— Значит… мы с тобой действительно сестры? — теперь мне становится понятным ее отношение. Ведь девушка может думать, что мне досталось все внимание отца, а она не смогла даже познакомиться с ним.

— И только это заставляет меня тебе помогать, — кивает она, но в ее глазах я вижу злобу.

— Я не виновата в поступках наших родителей, — защищаюсь, хотя прекрасно понимаю, что это бессмысленно.

— Это мне тоже известно, — шепчет она. — Но даже это не заставит меня обходиться с тобой мягче!

Девушка выставляет руку вперед, и новая волна ударяет в меня. На этот раз она бьет в грудь и, пронеся за собой через все помещение, вжимает в стену.

— Но ведь я не сделала тебе ничего плохого! — произношу с трудом. Ее атака оказывается слишком сильной, я даже дышу через силу.

— Ты права! Ты не сделала мне ничего плохого, — Карина медленно идет в мою сторону. — Ты не в силах сделать мне плохо.

— Зачем же тогда ты так со мной поступаешь? — хриплю, пытаясь выбраться из ловушки.

— Я поступаю так с тобой только потому, — подходит она ко мне вплотную, — что я хочу чтобы ты смогла выжить!

Глава 33

Научи!

Я сползаю по стене на пол, хватая ртом воздух. С трудом делаю каждый вздох, словно в трахее застрял острый камень. Он мешает мне дышать и одновременно причиняет боль.

Карина отходит к окну. Она стоит спиной ко мне, и кажется, совершенно не замечает моего состояния. Наверное, так она проявляет свою заботу. Забота ведьмы, что тут скажешь.

Хочу бросить ей что-то дерзкое, наглое, может быть, даже обидное. Но у меня на это просто не хватает сил. Да и нужно ли оно мне?

В голове кружатся нескончаемые мысли. У Тифани есть сестра… У меня есть сестра. И это значит, что в этом доме я не совсем чужая.

Остается только понять, действительно они заботятся обо мне или им всем что-то от меня нужно?

Зато я знаю наверняка, что заподозрить во мне подмену они вряд ли смогут. Карина никогда в жизни не видела свою сестру, а Элеонора видела Тифани совсем малышкой.

Главное теперь самой не подкачать и все не испортить.

Да, я должна показать им, что я именно та, за кого они меня принимают. Нужно встать с пола. Нужно поговорить с Кариной.

Может быть, она знает больше, чем говорит. Может быть, она скрывает что-то важное. Может быть, она доверится мне, если увидит мою магию в деле.

Но сначала нужно прийти в себя и раскрыть эту самую магию. Нужно найти, принять и обуздать ее. А это будет очень непросто сделать.

Поднимаюсь на ноги, опираясь на стену. Тело все еще дрожит от напряжения. Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Постепенно дыхание выравнивается.

На груди все еще ощущаю давление невидимой силы, которая подняла меня, словно пушинку и прибила к стене. Неужели и я на такое способна? Неужели я тоже могу что-то подобное?

Подхожу к окну и встаю рядом с Кариной. Она смотрит вдаль, в густую чащу парка, но мне кажется, что видит она что-то другое. Что-то, что тревожит ее больше, чем мое неумение и все эти откровения последних часов. Что-то, что скрыто от моих глаз.

— Что-то не так? — спрашиваю тихо.

Карина поворачивается ко мне и смотрит оценивающе. Она выглядит напряженной, задумчивой, серьезной. Очень несвойственные молодости черты.

— Боюсь, что мы ошибаемся в тебе, — шепчет она. — Я не вижу в тебе силы, не вижу магии. Не могу понять, что они обе в тебе нашли!

— Тем не менее, они что-то видят во мне, — отвечаю тоже шепотом. В первую очередь, от страха перед этим самым ожиданием. Ведь я прекрасно понимаю, что от меня действительно чего-то ждут.

— Я сильнее, могущественнее тебя. И это я должна быть избранной. Но мама так не думает…

— Может быть, она просто боится за тебя? — отвечаю, как мать. Ведь в прошлой жизни у меня тоже есть ребенок. Уже выросший, но все такой же дорогой мне, как и прежде. — Что, если Элеоноре проще рискнуть моей жизнью, чем подвергать опасности тебя?

— Это не ей решать! — фыркает Карина. — Мы не выбираем, кем нам родиться. Если мне суждено остановить это безумие, остановить харрионистов, я готова это сделать. Готова рискнуть жизнью ради будущих поколений. А ты?

Ее вопрос ставит меня в тупик. Готова ли я рисковать жизнью ради тех, кого толком даже не знаю? Готова ли я жертвовать собой ради их блага?

Нет! Я не готова пойти на это! И в этом мое главное преимущество. Я буду бороться до конца и во что бы то ни стало одержу верх!

— Ты же сама говоришь, что мы не выбираем, кем нам быть, — отвечаю ее же монетой. — Если мне суждено победить зло, я сделаю это. Ведь у меня нет другого выбора. Не так ли?

— Выбор есть всегда, — Карина вновь поворачивается к окну. Она смотрит вдаль и молчит. Но все же, через некоторое время, тяжело вздыхает и добавляет: — Но что бы мы ни выбрали, от судьбы нам все равно не удастся уйти…

На этот раз в помещении повисает нерушимая тишина. Мы обе молчим и смотрим вдаль, как колышутся макушки деревьев, будто подметающие небосвод.

Если верить сестрам, этот парк наделен необычной энергией. Я чувствовала ее, когда была в нем. Но не смогла принять.

Почему? Неужели потому, что я не настоящая ведьма, а настоящая ведьма мертва?

Но разве в таком случае господин Граумер не получил бы все знания и могущество? Разве не добился бы он своего?

Или Карина права, и Тифани на самом деле никакая не избранная? Что, если избранная — стоящая рядом со мной девушка? Тогда именно ее мы должны беречь, а не меня!

— Научи меня! — неожиданно для самой себя прошу я ее.

— Что?

— Научи меня обращаться с магией. Научи понимать и принимать ее. Ведь только так я смогу вам помочь. Только так я смогу помочь самой себе.

— Ты должна сама почувствовать ее, — качает головой девушка. — Я не могу зацепить ее багром и извлечь наружу. Только ты