пуская в него крошечные облачка морозного пара. Кайлэн только смеялся на это, легонько щёлкая сына по носу, отчего малыш заливался смехом.

Рядом, устроившись на животе отца как на удобном диване, лежала восьмилетняя Айлин. Она выросла, её щеки всегда были румяными, а глаза светились уверенностью девочки, которую любят оба родителя.

Сейчас она сосредоточенно рисовала в новом альбоме угольком профиль отца, то и дело командуя:

– Папа, не шевелись! Ты портишь мне композицию! Дариан, перестань морозить папу, у него скула съезжает!

И грозный Лорд Кайлэн, покорно замерев, лишь косил на меня умоляющим взглядом синих глаз, безмолвно прося спасти его от этих юных тиранов. Я только рассмеялась в бокал и показала ему язык. Сам напросился на большую семью.

Отставив бокал на столик, я погладила свой большой живот, в котором жила наша будущая принцесса. Потянулась и взяла с колен плотный лист желтоватого пергамента и перо.

Я давно уже не скучала по своему прежнему миру. Он стёрся из памяти, как неудачный сон. Здесь, в Аркталии, я нашла всё, что мне было нужно. Стала сильным магом, навела порядок в землях мужа, построила две новые школы в нижнем городе и научила повара делать нормальные сырники. Я была женой, матерью и леди.

Но иногда, по старой редакторской привычке, во мне просыпался зуд писательства.

Я знала, что миры связаны. Интуитивно понимала тот механизм, по которому работает эта гигантская многомерная паутина. Реальность – это действительно огромная бесконечная библиотека. А те писатели, которые стучат по клавиатурам по ночам, выпивая литры кофе на Земле, это… просто секретари с хорошим слухом.

Они сидят в своих бетонных коробках и иногда случайно улавливают то, как на соседней полке мироздания кто-то переворачивает страницу. Они слышат отголоски наших жизненных судеб, битв, нашей любви и записывают их, превращая в книги.

Я обмакнула перо в чернильницу и уверенным почерком вывела на пергаменте:

«Москва. В какое-нибудь хорошее Издательство. Автору любовных романов.

Привет, коллега. Я не знаю, как тебя зовут и в каком году ты поймаешь этот текст. Но я хочу сказать тебе одну важную вещь.

Раньше я думала, что вы все просто сочиняете сказки, чтобы сбежать от реальности. Я думала, что драконы, истинные пары и спасительная любовь – это просто дешёвые клише для увеличения продаж. Я ненавидела эту чушь, потому что не верила в неё.

Но теперь я знаю правду.

Не бойтесь писать о любви. Не бойтесь писать о том, как замёрзшие сердца оттаивают, как злодеи получают по заслугам, а одинокие женщины находят свой дом в объятиях суровых мужиков с чешуей под кожей. Пишите так, чтобы искры летели. Потому что всё это – правда. Где-то там, в параллельном мире, за завесой из снега и магии, это обязательно происходит прямо сейчас. Мы здесь. Мы живем, смеёмся и ругаемся из-за того, кому сегодня укладывать детей, и мы счастливы.

Поэтому, пожалуйста, постарайся. Вычитай текст на опечатки, убери лишние прилагательные, добавь героям немного логики. И ради всего святого, пусть у этой книги будет красивая обложка!

С приветом из Скалы Ворона, Ирина.

P.S. Ледяные драконы действительно не едят сладкое. Но они отлично целуются».

Я перечитала текст, улыбнулась своим мыслям и аккуратно сложила пергамент вчетверо. Я не собиралась никуда его отправлять – здесь не было почты между мирами. Я просто сложу этот лист в одну из старых книг в библиотеке Кайлэна.

Магия Аркталии сделает всё сама.

Эхо Сотворения разнесет эти слова сквозь пространство, и какая-нибудь усталая выгоревшая писательница вдруг прислушается, сядет за компьютер и начнёт печатать лучшую книгу в своей жизни.

Но это будет уже совершенно новая история.