— Потрошит демонов? — я удивлённо посмотрел на лекарку. — Это как?

— Обычно… Как добытых зверей, — Лада пожала плечами и, кивнув на миску, добавила: — Ты давай ешь, а мы расскажем, что знаем.

Все оказалось просто. Демонов тут убивают нечасто, поэтому обоим чудовищам в тот же день отрубили головы. С первым же кораблем их отправили в Новгород, а потом трупами занялась Велеслава. То преображение Зимы произошло благодаря Велесу, который коснулся подруги своей Силой. То есть моя маленькая фея ненадолго превратилась в Скотьего бога, и это позволило ей спеленать демона. Бога за такое участие нужно отблагодарить и для этой цели лучше всего подойдёт ливер убитых чудовищ. Святилище поставили там же. Земля, что шевелилась у меня под ногами, несет на себе отпечаток Силы владыки Нави, и лучшего места для капища не найти.

Закрыв мои раны и убедившись, что я уже не откину копыта, жрица набрала себе помощников и отправилась строить святилище. То есть само капище строят мужчины, а Велеслава вырезает у демонов разные органы и выкладывает их на алтарь. Дружинники с новгородцами ей помогают, но они постоянно меняются. Жрица же там постоянно. Страшная женщина… и очень целеустремленная. Средневековье, что тут сказать… Дикие времена и такие же дикие нравы…

Вся эта жуть с вырезанием органов аппетита мне не испортила, и кашу я доел до конца. Облизал ложку, убрал её за пояс, допил квас и благодарно кивнул.

— Спасибо, хозяйка! Очень вкусная каша. Как и всегда.

Лада улыбнулась в ответ, а Зима подлетела к миске, заглянула в неё и, подняв на меня взгляд, произнесла.

— Раз ты поел, нам нужно поговорить. Очень важный вопрос.

— Да, конечно, — я кивнул, чувствуя какой-то подвох, и, в общем-то, не ошибся.

— Те головы, что повезли в Новгород, — начала издалека Зима. — Их же добыл ты…

— Ну… одну с твоей помощью, — я поморщился, не понимая, куда она клонит. — Второго демона убили меченосцы.

— Перестань тупить, — Зима нахмурилась. — Разве убили бы они его без тебя? Ты убрал с демона защиту и, атаковав его, поделился с латинянами своей удачей. Тебе же это объясняли.

— Ни хрена себе, — я усмехнулся, удивленный таким поворотом.

Не, ну так-то логично. Удача ведь не сортирует людей на своих и чужих. Кинул в чудовище заклинание и процесс запустился.

— То есть обе головы добыл ты, — Зима ткнула в меня своим пальцем. — Это подтвердит любой, и даже латиняне.

— Ну ладно, — я пожал плечами, — и что дальше? Мне эти головы не нужны. Суп из них варить я точно не стану. Даже если Велеслава попросит.

— Вот и я думаю, что они тебе не нужны, — подруга хмыкнула и махнула рукой. — Мы возьмем за них серебром. За голову демона вече назначило награду в сто пятьдесят серебряных гривен. Ты говорил, что математике обучен…

— О-хе-реть… — выдохнул я, когда до меня дошел смысл сказанного. — То есть мы с тобой теперь богаты?

— Именно! — Зима улыбнулась и заявила: — И мне теперь нужно новое платье! Я же не могу постоянно летать в одном?

— Да хоть десять, — я мысленно выдохнул и, сдержав улыбку поинтересовался: — Ты их хочешь купить?

— Я, как ты понимаешь, ничего купить не могу, — Зима изобразила печальный вздох и подняла на меня взгляд: — Только десять — это много. Пусть будет девять.

— А чем тебе не нравится десять?

— Ну мир же триедин: Явь, Правь, Навь, земля, вода, небо… — пожав плечами, пояснила подруга. — Поэтому мне больше нравится число «три».

— Но три же не девять, — я поморщился, окончательно запутавшись в рассуждениях своей спутницы. — Какая-то странная у тебя математика…

— Ну что тут непонятного? — включилась в разговор Лада. — Три платья для девушки мало, а три раза по три — уже хорошо.

— Действительно, — я усмехнулся и покивал. — А платья тебе нужно купить здесь?

— Нет, — Зима покачала головой. — Вот вернемся из Пскова в Новгород, и сходим с тобой в ремесленный квартал. Лада мне о нем рассказала. Там красиво. Тебе понравится.

— А почему не на торг? — я перевел взгляд на лекарку. — Ты же вроде говорила, что вся торговля проходит там, у моста через Волхов[1]?

— Так и есть, — Лада кивнула. — Нам туда и нужно. В ремесленные ряды, в Славенский конец[2].

— Мне же не покупать надо, а заказать, — возмущенно пояснила подруга. — Ты же сам видишь, в чем ходят местные женщины. Я так не хочу. Поэтому сходим к портному, и ты ему все объяснишь…

— Стоп! — я выставил ладонь и осторожно поинтересовался: — А можно как-нибудь без меня? Ты только представь, что они обо мне там подумают. Портные эти, ну или кто там ещё… Может быть с тобой сходит она? — я кивнул на лекарку. — Это ж она тебе рассказала о том квартале? И о платьях Лада знает куда как больше меня. А я где-нибудь там — в кабаке посижу, пока вы заказываете. И серебро отдам, когда надо…

— Хм-м, — Зима тронула подбородок и с сомнением посмотрела на Ладу, затем снова на меня и кивнула. — Хорошо, но ты мне тогда покажешь тысячу платьев. Мне же нужно из чего-то выбрать…

— Ты думаешь, я столько вспомню?

— Вспомнишь, — Зима серьезно кивнула. — Главное пообещай.

— Хорошо, — я пожал плечами и мысленно выдохнул. — Обещаю.

— Ну вот, — подруга улыбнулась и посмотрела на улыбающуюся Ладу. — Я же тебе сказала, что этим закончится?

М-да… Весь этот веселый концерт был разыгран ради того, чтобы я показал ей тысячу платьев. Моя Зима все больше похожа на девчонку из далекого будущего. Даже Ладу подписала себе в сообщницы. Хранительнице леса попробуй откажи, ага… Не знаю как кому, но мне эти ее изменения нравятся. Не представляю, как бы я общался с ней останься она прежней. А так, скучать не приходится. Надеюсь, и не придётся.

— Сговорились, значит, — я вздохнул и покачал головой. — Тебе вот не стыдно? Я ведь и так все показываю, что просишь.

— Просто так — не интересно, — Зима дурашливо пожала плечами. — И о каком вообще стыде ты говоришь? Я дух, мне не может быть стыдно.

— Очень удобно, — я покивал и, сдерживая улыбку, посмотрел на лекарку. — Ты говорила с русалками не общаться… Говорила обманут…

— Ты как будто расстроен, — Зима картинно-возмущенно нахмурилась. — Триста гривен заработал на демонах. Должен радоваться…

— Ну я и радуюсь. Даже очень, — я не выдержал и улыбнулся. — Представляю, как обрадуется посадник. Он-то думал, что демон будет один, а тут — целых два. Сто пятьдесят гривен сверху — деньги