Она провела датчиком по моему животу, и экран загорелся.

Сначала я не поняла, что там происходит. Размытые тени, едва различимые контуры… Но потом врач наклонилась ближе, а её пальцы замерли на кнопке.

Тишина.

И вдруг… звук.

— Сердцебиение, — сказала она спокойно. – Фарида…ты совершенно права.

Я напряглась, но молчала.

— Одно… — она продолжала водить датчиком. И вдруг её голос изменился. Он стал чуть громче, чуть ниже.

— И второе.

Моё сердце замерло.

Я повернула голову к экрану, даже не понимая, что ищу. Но она показала мне.

Два маленьких огонька. Они пульсировали. Жили.

— У тебя двойня, — сказала она, глядя мне прямо в глаза.

Моё дыхание перехватило.

— Что…? — я услышала свой голос, но он звучал так глухо, будто был не моим.

— Мальчик и девочка. Ты уже на шестнадцатой неделе беременности.

Эти слова ударили меня, как молния. Я попыталась вдохнуть, но не смогла. Моё тело застыло, словно всё внутри отключилось. Вот и все…Теперь они знают.

"Мальчик… Девочка… Двойня…"

Я смотрела на экран, на эти две крошечные тени, на эти два сердца, которые бились так громко, что их звук казался оглушающим.

Моя голова закружилась. Радость, шок, страх, паника — всё смешалось в одно, как буря, которая поднималась внутри меня.

Я сжала руку на животе, словно пыталась ощутить то, что только что увидела.

— Это невозможно, — прошептала я, не зная, кому я это говорю — себе или ей.

Но врач посмотрела на меня твёрдо, уверенно.

— Это реальность. Они в порядке. Всё хорошо.

"В порядке."

Я не могла поверить в это. Не могла понять, как я могла не знать, не чувствовать…

И тут пришёл страх.

— Шейх должен узнать первым, — вдруг сказала врач, её голос стал резче, как удар хлыста.

Я повернулась к ней, мои глаза расширились.

— Нет, — это слово вылетело из меня прежде, чем я успела подумать.

Фарида шагнула ближе.

— Евгения, ты должна. Это не только твоё дело. Это его дети.

Я посмотрела на неё, почувствовав, как ноги подо мной снова начинают дрожать.

Нет. Нет. Только не это.

Я закрыла глаза, стараясь найти ответ, но внутри меня была только паника. Я знала одно: это изменит всё. И я не была готова к этому.

***

Фарида вошла без стука. Впервые. Вначале я даже не поднял головы. Её шаги были быстрыми, но я не отреагировал. Если она зашла так, значит, у неё есть причина. Слишком серьёзная, чтобы ждать. Я знал её. Она не позволила бы себе подобного, если бы дело не было… важным.

– Господин, – её голос, как холодный клинок, разрезал воздух. Я почувствовал, как напряжение заползло мне под кожу.

Я медленно поднял глаза. Она стояла прямо, но в её позе чувствовалась какая-то жесткость. Взгляд Фариды был сосредоточен, но в глубине проскальзывала тревога.

– Говори.

Она сделала шаг вперёд, неуверенный, почти осторожный. Я почувствовал, как что-то сжимается у меня в груди. Какого черта она молчит. Ненавижу, когда тянут резину.

– Господин, вам нужно это знать.

– Фарида. – Я сказал её имя с нарастающим раздражением, нетерпение уже закачивалось, – Что.

– Евгения… – она замялась. Я видел, как её пальцы нервно подрагивают, как будто она пытается подавить эмоции. – Она ждёт ребёнка.

Секунда. Две. Мир застыл. Но она не закончила.

– Нет… даже двоих. Мальчика и девочку. Четыре мясяца беременности.

Словно удар в грудь. Мальчик. Девочка. Двое. Я не ответил. Просто смотрел на неё, словно не мог переварить её слова. В горле пересохло, воздух вокруг стал каким-то плотным, тяжёлым.

– Вы услышали меня, господин? – её голос был твёрдым, но я слышал, как она борется за самообладание.

Я кивнул. Медленно. Моя реакция была безупречно спокойной. Даже для неё. Я знал, что Фарида ждёт вспышки – гнева, радости, хотя бы короткого вопроса. Но я не дал ей ничего.

– Ты уверена? – мой голос прозвучал ровно, но мне самому казалось, что я слышу его издалека.

– Да. Она была у врача. Это подтверждено.

Она сказала это так просто, словно сообщила, что дождь идёт. Но для меня её слова были ударом грома. Мальчик. Девочка. Двое. Я поднялся. Медленно. Каждое моё движение наполняло комнату раскалённым воздухом. Фарида чуть отступила. Внутри меня бушевала буря, но снаружи я оставался ледяным. Я хотел кричать. Разорвать воздух на части. Как, чёрт возьми, это могло быть правдой? Как она могла носить моих детей – и я не знал? Я был слеп. Слеп, потому что слишком долго смотрел на неё как на врага. Слеп, потому что позволил своей гордости перекрыть всё остальное. Но теперь… теперь я видел.

– Ты можешь идти. – Мои слова прозвучали резко, коротко. Фарида замерла на мгновение, но затем молча вышла.

Дверь за ней захлопнулась, оставив меня одного. И тогда буря прорвалась. Я сжал кулаки так сильно, что ногти врезались в ладони. Мальчик. Девочка. Она ждёт моих детей. Моё дыхание стало рваным. В голове вспыхивали её образы: глаза, полные слёз и боли, её лицо, её губы, которые дрожали, когда она умоляла меня выслушать её. Она носит моих детей. Мою кровь. Я сделал шаг вперёд, не видя, куда иду. Всё вокруг потеряло значение. Её лицо, её мольбы – всё возвращалось ко мне с такой силой, что я почти почувствовал, как её руки касаются моего лица. Как ты могла молчать, Женя? Как ты могла прятать это от меня? Но с каждой новой мыслью я всё яснее понимал одно: я сам виноват. Я ломал её. Я уничтожал её. Я делал всё, чтобы она перестала быть собой. И всё же… Она носит моих детей. Мальчик. Девочка. Я остановился у окна, глядя на горизонт. Закат превратил небо в море крови и огня. Это были не просто дети. Это была новая жизнь. Новая возможность. Мои дети.

Я закрыл глаза и резко вдохнул.

– Они мои.

Слова прозвучали в тишине, как клятва.

Я развернулся и позвал слугу.

– Лучшие врачи. Лучшие условия. Всё, что ей нужно, должно быть у неё. Сразу.

Мой голос больше не дрожал. Он был твёрдым, как сталь.

И когда дверь снова закрылась, я почувствовал, как внутри всё ещё бушует шторм. Она носит моих детей. Теперь всё будет иначе. И больше она не выдернет свою руку из моих пальцев…Внутри все