находящимися по другую сторону решетки. Поймав на себе взгляд Ворна, она вздрогнула и едва уловимо подала знак рукой.

«Не может быть! — проносилось в голове парня. — Та самая необычная девчонка без ауры, что наведывалась к дому профессора⁈ Каким образом она тут оказалась? Черт! Черт! Черт! Что же делать⁈ Нужно немедленно ее освободить!» И, не успев до конца осознать свои намерения, он, сам того не планируя, вскинул руку, выкрикивая:

— За маленькую темноволосую предлагаю пять серебряных!

Глава 13

Гобла, который постоянно находился рядом с подростком и присматривал, чтобы тот не влип в очередную неприятность, всполошился.

— Ты чего творишь, малой⁈ Начерта тебе эта пигалица?

— Нужно, Гобла. Нужно. Поверь мне! — отмахнулся от него Ворн.

Мужчина попытался остановить подростка, но куда там. Ворн, распихивая зевак, рванул к помосту с клетками, на ходу вынимая монеты.

Аукционщик, до этого вяло перебиравший четки, просиял. Пять серебряных за девчонку — это более чем щедро. Обычно за невольников ее комплекции давали в лучшем случае три, и то если покупатель был особо щедр или девица отличалась особой привлекательностью, чего об этой, прямо скажем, не скажешь. Худенькая, грязная, но с бунтарским взглядом — товар так себе. От таких всегда куча проблем. Потому, недолго думая, он заорал во всю глотку:

— Пять серебряных за юную рабыню! Кто даст больше⁈ Раз! Кто даст больше⁈ Два!

Ворн замер, чувствуя, как сердце колотится в груди. Он готов был отдать все свои сбережения, лишь бы выкупить незнакомку. Но, к счастью, желающих перебить его ставку не нашлось. Аукционщик довольно хлопнул в ладоши, и девчушку поволокли к Ворну. Гобла стоял как громом пораженный, не веря своим глазам.

— Да ты совсем рехнулся, парень! — прошипел он, когда Ворн протянул аукционщику монеты. — Зачем тебе эта обуза? У нас и так проблем выше крыши!

— Потом объясню, Гобла. Просто поверь, это очень важно, — ответил Ворн, даже не взглянув на своего спутника. Он был полностью поглощен происходящим. Когда девчушку подвели к нему, он протянул ей руку.

— Как тебя зовут? — тихо спросил он. Девочка молчала, лишь смотрела на него своими огромными глазами. Неожиданно она шагнула вперед и, схватив Ворна за руку, крепко вцепилась в нее, словно утопающий за соломинку. Ворн понял, что теперь он отвечает за нее, и отступать уже поздно.

Подросток почувствовал, как ее пальцы судорожно сжали его ладонь. Кожа девочки была холодной и шершавой, а тело дрожало мелкой дрожью. Он осторожно сжал ее руку в ответ, стараясь хоть немного успокоить. В его голове роились вопросы, но сейчас самым главным было вывести ее отсюда, подальше от толпы зевак и цепких взглядов.

Мальчик посмотрел на все еще недоумевающего друга.

— Мне нужно увести ее отсюда. Надо вернутся в таверну.

— Нет, — покачал головой хуман. — Кирилл сказал, нужно искать мужика с черепом на руке. И это действительно важно. Я думаю, без него мы не пойдем дальше, потому что Кир не знает, куда именно нужно идти. А вот что теперь делать с этой девчонкой? Таскать ее с собой? Ты же понимаешь, что это опасно? А что на это скажет Кардинал?

— Мне плевать, — парень нахмурился. — Хочет, чтобы я ему помогал — согласится. У него нет выбора. Также, как и у меня его нету.

Гобла ухмыльнулся.

— Выбор есть всегда. Ты молод. И в тебе сейчас говорят эмоции, а не разум, — Гобла положил свою руку на плечо подростка. Вздохнул.

Окинул задумчивым взглядом жмущуюся к Ворну девчонку, поскреб подбородок. Снова вздохнул.

— Переодеть бы ее. И отмыть. Да и есть, наверное, хочет. Малая, есть хочешь?

Девочка медленно кивнула.

— Ты немая что ли? — продолжал он.

— Нет, — тихо произнёс ребенок. Голосок ее был словно ручеёк.

Гобла улыбнулся. Девочка напомнила ему его дочку.

— Ну, уже хорошо, — окинув взглядом площадь, он заприметил лавку с тряпьем и указал на нее Ворну. — Пошли посмотрим, что там есть. Надо подобрать ей что-то вместо этих лохмотьев, — и заметив, как девочка переступает озябшими босыми ногами, добавил:

— Удивительно, как до сих пор не простыла. Не лето на дворе, а она, считай, голая.

Ворн кивнул и, не разжимая руки девочки, двинулся за Гоблой. Лавка оказалась настоящей сокровищницей всякого барахла. Тут были и старые платья, и выцветшие рубахи, и даже кое-какая обувь. Гобла принялся рыться в залежах, отбрасывая неподходящие варианты.

— Вот, гляди-ка, — протянул он Ворну простенькое, но целое платье из грубого полотна. — На первое время сойдёт. И вот сапожки. Великоваты, конечно, но хоть не босиком. А ты, малая? Как тебя хоть зовут?

Девочка молчала, потупив взгляд. Ворн легонько подтолкнул её локтем.

— Не молчи. Тебя никто тут не обидит. Дядька Гобла не кусается, он хороший.

— Лина, — едва слышно прошептала девочка.

— Лина — значит Лина, — Гобла улыбнулся. — Отлично. Пошли, Лина, примерим обновочки. Вон там, за занавеской, есть место для переодевания.

Пока Лина переодевалась, Ворн и Гобла стояли снаружи, переглядываясь.

— Ну и во что ты вляпался, парень? — проворчал Гобла. — Теперь у нас на одну проблему больше. И что мы будем делать с этой Линой, когда найдём этого мужика с черепом? Оставим в лесу? В этом городе? Или потащим с собой? Ты думаешь Кирилл позволит тебе ее взять?

— Не знаю, — ответил Ворн. — Но и бросить её я не могу. Раз уж выкупил. Что-нибудь придумаем.

Гобла вздохнул и почесал затылок.

За занавеской послышался тихий шорох, и вскоре оттуда вышла Лина. Платье сидело на ней мешковато, а сапожки и правда оказались великоваты, но девочка выглядела намного лучше, чем прежде. Грязные лохмотья сменились хоть и грубой, но чистой одеждой. В больших зеленых глазах появилось немного робкой надежды. Ворн потрепал ее по голове. — Вот видишь, уже лучше. Умыть бы тебя еще. И хоть кофточку какую или курточку подобрать.

Гобла окинул Лину критическим взглядом.

— Да, умыть не помешает. И точно, верхнюю одёжку тоже надо. А ещё, — задумался он, почёсывая подбородок. — Комплект мальчуковой одежды не плохо было бы подобрать. Сейчас что-нибудь присмотрим.

Он снова углубился в поиски, на этот раз выуживая из кучи поношенной одежды старую, но довольно теплую куртку, штаны, рубаху и вязаный свитер. От вещей пахло сыростью и немного