она слаба и не успевает. Я вихрем проношусь по трапу. Распахнув люк, выбираюсь под небо, темное от выпущенных гарпунов. Вокруг с ревом кружат два тортона, мечут в нас небольшие сгустки энергии из боковых прорезей в панцирях.

Попадая в «Гладиан», эти выстрелы плавят обшивку.

Китон валяется в страховочной сетке без сознания, парализованная ударом электрокопья. Рядом стоит лантианин, крепко сжимающий в руках оружие.

Увидев меня, он ухмыляется:

– Медведи были неголодны.

Проклятье! Этот человек всего день провел на острове, а его уже спасли. Один. День.

Он кидается на меня, но Родерик успевает развернуть турель и жмет на спуск. Гарпунами лантианина разрывает в клочья.

– Конрад! – говорит Род. – Спускайся вниз!

Громила в это время голыми руками дерется сразу с четырьмя лантианами в черной броне.

Рядом со мной показывается Брайс.

– Ты не в состоянии драться. Иди вниз! – велю ей.

– Не дождутся, – отвечает она.

Громила в этот момент хватает ближайшего к нему противника и, саданув его лицом о перила, швыряет за борт. Остальные жалят Громилу копьями в спину. Пораженный разрядами, он кричит и трясется. Потом падает на палубу.

Родерик с ревом разворачивает турель и выпускает в лантиан гарпуны. Он буквально не оставляет от них мокрого места.

Приближаются тортоны. Из отверстий в панцире ближайшего к нам появляется еще больше врагов: они спрыгивают на палубу «Гладиана», бегут ко мне. Одного из них Брайс успевает повалить, но он освобождается из захвата. Встает и хочет уже обрушить подошву ботинка Брайс на лицо, но тут Родерик снова разворачивается и стреляет. Пронзенный гарпуном в грудь, лантианин летит за борт.

Одна лантианка замахивается на меня копьем… и натыкается на трость. Получив набалдашником в челюсть, падает на спину.

Тортоны продолжают жечь нашу обшивку.

Надо двигаться. Стиснув зубы, я бегу к рулевой платформе. На борт к нам соскакивает еще один лантианин, но я тростью разбиваю ему лицо. Он падает, а я тем временем запрыгиваю на нажимную пластину. Меня накрывает колпаком. Продев пальцы в кольца, выкидываю руки вперед. Струны сопротивляются, однако «Гладиан» стартует. Парализованное тело Громилы катится в страховочную сетку.

У меня дрожат руки. Чертовы струны – не хотят слушаться. Что-то не так с движком, а механик лежит без сознания в сетке!

Появляется Арика и тут же падает, потому что тортоны снова таранят нас. Эти твари бьются о корпус «Гладиана» в тех местах, где металл размягчился от попадания их выстрелов.

Правда, Родерик с Брайс на турелях и мечут в монстров гарпуны. Боеприпасы решетят панцири. Арика стреляет из наплечной пушки. В тот же миг один тортон, войдя в штопор, падает с неба. Вереща, летит навстречу кислотной завесе.

Второй включает маскировку, слившись с синим небом, и скрывается из виду.

– Зенитка! – орет Брайс.

Они с Родериком разворачивают турели, и небо вспыхивает золотыми искрами взрывов. Я увожу корабль прочь, а они палят наугад, во все стороны. Встречный ветер с воем обдувает колпак моей кабины. Вот один из выстрелов Брайс очерчивает в пустоте силуэт тортона.

– ПЛИ! – командует Родерик.

Однако не успевают они с Брайс развернуться, как небо наполняется каким-то кошмарным звуком. Это тортон издает высокочастотный, похожий на сирену, визг.

– Нет, – затаив дыхание, произносит Брайс. – Убейте! Убейте его! Быстро!

