– Ах, какое счастье. А у вас можно переодеться где-нибудь?

– Отдельной примерочной нет, так что придется в туалет. В конец переулка, там ночной рынок с хозяйственными товарами, за ним свернете в левый переулок, где свет не горит, и увидите.

– Спасибо, – поблагодарила я женщину, принимая сдачу. – Юхён, я тогда схожу в туалет.

– Похоже, довольно далеко, пойдем вместе. Там же темно.

– Ага, спасибо.

Мы пошли в сторону, которую указала хозяйка, и перед нами открылись лавки с самыми разными товарами. В воздухе витал лимонный аромат диффузоров из гипса, глаза разбегались от обилия всевозможных аксессуаров для телефонов.

– Ух ты, здесь совсем другая атмосфера, чем в рядах с едой. Я люблю разглядывать аксессуары. Когда вижу что-то миленькое, настроение сразу поднимается.

– Правда? Тогда переодевайся и пойдем посмотрим.

В переулке ночного рынка было много народу и ярко горели огни, создавая атмосферу, похожую на дневную, но когда мы вышли на обычную рыночную улочку, все магазины уже закрылись и там было темно.

– Темно и безлюдно, даже жутковато. Хорошо, что мы пошли вместе.

– Да, жаль, что в переулке ночного рынка нет туалета. О, вон указатель.

Следуя за стрелкой, мы вышли к старому зданию, на втором этаже которого находился общественный туалет. Освещение было тусклым, а сам туалет узким, и мне стало немного страшно.

– Можешь постоять здесь?

– Хорошо. Я подожду у двери.

– Только никуда не уходи, ладно? Обязательно будь тут.

– Ага. Не волнуйся, переодевайся.

Я сняла белую футболку и красную юбку и уже собралась надеть тайское платье, но оказалось, что снятую одежду положить некуда.

– Можешь подержать мою одежду? Я перекину ее тебе сверху.

– …

– Чего молчишь? Ты там?

Стало не по себе, я быстро надела платье и открыла дверь. Но передо мной была только старая раковина и темный, хоть глаз выколи, коридор. Юхёна нигде не было.

– Ан Юхён, ты спрятался, да? Хватит прикалываться, выходи!

Я искала его, и меня уже начала охватывать тревога, как вдруг он выскочил с криком «Бу!». Я взвизгнула и плюхнулась на пол, а он, глядя на меня, заливался смехом. Мне стало так страшно, что на глазах выступили слезы.

– Ан Юхён, ты!.. – только и смогла вымолвить я.

Пока я кричала, он, с пивом в одной руке и хоттоком в другой, бросился наутек.

– Ой, я тоже на себя пиво пролил! Хватит за мной гнаться!

Рядом с ним я словно возвращалась в двадцать один год, нет – даже в одиннадцать. Мы устроили погоню в темном, безлюдном рыночном квартале. Я бежала изо всех сил, пытаясь его поймать, но он, казалось, и не думал даваться – несся быстро. Добежав до развилки, я остановилась, пытаясь понять, куда он свернул, и вдруг заметила его спину – Юхён прятался за углом переулка. Вспомнив, как он меня напугал, решила отомстить и подкралась на цыпочках. Затаив дыхание, я приближалась, чтобы его напугать, и в этот момент он резко обернулся, состроил озорную рожицу и сам закричал:

– Уа, вот это сюрприз! Как ты узнала, где я?

Я указала на окно, в котором увидела отражение.

– А выражение лица у тебя было такое решительное, что я еле сдерживался, чтобы не рассмеяться.

– Ах, вот оно что!

– Слушай, Ёрым, тебе это платье очень идет. Красиво.

От его слов казалось, что эндорфины накрыли меня с головы до пят.

– Да ну тебя, пойдем обратно. Побегали, пить хочется. У тебя пиво осталось?

– Ага. Но пока бежал, немного расплескал. И все из-за кое-кого. – Он покосился на меня и тут же широко улыбнулся.

– Тогда дай глотнуть.

– Там мало осталось, допивай все. Но взамен ты должна купить еще банку.

– Договорились. Пойдем посмотрим те аксессуары?

Мы, перешучиваясь, направились обратно в переулок с хозяйственными товарами. Пока разглядывали брелоки, игрушки, ручки и блокноты, с лица Юхёна не сходила улыбка. Вдруг к нам обратилась одна из продавщиц:

– Присмотритесь, пожалуйста. Это браслеты ручной работы, и вся выручка идет на помощь детям, больным лейкемией.

Услышав это, Юхён развернулся и подошел к прилавку.

– Ого, как красиво сделано! Вы занимаетесь прекрасным делом. Ёрым, выбирай любой. Я тебе подарю.

– Браслет? Хорошо, давай. Я возьму красный, с Человеком-пауком!

– А я тогда черный, с Бэтменом.

– Спасибо за покупку. Вы двое очень красивая пара. В этом тайском платье вы словно в свадебное путешествие приехали. – Внутри меня все перевернулось, пока хозяйка лавки продолжала рассказывать что-то про Таиланд. – Эта улочка очень похожа на Каосан роуд [17]. Носите с удовольствием.

Мы не стали отрицать, что мы пара, чтобы не создавать неловкую атмосферу, просто улыбнулись в ответ.

– Юхён, спасибо, что купил мне браслет.

– Да ладно, ты же потом купишь мне пиво.

– Но зачем ты вдруг решил их купить? Любишь браслеты?

– Просто так. Я бы хотел помогать всем, особенно больным детям, но пока могу лишь делать маленькие приятные подарки, как этот браслет для тебя.

– Вот как… – По его глазам я видела, насколько он искренен.

– Ёрым, ты была на Каосан роуд?

– Ага, была.

– Ого, везет. Говорят, это улица путешественников. Я ни разу не был за границей.

– Это было давно, с семьей, в детстве. Я почти ничего не помню.

Я решила не продолжать тему путешествий. На самом деле я заезжала туда, когда ездила в командировку в Таиланд вместе с Тхэхёном, с которым была помолвлена. Сказать правду не могла, поэтому пришлось выкручиваться, но то, что я почти ничего не помню, – чистая правда. Мы ведь точно были там вместе, но, как ни странно, я совершенно не помню, чем занимались. А были ли у нас с Тхэхёном вообще разговоры по душам?

– Ах да, мы же вчера фоткались, а я забыла тебе отправить. Сегодня вечером пришлю по почте.

– Хорошо. А я распечатаю наши лучшие вчерашние фотографии. У тебя, кстати, куча дурацких снимков. Их тоже распечатать?

– Нет, немедленно удали! И не смей увеличивать, сразу стирай!

– Я уже посмотрел. Ты даже на смешных фото мило выглядишь.

Я не могла скрыть, как уголки моих губ поползли вверх.

– Чушь! Давай вон там купим падтай и съедим с пивом. Тогда уж точно будет как на Каосан роуд.

Мы ели падтай с Юхёном и смотрели на небо. Просто смотрели на небо над шумным рынком, однако мир вокруг казался удивительно тихим. Я снова ощутила благодарность этому небу за свой последний год.

С Юхёном было легко, разговор лился свободно, и время летело незаметно. Ницше говорил: если хочешь жениться, спроси себя: «Смогу ли я с этим человеком наслаждаться