— У меня есть такой опыт, воевал я по молодости за австрийцев и не раз ходил по их империи. Но лучше привлечь к этому делу купца, у которого натоптана в нужное место тропа, а нам идти в виде охраны обоза. Так будет быстрее и надёжнее, да и дешевле, чем каждый раз платить за разрешение пересечь границу. — Ответил Иван Байдалинов. — Чем немало удивил присутствующих. После чего немного подумал и добавил:

— Купец знакомый тоже есть, ходит в немецкие земли. Речь же идёт о родных Рихарда и его земляках?

— Да, о них. — Подтвердил я и уточнил: — Но не только. Будет и ещё одно дело, которое там нужно будет постараться сделать.

Иван пожал плечами и произнес:

— Ну, раз надо, то схожу. Только отправляться необходимо либо уже сейчас, чтобы успеть проскочить до ледостава, либо уже зимой. Но тогда все может затянуться надолго. Знакомый купец к немцам именно зимой ходит.

Поймав умоляющий взгляд Рихарда, я улыбнулся и ответил:

— Значит, тебе нужно собираться. Извини, что не дал отдохнуть, но сам понимаешь, — все сейчас работают на износ.

Иван отмахнулся и произнес:

— Мне дорога только в радость, не люблю на месте сидеть.

— После совещания тогда обсудим все подробнее. — Уточнил я и перевёл речь на другое, как бы не самое важное дело, способное при толике удачи существенно изменить наш статус. Правда, не очень ясно к лучшему или наоборот, но, в любом случае, раз мне эта задумка покоя не даёт, значит, нужно решить её кардинальным образом.

— Следующий вопрос, который нам нужно обсудить, это товарно-денежные дела. Если с казаками все относительно ясно (пока они живут от добычи), то нашим ремесленникам нужно за работу платить. Опять же, придёт время, когда и казакам придётся нести службу по охране территорий, которые мы возьмём под свою руку. А с голодным брюхом какая охрана? Поэтому и их тогда тоже нужно будет одаривать серебром. В связи с этим у меня и возник вопрос. Чем мы будем расплачиваться?

Народ зашушукался, а я, подняв руку, как бы в попытке остановить преждевременное обсуждение, продолжил:

— Не торопитесь, дайте договорить. Так вот, у меня пока есть средства для оплаты труда, да и в дальнейшем, когда наладим кое-какое производство и начнём реализовывать изготовленное, надеюсь с серебром все будет нормально. Поговорить хочу о другом. Недавно, оценивая свои возможности, я посмотрел на ценности, доставшиеся мне после раздела добычи, и слегка даже растерялся от огромного разнообразия имеющихся монет. Ладно бы, если они отличались только своим видом, имея одинаковый вес. Так нет, все разные, и я признаться с трудом понимаю, каким образом выдавать деньги мастерам, если нужно будет заплатить одинаковые суммы сразу многим. Понятно, что все можно сделать тупо по весу, как, собственно, сейчас и принято. Только мне подобный подход не нравится просто потому, что монеты сами по себе всегда дороже лома серебра, но не все. Если начнём вести расчёты, то какие деньги взять в качестве основы? Проще говоря, в деньгах какой страны будем считать?

Народ внимательно слушал, не понимая, к чему я все веду. Только Святозар по мере моей речи начал улыбаться, а потом спросил:

— Хочешь свои деньги чеканить?

— Хочу понять, как в этом деле навести порядок. Если этого не получится сделать, то почему бы их и не чеканить, чтобы упростить себе жизнь? На этом, кстати, тоже можно неплохо зарабатывать.

Святозар ещё шире улыбнулся и вкрадчиво спросил:

— А какого государства у тебя будут эти монеты? Что хочешь взять за образец?

— Святозар, если ты думаешь, что я хочу подделывать чужие монеты, то нет. Тут ты ошибаешься. Если заняться чеканкой, то делать нужно свои собственные.

— Ага, свои, значит, чеканить, — весело произнес Святозар, повернулся к дядьке Матвею и обращаясь к нему, спросил:

— Ну что, Матвей, готов признать, что ты проиграл мне в споре? Земли под руку берет, дружина своя уже есть, теперь ещё и деньги собирается чеканить. Какие ещё доказательства нужны?

— Да я давно понял, что ты был прав. Но не говорить же об этом самому? — Тоже с улыбкой ответил дядька Матвей, а я, понимая, куда они клонят, тихо пробормотал себе под нос:

— Задолбали уже обзываться князем, вот жеж тролли сотого уровня.

Святозар хоть и не расслышал сказанное, но что-то уловил и произнес:

— Да не злись ты, Семен. Хочется людям видеть тебя князем, так что с того? Ты и есть Князь. И не только по праву рождения, а и по праву силы, как это было в старину.

— Святозар, думать я вам запретить не могу. Но мне, правда, претит называться князем. По крайней мере, пока я этого точно не достоин даже по праву силы, поэтому прекращай воду мутить. Давайте уже продолжим разговор о серьезных вещах. Что, вообще, думаете о том, чтобы чеканить свои монеты?

— Тут, Семен, тебе решать. Нужно это для дела, значит, надо чеканить. Тем более, если на этом, как ты говоришь, ещё и заработать можно…

Так и хотелось сказать: «Да тьфу на вас, я посоветоваться, а вы…»

Сдержался, конечно, только кивнул, что дескать, понял и хотел уже закруглить совещание, как Святозар поднял ещё один вопрос:

— Вроде, все уже оговорили, осталось главное. — Он внимательно на меня посмотрел и спросил:

— Когда думаешь домой идти? Тебя там уже заждались, да и давно уже жениться пора.

Поймал он меня, что называется, врасплох, и я даже растерялся. На самом деле, сам понимаю, что домой надо попасть, но и бросить все здесь сейчас никак нельзя. Нерешенных вопросов ведь уйма. Поэтому и задумался надолго, лихорадочно прикидывая, как организовать эту поездку так, чтобы делу не навредить и обойтись без всяких преодолений. Как не крутил, а кроме, как зимой, другого времени у меня не будет. А значит, придётся, как говорится, готовить сани.

— Зимой пойду, как лед встанет, по реке. Но только в том случае, если буду уверен, что без меня здесь все не развалится.

— Ой, да что там может развалиться? — Легкомысленно махнул рукой наставник, справимся как-нибудь.

Мне такое его настроение ни фига не понравилось, и я решил слегка приспустить его поближе к земле, спросив:

— Хорошо, раз так. Тогда ты, наверное, мне сейчас скажешь, в какую одежду мы оденем наших людей к зиме? — Спрашивая, я незаметно подмигнул Ивану Байдалинову, вроде как невзначай приложив пальцы к губам. Тот понял, что нужно помолчать, а Святозар в это время как-то чуть беспомощно осмотрел присутствующих, и сдвинув брови,