– Ой, нет, не надо. Не хочу, чтобы меня несли. Тебе самому-то удобно?

– Ты тут обо мне беспокоишься? Я в полном порядке. На ногу наступить сможешь?

– Больно, но, если идти медленно, наверное, смогу. Завтра после занятий схожу в клинику под твоим домом.

– Под моим домом? Откуда ты знаешь, что там есть клиника?

– А, мне один парень с работы сказал, – смутившись, пробормотала я.

– Сынмин? Точно, он как-то приходил ко мне. А скажи, доктор там не странноватый немного?

– Он забавный. Из-за этого, наверное, и хочется к нему ходить. На душе спокойно становится. И профессионал отличный.

– Это правда. В обуви будет больнее, так что пойдем босиком. Я понесу твои кроссовки.

– Босиком? Никогда так не ходила. Странное ощущение.

– Если одна будешь босиком, тебе будет неловко, так что я тоже разуюсь.

Он положил обе пары обуви в черный пакет, который нам дали в магазине с пивом. Опираясь на Юхёна, я делала маленькие шажки. От его дыхания, которое я чувствовала так близко, у меня кружилась голова, и я даже перестала ощущать боль в лодыжке. Хотелось взглянуть на его лицо, но из-за того, что мы были слишком близко, я не решалась повернуть голову. Глаза мои смотрели вперед, но все чувства были обращены к нему, идущему рядом.

Повисла немного неловкая тишина. Может, сейчас он признается? От волнения у меня пересохло во рту. Однако он говорил о повседневных вещах и не выражал своих чувств. В нетерпении я подумала: может, признаться первой? Но меня одолевал страх: а вдруг его чувства ко мне теперь другие? Я вернулась в прошлое, где он любил меня, но, может быть, к нынешней мне, возможно изменившейся по сравнению с прошлой жизнью, он не испытывает ничего, кроме дружеских чувств? И вообще, казалось, стесняюсь я одна. Сейчас, когда мы шли обнявшись, опираясь друг на друга, Юхён говорил о будничных вещах таким спокойным тоном. Глядя на него, чувствующего себя со мной как с удобным другом, я растерялась.

Раньше я читала его лицо как открытую книгу, а теперь – совершенно не понимаю. Судя по поступкам, я ему нравлюсь, но не так, как прежде. Я думала, если изменюсь сама, у нас все получится, но, видимо, нет. В голове полная путаница.

– Почти пришли. Заходи осторожно. И обязательно сделай компресс на лодыжку, когда будешь дома.

– Ага. А чем завтра занимаешься?

Мне не хотелось вот так просто уходить домой.

– Первый день семестра – надо идти в университет. Вечером на смену. Приятно будет увидеть однокурсников.

– Да, наверное. Странно идти в универ после долгого перерыва.

Я чувствовала легкую обиду оттого, что он не предлагает встретиться, но старалась не подавать виду.

– Мне тоже. В этот раз я записался не только на основные предметы, но и на другие курсы, так что даже интересно.

– Правда? На какие?

– Введение в психологию. Сонмин слушал его в прошлом семестре и сказал, что увлекательно, посоветовал.

– Психология? Интересно, что там проходят. Звучит заманчиво.

– Хочешь тоже послушать? Еще неделя есть, чтобы изменить регистрацию на курсы. Вообще-то я буду ходить один. Как тебе?

– Я подумаю.

Сказала «подумаю», но в душе уже предвкушала, как буду ходить на лекции вместе с ним. Завтра же пойду в деканат психологического факультета. Меня кольнуло, что Юхён не предложил увидеться, хотя от перспективы совместных занятий я разволновалась. От одного его слова сердце мое металось между жаром и холодом.

– Хорошо. Было бы здорово послушать вместе. Спокойной ночи, Ёрым.

– Спасибо, что проводил. И тебе спокойной ночи.

362 дня до…

Понедельник, 1 сентября, 10 утра. С волнением в сердце я вошла в аудиторию. Пройдя мимо кафедры, которая была привычнее, чем парты, я огляделась – пришедшие раньше однокурсники уже оживленно болтали. Глядя на их лица, я и сама почувствовала, как на душе посвежело.

– Ёрым, я здесь!

Хечжи помахала мне рукой.

– Хечжи, как ты? Давно не виделись!

– Чего это ты? Мы же на прошлой неделе встречались. Как съездила на разведку позавчера? Сразу забронировала, значит, место лучше, чем то, куда мы вместе ездили на прошлой неделе?

– Ага. А ты как? Говорила, живот болит, теперь получше?

– Да у меня каждый месяц эти боли. Достали уже. Сегодня после пар мы с девчонками договорились пойти пасту поесть. Ты с нами?

– Идите без меня. Я хочу сходить в клинику. Вчера ногу немного подвернула.

– Вечно ты по больницам. Если быстро закончишь, приходи в ресторан.

– Ладно.

Как только мы закончили разговор, вошел профессор Пак. Под влиянием этого профессора, специалиста по философии Ницше, я после выпуска поступила в магистратуру и изучала современную философию. Его молодой облик тоже был для меня в новинку. Профессор встал за кафедру, окинул взглядом аудиторию и заговорил:

– Amor fati – полюбите свою судьбу настолько, чтобы радоваться даже трудностям. Любите ее целиком и без остатка! Это основная идея философии Фридриха Ницше, которую мы будем изучать в этом семестре. Она делает нас свободными и счастливыми [18].

В отличие от меня, вечно сомневающейся и робкой, чем больше я изучала деятельную и страстную философию Ницше, тем сильнее во мне росло желание жить лучше. Сейчас, когда на закате жизни выпал последний шанс – целый год, – эти слова отзывались во мне с особой силой.

Посреди лекции пришло сообщение от Юхёна.

Ёрым, как твоя нога? Сходила в больницу?

          Все нормально. Сейчас на паре, после занятий пойду.

У меня сегодня только дневные пары. Закончу в двенадцать, заеду за тобой.

          Тогда спасибо.

Мне было неловко его утруждать, но желание увидеться пересилило. После лекции я спустилась на первый этаж и увидела Юхёна на скутере.

– Ты хочешь поехать на скутере? Мне немного страшно…

– Не бойся. Я поеду медленно. У тебя нога болит, пешком идти – можно еще сильнее повредить.

– То есть мы реально поползем? Как черепашки?

– Да, буду ползти со скоростью улитки, так что не волнуйся, садись, – мягко улыбнулся он.

Выпросив у него кучу обещаний ехать потихоньку, я глубоко вздохнула и осторожно взялась за его плечо.

– Ну что, поехали? Держись крепче.

– Погоди! Подожди секундочку, дай минутку. Обожди немного.

Хоть он и обещал ехать медленно, все равно было страшно. В этот момент из здания философского факультета донесся смех однокурсников. Боясь, что они нас увидят, я торопливо зашептала Юхёну:

– Поехали. Давай быстрей, трогай.

– Сейчас? Хорошо.

Он без лишних слов тронулся с места. Поначалу было