она в атаку, но она меня и прежде-то не особо пугала, а уж в состоянии отходняка после танца с королём и подавно.

— Выражайтесь точнее, леди. Я не умею читать чужие мысли.

На секунду, всего на долю мгновения, но вечная маска надменности треснула и там за слоем штукатурки показалась немолодая, уставшая и растерянная женщина. И вот такую я бы пожалела, с такой бы я постаралась найти точки соприкосновения. Но увы и ах, леди даже на взаимное уважение была не согласна.

— Эти слухи, гуляющие по дворцу, — напыжилась она, устыдившись своей секундной слабости.

— Вы же леди, — укоризненно вскинула я бровь. — Разве пристало леди вашего положения собирать слухи по углам как какой-то простолюдинке?

Я эту отповедь про леди и её место в обществе столько раз слышала из уст свекрови, что даже сдерживаться не стала, используя её слова же против самой леди. Мелочно? Безусловно. Но как приятно.

— И всё же, — собеседница не дала увести тему разговора, больше похожего на допрос. — Почему я узнаю такие важные новости не от сына, а из сочувственных поздравлений посторонних людей?

Даже растерялась на мгновение, не понимая, что именно так задело свекровь. Моя персона в качестве невестки или то, что она осталась за бортом? Что-то мне подсказывало, что оба факта могли привести леди в такое негодование.

— Я не могу отвечать за ваши обманутые ожидания, леди Саяра, — устало ответила я.

К чему эти вопросы, пикировки? Максимум? что может получиться из этого разговора — скандал. Причём абсолютно бессмысленный. Нужно мне её одобрение? Нет. Нужно ли сохранять видимость хороших отношений? Да тоже нет. Даже Кайрену уже не нужна мать.

— Да как вы смеете, леди⁈ — прошипела свекровь, продолжая напирать, пока не упёрлась в выставленный поперёк груди меч.

— Не стоит, леди, — спокойно посоветовал Марк, тенью появившийся из-за моей спины в последний момент.

Некрасиво в пожилую даму железками тыкать, но придумать более доступный аргумент было сложно. Не привыкла свекровь к такому обращению.

— Я просто есть, нравится вам это или нет, — отвела меч в сторону. — Это свершившийся факт, и только от вас зависит, сохраним мы видимость приличий или вы сегодня же отправитесь в своё загородное поместье.

И угрожать леди тоже некрасиво, но и тянуть все соки из единственного сына — так себе проявление материнской любви.

— Ты не посмеешь, — опешила женщина, мигом растеряв великосветские замашки. — Я не могу увести Кияру… да и девочки…

— А вот про девочек забудьте, — отрезала я. — И задаток вам придётся вернуть из собственных средств, если не хотите, чтобы Кайрен узнал, что вы людьми торгуете.

— Да я об их судьбе побеспокоилась, — возмутилась леди, но поддержки не получила, только меч в руки Марка угрожающе качнулся.

— Мы обе знаем, о ком и о чём вы беспокоились, леди. И в ваших интересах мило улыбаться, принимать поздравления и нахваливать выбор сына.

И шантажировать неугодных родственников тоже не самый благовидный поступок. Вот только виноватой я себя не чувствовала.

— Погодите, погодите, — заворочалась в складках моих юбок Руни, и леди Саяра начала бледнеть. — Я не ослышалась?

Без всякого жеманства и изящества свекровь теряла самообладание, а возможно, и сознание. Даже не ожидала, что появление привычной мне забавной меховушки может так кого-то напугать. Это же не Лу со своим скрипучим голосом и кошмарной внешностью, Руни — пушистая прелесть, прямо милота воплоти.

— Всё не так… — отчаянно замотала она головой. — Это недоразумение.

— Безусловно недоразумение, — покладисто согласилась я. — Мы все так и подумали, леди Саяра. Никто не станет наговаривать на такую благоразумную даму. Ведь мы все рады, что леди так радушно приняла в семью невестку.

Руни воинственно распушилась, став раза в полтора больше обычного размера, и медленно, но неотвратимо поплыла в сторону замершей сусликом женщины.

— Вы же рады? Вам ведь тоже нравится Стася?

Пришлось хватать меховушку на лету, пока леди не отправилась в настоящий обморок или не случилось чего похуже. Не хотелось бы довести свекровь до сердечного приступа.

Лучше плохой мир, чем хорошая война, и повоевать мы всегда успеем. Вот выживем и повоюем. Когда-нибудь в очень отдалённой перспективе.

— Нравится, — едва слышно подтвердила леди Саяра, резко поджала губы и, упрямо мотнув головой, посмотрела мне в глаза: — Добро пожаловать в семью, леди Стейси.

Нет, всё-таки выдержки ей не занимать. Поразительная временами леди.

Глава 37

Всё-таки бал — изнурительное мероприятие, кто бы что ни говорил. Сомнительные разговоры, танцы, закуски и всё это с приклеенной маской на лице. Следить за жестами, за словами, за мыслями, как бы парадоксально это ни звучало. Я помнила про ментальный щит. Помнила, что нужен довольно близкий контакт. Всё я помнила, но пробовали не думать про белую обезьяну? Чем старательнее пытаешься выкинуть навязчивую идею из головы, тем она сильнее вгрызается в мозг. Моей обезьяной стал Кайрен.

Рассудительная часть меня орала, что ничего ему не сделают, даже если очень хочется. Он им нужен. Он не просто абстрактный придворный, который может бесследно исчезнуть, как тот же Даррен, про которого за весь вечер никто не спросил. На Кайрене граница, он не последний человек среди тёмных магов. Его не могут просто взять и списать в утиль один момент, резко изменив планы. А ведь на него точно были какие-то планы. И если его устранение и планировали, то точно не сегодня. Фарс с невестами — слишком хлопотное дело, чтобы отмахнуться при первой же заминке.

Я всё понимала, но не могла успокоиться. В каждой случайной фразе я искала двойной смысл. Вглядывалась в лица, в кружки по интересам. На любое внимание в мою сторону я отвечала в двойном размере.

Я сама себя загоняла в угол, но не могла остановиться. Казалось, остановишься, выдохнешь, и мир рухнет в бездну. Самонадеянно? Безусловно. Я в состоянии здраво оценить свою значимость. Но разумом, не сердцем.

— Пей, — насилу вложила мне в руку бокал Елания. — Это успок…

И я выпила залпом, без раздумий, не дав ей договорить. И плевать мне было, что густая жидкость совсем не походила на напитки, которые разносили лакеи. И на терпкий запах трав плевать. Да я даже воды бы хлебнула и поверила, что мне дали лекарство от всех болезней. Плацебо