законсервировали, превратив в жуткую, совершенную статую. Кожа напоминала полированный фарфор, натянутый на острые скулы. Идеальная осанка, массивная корона из темного золота, вплавленная прямо в череп. На плечах покоилась тяжелая мантия, сотканная из клубящегося черного тумана. Вместо глаз на лице, если это, конечно, можно назвать лицом, имелись два бездонных провала, заполненных концентрированной тьмой.

У подножия трона замерла личная гвардия Лича. Никаких примитивных скелетов в ржавой броне. Владыка собрал элиту, высшую нежить. Воздух вокруг них вибрировал от концентрации темной магии. Огромные мертвяки, чьи раздутые тела бугрились каменными наростами, превратившими их в живые тараны. Сутулые, жилистые гули с гипертрофированными когтями, которые переминались с лапы на лапу в предвкушении свежей плоти. Стрыги — искаженные проклятием твари с бледной кожей и полными острых клыков пастями, готовые разорвать жертву в клочья. И умертвия, сотканные из ледяного тумана и полусгнившей плоти, сжимающие призрачное оружие, которое вытягивает жизнь одним прикосновением.

— Замечательно, — тихо высказался Рик сквозь зубы, — Вся эта дрянь даже не пытается принять вид поприличнее. Действительно, кого им стесняться. Тут все свои.

— Жалкие искры, решившие бросить вызов солнцу, — голос Владыки нежити ударил прямо по нашим мозгам, заставляя барабанные перепонки вибрировать от давления. В этом голосе смешались тысячелетняя скука и абсолютное высокомерие.

Лич медленно поднялся с трона. Стержень за его спиной взвыл, реагируя на движения хозяина.

— Забавная компания. Предатели собственной крови. Убийца. Один недолич и девчонка, которая оказалась между смертью и жизнью, — взгляд пустых глазниц скользнул по Гончим, Рику и Лоре, затем впился в меня. — А возглавляешь их ты. Мальчишка, возомнивший себя жнецом. Вы пришли сломать то, что не в силах даже осознать. Я создал этот мир! Я вырвал его из хаоса! И я имею право собирать плату.

— Ты просто зажравшийся паразит, — процедил я, шагнув вперед. Энергия Забвения уже струилась по венам, мозг работал четко, как часы. — Твое время вышло, труп.

Владыка снисходительно усмехнулся. Эта гримаса на его фарфоровом лице выглядела пугающе неестественно.

— Убейте их всех, кроме некроманта, — приказал он. — Мальчишка мне нужен. Его связь с Серой девкой стабилизирует ядро.

— Серая девка…— Хмыкнул палач. — Это он так про Госпожу, что ли? Смелый парень.

Продолжить свою мысль Рик не успел. Высшая нежить сорвалась с места. Гули оттолкнулись от пола, взмывая к сводам зала, и тут же ринулся вниз, прямо на Гончих. Стрыги превратились в размытые пятна. Их пронзительный визг ударил по ушам. Умертвия заскользили над землей, вымораживая камни. А следом тяжело, неотвратимо топали мертвяки.

Гончие приняли удар. Зал наполнился грохотом взрывов. Элитные маги Императора били воздушными лезвиями, отсекая гулям конечности, но твари продолжали нападать. Одна из стрыг прорвала магический щит и впилась когтями в горло одному из магов. Псов это не остановило. Они сражались с яростью обреченных, выплескивали в этой схватке ненависть на тех, кто обманывал их десятилетиями.

Тень метнулась в самую гущу схватки. Бывшая Гончая, ставшая Личом, превратилась в ураган из бритвенно-острых когтей и первобытной злобы. Она уклонилась от броска гуля, перерезав ему хребет, и тут же перетекла под выпад умертвия. Рыжая пробила призрачную грудную клетку, вырвала сгусток темной энергии, служивший твари сердцем, и раздавила его в кулаке.

Рик действовал иначе. Он остался позади, заслоняя собой Лору. Палач отбивал атаки прорвавшихся монстров. Когда раздутый мертвяк попытался ударить его, убийца скользнул под руку нежити, крутанулся на месте и всадил кинжал точно в основание черепа твари. Наемник не лез на рожон, прекрасно понимая свою задачу — сохранить жизнь дочери.

Лора все так же стояла истуканом. Глаза девчонки заволокла мутная пелена, губы беззвучно шевелились. Зов Владыки давил на нее, пытался подчинить ту часть тьмы, что поселилась в хрупком человеческом теле.

Я не смотрел на своих друзей. Мне было некогда. Моей целью стал трон. Гончие, Рик, Тень — они все делали только одно. Отвлекали внимание нежити, давали мне возможность добраться до Владыки.

Я сконцентрировал Силу Забвения, ударил по Личу черным лезвием пустоты. заклятия сами формировались в моей голове. Чисто на автомате. Понятия не имею, делал ли я все правильно. просто действовал и все.

Пространство между нами исказилось.

Лич даже не поднял руки. Одно короткое усилие его воли — и прямо из пола вырвалась каменная плита, принимая удар на себя. Камень разлетелся в пыль, но сам Император, конечно же, остался невредим.

— Твоя сила примитивна, Уборщик, — раздался смешок в моей голове. — Ты лишь проводишь энергию. Я же являюсь ее источником.

Он плавно взмахнул рукой. Из Стержня вырвался сгусток ревущего фиолетового пламени и понесся в мою сторону. Температура в зале мгновенно упала, стены покрылись тонким слоем инея. Это был чистый концентрат смерти.

Я успел вскинуть руки и развернуть матовый Щит Забвения. Вроде бы так оно называется. В голове появлялись и исчезали названия, формулы, схемы заклятий. Я не особо вникал в эту информацию. Моими действиями руководили те знания, что получил от Серой Госпожи.

Фиолетовая хрень врезалась в преграду. Меня словно толкнули назад невидимой рукой. Сильно толкнули. Ботинки с неприятным звуком заскользили по камню, оставляя глубокие борозды. Щит трещал, Сила Лича пыталась просочиться сквозь него, искала брешь.

Древний монстр оказался невероятно силен. Этот урод впитал в себя миллионы жизней.

— Сдавайся, мальчишка, — Император начал медленно спускаясь по ступеням возвышения, на котором стоял трон. — Ты станешь отличным проводником. Выпотрошу твое сознание и возьму твою связь с Безмирьем. Моя Империя вечна!

Стиснув зубы до боли в висках, я почувствовал, как снова пошла кровь, капая на куртку.

— Хрен тебе… а не Империя!

Резко сбросив щит, ушел в перекат. Пропустил остатки пламени над головой, и вскинул руку. Ударил по Личу десятками острых, длинных игл. Заклинание разрыва структуры. Каждая игла может превратить обычного мертвяка в пыль.

Для Владыки это стало неожиданностью. Он не был готов защищаться, только нападал, а потому пропустил мой удар. Иглы впились в его мерзкую рожу. Раздался треск. На щеке и шее Лича появились мелкие, похожие на паутину трещины.

Монстр остановился. Он медленно провел рукой по поврежденному лицу. В пустых глазницах вспыхнула ярость.

— Ты смеешь портить сосуд? — голос бывшего Императора утратил снисходительность, — Ты забываешься, человеческое отребье!

Он вдруг резко повернул голову. Взгляд метнулся поверх моего плеча. Туда, где Рик прикрывал Лору.

— Думаешь, твоя персона здесь самая важная и ценная? — в интонациях Лича слышался