на то, что где-то там наверху за нами очень внимательно наблюдают и не позволят совершить непоправимых ошибок. Сейчас же я могла только плыть по течению и не сопротивляться. Без моего ведома события сами набрали бешеный темп, и если я не смогу с этим справиться, то просто утону под лавиной, которая накроет с головой. Вот она, настоящая правда жизни.

Мы лишь мелкие букашки в огромной игре богов. Если оступимся или сделаем шаг, несвойственный для пешки, то понесем за это наказание. Мать на собственной шкуре прочувствовала всю полноту отчаяния и разочарования. Пусть она и не призналась отцу, но ей горько пришлось заплатить за свое сопротивление. Пророчество не терпит изменников. Оно карает без суда и следствия и стирает с лица земли за меньшие проступки. Рисковать понапрасну я не хотела, да и не находила в себе сил сражаться с обстоятельствами, неподвластными даже времени.

Я трусиха, привыкшая прятаться за спинами более сильных и принимать слова, сказанные кем-то, за истину в последней инстанции. Бессмысленно лепить из себя ту, кем не являешься. Каким окажется финал этой истории? Покажет только время, которое ускоряет свой бег и утекает подобно воде в дырявом ведре. Его ничем не остановить, и не свести потери к минимуму. Останется только смиренно наблюдать за протечкой и верить, что там останется хоть что-то про запас.

— Прости, я неправильно выразился, — спокойно прозвучал голос Навье. — Ты привыкла во всем искать подвох и видеть для себя опасность, я все понимаю. Поэтому постараюсь выразиться как можно более полно, чтобы не осталось вопросов.

— Хорошо, — кивнула я. — Продолжай, я вся внимание.

— В моей жизни не так часто приходилось сталкиваться с неприятностями. Я привык всегда быть в тени и следовать советам закона. А тут, после того, как твое имя ворвалось в мою жизнь, все изменилось до неузнаваемости. Я не могу точно определить, в какой момент голос здравомыслия сменился чем-то непонятным. Диким и необузданным нечто, от которого я схожу с ума. При виде тебя во мне борется чувство собственности и долг перед страной. Как развести по сторонам непримиримые орды, понятия не имею. Но чем дольше я нахожусь рядом с тобой, тем слабее становится голос разума.

— И… — после того, как он замолчал, протянула я.

— Это не дает мне покоя, заставляет терять самоконтроль. До сего момента я бы ни за что не поверил в древнее проклятие и тому подобное. Да, мне сложно думать о том, что в нашем мире оно может существовать в реальности. Но чем дольше я нахожусь в твоей компании, тем больше сил уходит на поддержание собственной хладнокровности.

— Магия, которая не подвластна даже великим, — хмыкнула я. — Нам не дано управлять собственной жизнью. А вот за сопротивление можно сильно поплатиться. Мать отдала за собственное упрямство способность рожать здоровых и живых детей. Мне не хочется повторять ее ошибок. Поэтому я смирилась и приняла это.

— Для меня это сложно, — замялся он на мгновение. — Но я постараюсь обдумать свои слова и принять верное решение. Надеюсь, у нас еще будет шанс поговорить?

— Конечно, я все время провожу или тут, или в трапезном зале, — пожала я плечами. — Подойдете, милорд, и я с радостью уделю вам время.

— Благодарю, — Навье поднялся и неспешно покинул комнату.

Надеюсь, моя дальнейшая судьба приняла более стабильный оборот. Эти слова дались нам обоим с невероятным трудом. Двое одиночек, вынужденных принимать новые правила игры. Время, конечно, быстро расставит все по своим местам. Но уверенность в завтрашнем дне намного лучше, чем бесконечные многоточия и нерешенные вопросы. Так до комнаты, обитой мягким войлоком, в отделении для душевнобольных недалеко. А мои нервы на пределе, еще одного громадного потрясения я просто не переживу!

Замкнутый круг

Глава 11

После развернувшихся событий маленький курортный городок, затерянный среди живописных просторов, уже не казался таким сонным и прекрасным. Все его естество дрожало в предвкушении настоящего урагана, способного смести все на своем пути. В эпицентре же этого невероятного приключения была я… Маленькая пташка, которая умудрилась взмахом крыльев накликать настоящее бедствие на головы всех, кто находился поблизости. Вот как это объяснить? Словно дурной сон, который не хотел прекращаться, преследуя даже наяву.

Сознание медленно становилось вязким, мысли утопали в сиропе и не хотели шевелиться. К языку прилип горьковатый привкус разочарования. В себе ли или в том, что не смогла избежать опасности. Не могла понять, только тяжесть на душе не давала нормально вздохнуть. Стягивала грудь кольцами. И самое страшное, я чувствовала, как на самом деле становлюсь зависимой от одного нахального мужчины, который даже не хочет быть со мною рядом. В отличие от канцлера, у меня не было выбора. Либо курортный роман, либо отдача древнего пророчества.

В груди навязчивым червячком переливалась ревность. Она затапливала все на своем пути. Откуда вообще появилось это иррациональное чувство? Я не могла отдать собственное сердце страшному монстру, пришедшему по мою голову. Да, что толку от этих глупых метаний! Ничего уже не исправить. Виконт был прав… Во многом, если не во всем. Матушка в свое время рассказывала, что думать в ситуации, когда такая сила давит тебе на плечи, практически нереально. Но это не тот случай. Я не хочу сопротивляться, я хочу добровольно капитулировать.

В моей истории события бегут по иному кругу, но почему-то они так сильно напоминают роман моих родителей. Только в нем папа сдался на милость богов, а мама упорно искала выход до самого последнего «да» у алтаря. Находила их тысячами, разрисовывала схемы, но так и не решилась сбежать. А что делала я? Ждала, когда один самовлюбленный гад наконец-то поймет, что все его придуманные варианты канут в небытие. Что пытаться сбежать — это просто биться о стену головой, что на самом деле ничего не даст. Мы заперты в маленьком городке.

Ловушка, расставленная кем-то коварным, давно захлопнулась. Точнее, у нас и не было никогда иного выбора. Красивая мистификация с заранее известным итогом. Вот что сейчас плыло перед моими глазами. И, боги, помилуйте меня и всех родных. Я не желала покидать клетку, ограничивающую мою свободу. В ней было так хорошо, уютно и спокойно, что в душе расцветали самые дивные цветы. Почему же Навье не способен согласиться на простой курортный роман? Что его сдерживает и отталкивает? Зачем он настолько серьезен?

Уткнувшись головой в скрещенные руки, я постаралась дышать через рот и взять эмоции под контроль. Но чем дольше я думала обо всем