Кирилл неспеша изучал лица присутствующих, стараясь скрыть свое любопытство. Его внимание привлекали приметные детали: увечья, рисунки на коже, обереги. Он выискивал конкретный символ, метку, способную вывести его на нужного человека.

Захватив ключи, Борг направился к лестнице, ведущей на верхний этаж. Гобла и Ворн пошли за ним, а Проф с топором на плече еле передвигал ноги, ворча о грязи и царящем беспорядке. Кирилл шел последним. Поднявшись, они нашли свои комнаты. Четвертый номер оказался тесной, грязной конурой с двумя тесными кроватями, застеленными засаленными покрывалами. В ней разместились Проф и Гобла. Девятый номер был лишь немного больше и ненамного чище. Было решено поселить мальчишку в девятом номере.

— Так будет безопаснее, — пробормотал Кирилл, критически оглядывая помещение. — Пока меня не будет, глаз с него не спускай, — обратился он к Боргу. Тот в ответ коротко кивнул.

Ворн, не обращая ни на что внимания, сразу же повалился на одну из кроватей, закрыв глаза. Он думал о Полкане, о том, как устроился его друг и нашлось ли ему удобное место на чердаке таверны. Гамлет также остался снаружи — Борг оставил птицу следить за окнами.

Вскоре появился и великан, явно мутировавший, таща за собой третью кровать. С грохотом поставив ее у стены, он окинул комнату безразличным, не обремененным разумом взглядом и ушел, не сказав ни слова. Борг тяжело вздохнул, понимая, что ночь в этой дыре будет нелегкой. Он молча достал из сумки флягу с водой и предложил ее Ворну.

— Есть хочешь? — спросил он у мальчишки, присаживаясь на соседнюю кровать и с трудом стаскивая грязные сапоги с уставших ног. В воздухе распространился запах потных портянок.

— Нет. Устал. Хочу спать, — почти во сне пробормотал Ворн, возвращая флягу.

Борг с грустью посмотрел на парня, который упал как был, стянув только рюкзак и бросив его на пол. Он медленно снял с него сапоги, куртку и накрыл одеялом. Подошел к окну, посмотрел на улицу. Смеркалось. Немного приоткрыл окно для проветривания и, заметив своего ворона на крыше соседнего дома, негромко свистнул, привлекая внимание питомца и показывая ему окно, за которым нужно следить внимательнее всего.

Свежий, или относительно свежий воздух ворвался в комнату. Дышать стало легче.

Закончив переодеваться в чистое, Кирилл, оставив товарищей отдыхать, спустился обратно в зал.

Заказав себе кружку пива, он уселся в дальнем углу, откуда открывалась панорама на весь зал и на всех посетителей. Он пил пиво, наблюдал за гостями, за барменом. Тот, закончив с посудой, вытер руки о передник и направился в подсобку. Кирилл, дождавшись, пока дверь за ним закроется, приблизился к стойке и облокотился на нее.

«Кровавый Клык» был местом, где информация стоила денег. Достаточно знать, к кому обратиться. Именно поэтому Кирилл не стал расспрашивать первого встречного. Бармен, судя по всему, был одним из тех, кто знал больше положенного. Он видел, кто приходит и кто уходит, слышал обрывки разговоров, замечал детали.

Через пару минут бармен вернулся, достал из-под стойки бутылку самого дешевого пойла и налил себе полный стакан. Кирилл усмехнулся, глядя на его жадность.

— Ищешь кого-то, — скорее констатировал, чем спросил бармен, не отрываясь от питья. — Не стоит. Здесь каждого второго ищут. Да и чего тут искать? Ничего, кроме проблем, тут нет.

Кирилл прикинул, стоит ли тратить время на любезности. Решил, что нет.

— Мне нужна информация, — сказал он прямо, не опускаясь до шепота. — О недавнем посетителе. Высокий, худой, шрам на левой щеке.

Бармен допил свой стакан и поставил его обратно на стойку с тихим стуком. Протёр губы тыльной стороной ладони и посмотрел на Кирилла изучающим взглядом.

— Описание подходящее. Таких тут каждый день бывает. Ты кто вообще такой, чтоб я тебе что-то рассказывал?

— Я тот, кто хорошо платит за информацию. И тот, кто не любит, когда его время тратят впустую, — ответил Кирилл, доставая из кармана несколько монет и демонстративно положив их на стойку. — Это только начало.

Глаза бармена блеснули, устремившись на деньги. Он быстро сгрёб их в свою руку и спрятал под стойку.

— Ладно, говори. Что тебе нужно знать? Только быстро, а то мне работать надо. Видел я такого, да. Неделю назад заходил. Сидел в углу, один. Ни с кем не разговаривал, только пил. Ушёл под утро. Больше я его не видел.

Кирилл нахмурился. Неделя — это слишком большой срок. След простыл. Но хоть что-то.

— Что он пил? Как выглядел? Какие-нибудь особенности? Всё, что помнишь.

Бармен пожал плечами.

— Пиво, как обычно. Выглядел… обычно. Одет во всё чёрное. Ничего особенного, говорю же. Хотя погоди… У него на руке татуировка была. Череп какой-то, обвитый змеёй. На левой руке, кажется.

Череп и змея. Это уже кое-что. Кирилл достал еще несколько монет и положил на стойку.

— Еще что? Может, он что-то говорил? С кем-то встречался?

Бармен сгрёб деньги и снова спрятал их.

— Нет, ничего такого не было. Он вообще молчал как рыба об лёд. Но знаешь что? Кажется, он платил какой-то странной монетой. Серебряной, но не нашей. Я таких раньше не видел. Большая такая, массивная. Может, это что-то тебе даст.

— Может, и даст, — кивнул он и скривил губы. Информация была скудной, но хоть что-то.

— Зачем он вообще сюда пришёл, по-твоему? Ты же видишь людей насквозь, верно?

Бармен хмыкнул.

— Зачем пришел… откуда мне знать? Может, запить горе, может, кого-то ждал. У нас тут всякие бывают. Гадать не буду. Не моя работа.

Кирилл тяжело вздохнул. Он крутил в пальцах очередную монетку, делая вид глубокого размышления о том, давать ее бармену или нет. Бармен же с жадностью и заинтересованностью наблюдал за действиями. И тут, словно по волшебству, монетка исчезла. Вот она была, прыгала, перекатывалась по пальцам и хлоп — нету. Мужик от удивления раскрыл рот.

— Как? — таращился он на раскрытую ладонь Кирилла.

— Каком кверху, — усмехнулся тот.

— А обратно так можешь?

— Могу. Но зачем мне это делать?

— Торги завтра утром. Там ищи.

— А торги где? — монета вновь блеснула и исчезла в руке Кирилла.

— На площади, где же еще. Приходи туда к десяти утра.

— В десять — это уже не утро, — усмехнулся Кирилл и, подкинув в воздух монетку, ловко поймал ее и вручил довольному мужчине.