женщина, и слезы благодарности блеснули в ее глазах. Она крепче прижала ребенка к груди. Ворн даже обеспокоился, как бы она не придушила мелкого на радостях.

— Ну, раз они способны вести диалог, это уже отличные новости, — облегченно выдохнул Профессор.

Тем временем непогода набирала обороты. Деревья шумели, где-то треснула ветка, огласив пространство громким звуком.

Аборигены, обступившие нежданных гостей, переговаривались между собой на своем языке. Ветер трепал их волосы и одежды, швыряя в лицо листву. Вперед выступил все тот же пузатый дядька, обменялся недолгим взглядом с мамашей и, стараясь переорать шум ветра, произнес на вполне понятном человеческом языке:

— Надо идти в укрытие! Приглашаю вас в наш дом!

— Да, да! — активно закивал Профессор. — Мы согласны!

Хлынул дождь.

— Мы не откажемся! — проорал Кирилл, плотнее кутая лицо в арафатку, которую ветер норовил сорвать с его головы.

Ворн тоже обрадовался предложению. «Вот это поворот! А я-то думал, сейчас придется объяснять на пальцах, что мы не причиним им зла, и пустите нас погреться в свой шалаш.» Не успел он и глазом моргнуть, как вся компания оказалась втянута в нестройную процессию зеленых аборигенов, направляющуюся куда-то вглубь леса.

Мамаша, прикрывая детеныша от дождя и ветра своими одеждами, шествовала впереди, а за ней Ворн, пошатываясь от ветра.

И вот прямо под корнями огромного, поваленного временем дерева, среди кустов словно по мановению волшебной палочки расступилась земля, обнажив вход в… ну, будем честны, в самую настоящую нору! Ворн сглотнул, с любопытством заглядывая в чернильную темноту. «Вот это да! — пронеслось у него в голове. — Натуральная кроличья нора! Не хватает только Алисы и самого кроля с часами!».

Нора оказалась на удивление просторной. Спустившись по винтовой лестнице, выдолбленной прямо в земле, путники оказались в обширном подземном комплексе. Лабиринты переходов, просторные залы, украшенные причудливыми рисунками на стенах, и даже что-то вроде системы вентиляции, обеспечивающей приток свежего воздуха!

— Да тут целый подземный город! — восхищенно присвистнул Профессор, рассматривая заковыристые фрески, явно изображающие сцены из жизни этих «авокадо». Аборигены радостно гомонили, зазывая гостей вглубь лабиринта.

Один за другим гости оказались в просторной пещере, освещенной мягким, зеленоватым светом. Стены этой пещеры также были украшены причудливыми рисунками: охота на гигантских хищников, танцы вокруг костра, поклонение светящемуся грибу-переростку. В центре пещеры располагался очаг, над которым висел котел, источающий аппетитный аромат, отдаленно напоминающий тушеную капусту с добавлением экзотических специй.

— О, чую, сейчас начнется пир на весь мир! — промурлыкал довольный Гобла, потирая руки в предвкушении трапезы.

Аборигены радушно усадили гостей вокруг очага, подстелив под них мягкие шкуры каких-то неизвестных науке зверюшек. Мамаша поднесла Ворну миску с ароматным варевом и участливо захрюкала, подталкивая его к еде.

— Не откажусь, — с улыбкой ответил подросток, принимая угощение. «Интересно, из чего они это готовят?» — размышлял он, с аппетитом уплетая содержимое миски. На вкус оказалось вполне съедобно, даже вкусно! Словно смесь грибного супа и чего-то непонятного, но приятного на вкус.

Как понял мальчик, эти зеленые существа жили небольшой общиной. В просторной пещере он насчитал тридцать шесть представителей: шесть стариков, пять половозрелых женщин, двенадцать взрослых мужчин, из которых троим на вид было не более двадцати лет, девять разнополых подростков, от примерно одиннадцати до шестнадцати лет и четверо малышей, включая найденыша.

Молоденькие девушки откровенно строили глазки гостям, непрозрачно намекая на интим. Взрослые матроны посмеивались и одобрительно хрюкали. Тем временем они не забывали и о гостеприимстве.

Вскоре перед гостями появились жареные корешки, тушеные лесные травы, какие-то фрукты, похожие на помесь киви и огурца, и даже… жареные личинки! Ворн, увидев последнее блюдо, невольно скривился, но тут же уловил на себе предостерегающий взгляд Профессора. «Не обижай хозяев!» — безмолвно прочел он по губам ученого. Аборигены тем временем зазывали гостей к столу, щедро предлагая всякие вкусности. Мамаша-растеряша, суетившаяся вокруг своего чада, то и дело подсовывала Ворну то один корешок, то другой фрукт, всячески выражая свою благодарность. Парень, преодолев брезгливость, попробовал всего понемногу и… был приятно удивлен! Все оказалось на удивление вкусным и питательным. Даже личинки, если закрыть глаза и не думать, что это такое, напоминали жареные грибы.

Заметив отсутствие мяса или хотя бы рыбы среди угощений, Гобла, не стесняясь, поинтересовался, почему нет этих продуктов, на что получил ответ, что мол не сезон для еды мяса и рыбы. Сейчас земля готовится ко сну, и надо делать запасы. Но если очень надо, они поделятся своими запасами в качестве благодарности за спасение Хырти — малыша Кхуты, которого утащил лесной зверь, пока мамаша-раззява оправляла большую нужду во время сбора ягод.

Малыша они искали, для того костры и развели на поляне — готовились к волшбе. В том, что малыш не погиб в алчных зубищах лесного хищника, никто не сомневался. Нужно было только поймать связь. Хырти, как и все представители их общины, обладал защитным даром и быстро восстанавливался от ран. Зверюга скорее всего выплюнул невкусную склизкую добычу, а вскоре и вовсе издох от отравления. Но как далеко и в какую сторону он успел упереть малыша, они не знали.

В общем, вечер удался на славу. Наевшиеся и согревшиеся гости сидели у костра, потрескивающего в центре зала, и слушали захватывающие истории, которые на ломаном русском с примесью хрюкающих междометий рассказывал им пузатый вождь. Профессор что-то увлеченно записывал в свой блокнот, Кардинал, размякнув от тепла и хорошей компании, даже позволил себе несколько улыбок, а Ворн, привалившись к теплому камню, смотрел на радостную возню зеленокожей мелкоты с мрякулом и вороном и думал: «Вот это поворот событий. Кто бы мог подумать, что заблудившийся зеленый детеныш приведет нас в такой интересный и гостеприимный дом? Какие они интересные, эти друны — так они себя назвали. Каким разнообразным стал этот мир после ядерной войны! А может, оно не так уж и плохо, что все так вот случилось, ведь мир стал гораздо интереснее? Все эти способности, мутации — они только усилили все живое, а те, кто был слаб и не сумел приспособится — утилизировался».

Постепенно усталость взяла свое, и гости, убаюканные теплом очага и монотонным бормотанием вождя и его соплеменников, начали клевать носом. Друны, заметив это, застелили отдельные ниши в стенах пещеры мягкими шкурами, приглашая путников на ночлег. Ворн быстро заснул, погрузившись в странные сны о гигантских грибах, хищных лианах и зеленых человечках, танцующих под луной, но был разбужен молоденькой, почти симпатичной, косенькой девчонкой, которая