, так быть не должно! Где подвох? Я красивая, молодая, жру и не толстею, у меня богатый отец и четыре прекрасных жениха! Что за нафиг? Какая подляна впереди? Мне придётся выйти замуж за них всех?

Я вытаращила глаза, представив, что сделает с нами народ Валлии, если у принцессы будет четыре мужа разом. Как минимум — сожжет дворец. Хотя политически это выгодно, конечно: взять ливойца, иррейца и местного князя в мужья. Этакий династический… ммм… разврат.

— Дар —