Дрожащими руками я давлю на отчаянно сопротивляющиеся струны: правую отвожу назад, левую выпрямляю, и «Гладиан» делает резкий разворот. Теперь мы носом смотрим прямо на монстра. Арика палит из наплечной пушки. От взрыва по панцирю тортона словно пробегает рябь.

Я устремляюсь в погоню за металлической черепахой. В этот момент на палубе появляется Элла. Я уже хочу заорать ей, чтобы пряталась, убиралась вниз с палубы, но тут Брайс кричит уже мне:

– Конрад, сбрось ход! Замедлись…

Корабль вздрагивает от внезапного столкновения, когда «Гладиан», словно топор, разрубает тортона надвое. Меня кидает вперед, едва не выворачивая руки. Брайс и Родерик кричат, а Элла падает на палубу.

Восстановив равновесие, я сдаю назад, а рассеченный тортон рушится с неба. Слишком быстро, нам за ним не успеть.

Я вздыхаю. Вот и на этот раз мы остались без трофея.

Несколько секунд оглядываем небо. Брайс и Родерик продолжают палить из зениток, но мы так ничего и не находим.

– Конрад, – наконец произносит Брайс, – надо уходить. Здесь небезопасно. Тортон призвал кое-кого пострашнее.

Я давлю на струны, но они почти не слушаются.

– Что-то не так с движком, – говорю я.

У Брайс вытягивается лицо. Она кидает взгляд на Китон, а потом вместе с Родериком вытаскивает ее из сетки. Кладет одну руку себе на исполосованный затылок, другую – Китон на грудь. Получив электрический разряд, Китон мгновенно приходит в себя и садится.

– Придется принять бой, – говорит Брайс. – Всем готовиться.

– Китон, – говорит Родерик, – ты цела?

Китон оцепенело кивает.

– Двигатель не справляется, – продолжает Родерик. – Можешь его починить?

Китон встает на ноги. Слегка пошатнувшись, она снова утвердительно кивает и соскальзывает в люк по перилам трапа. Бежит в машинное отделение.

Брайс тем временем кидается к Громиле. Вместе с Арикой и Эллой подхватывает его за огромные ботинки и вытаскивает из страховочной сетки. Надо бы им помочь, но мне лучше оставаться под колпаком в рулевой кабине. На случай, если придется лететь. Брайс выстреливает разрядом Громиле в грудь, и тот вскакивает, охваченный яростью, готовый сражаться дальше. Его совсем не шатает, не то что Китон.

По небу неожиданно разносится ужасающий вопль.

Обернувшись, Брайс спешит к турели.

– По боевым постам! – командует она.

Через мгновение на фоне облаков показывается свивающий кольца льдистый змей. И летит он в нашу сторону. Это белый горгантавн второго класса. Самое меньшее полсотни метров в длину. Самец с толстым роговым гребнем над головой.

Его глаза горят страшным, голодным огнем.

* * *

Белый горгантавн приближается. Ледяной панцирь, покрывающий его тело, хрустит и потрескивает, но при этом постоянно нарастает заново. Сосредоточив на нас взгляд своих синих глаз, змей издает жуткий вопль. Даже я, заключенный в колпак кабины, морщусь: голова едва не раскалывается на части.

Элла снова связалась с дядей. Нам остается только продержаться до его прибытия.

Я натягиваю струны, с трудом выжимая из корабля остатки энергии, и ухожу прочь от змея. Однако он, развернувшись, кидается за нами в погоню.

Брайс с криком жмет на спусковые крючки. Гарпуны один за другим врезаются в бок горгантавна. Снаряды со звоном отскакивают от обледенелых чешуек. Зверь раскрывает пасть, полную трехметровых зубов.

Мы движемся чертовски медленно. Монстр проглотит нас и не подавится.

– Китон! – кричу я в коммуникатор. – Что с движком?

Нет ответа.

С ослепительной скоростью горгантавн оплетается вокруг «Гладиана», готовый сдавить корабль в кольцах своего тела. Черт