— Не люблю сюрпризы, — нахмурил густые брови Никодим.

— У Романа с Дарьей роман в полном разгаре. Понимаешь, что это значит для наших планов?

— Два претендента на престол имеют возможность породниться, — не задумываясь, выдал дворник, мгновенно превратившись в политика со стажем. — Серьёзное усиление, с которым придётся считаться обоим Яриным. Правда, не понимаю до конца, радоваться этому или насторожиться.

— Время покажет, — согласился я с сомненьями гостя. — Да и шатко всё. Может и разбежаться парочка. К тому же нет никаких гарантий, что оба выживут после Великого Размытия. Только, Никодим, не просто прошу, а приказываю тебе: к Роману даже на пушечный выстрел не приближайся! Как пить дать, срисует тебя наружка Тёмного Князя!

— Мог бы… могли бы и не говорить, Родион Иванович. Чай понятие имеем.

— Вот и славно. Сейчас давай-ка отобедаем. Рюмочкой возвращение отметим, а потом приступай к своим обязанностям. Уже с неделю как без дворника живём, тебя дожидаясь, а снега во дворе навалило много.

— Не голоден. И работать лучше на трезвую голову.

— Да… — вздохнула Вера. — Ещё вживаться и вживаться вам в образ. Где ж это видано, чтобы после полудня дворник совсем трезвым был? Уже с обеда, если не из мусульман, к рюмочке прикладывается. А уж вечером редко какой на ногах твёрдо стоит.

— Учту, Верочка, — улыбнулся Никодим.

Что ж… Старая гвардия начинает снова собираться в столице. Аничков, правда, пока не высовывается, но он тоже здесь. Это главное. Ну а отсутствие Мозельского мне только на руку. Пора начинать бандитские разборки, в которых чрезмерная осторожность графа была бы лишней.

— Вера, — на следующий день после прибытия Никодима позвал я подругу. — Собирайся. Вечером едем на сходку. Как и договаривались, на ней будешь в качестве моей любовницы. Заодно и криминальное занятие тебе придумал. Отныне ты не Матье, а карманница Глашка Скорая. Типа, есть у тебя…

— Я помню архив Мозельского. — перебила меня Вера. — Известная гастролёрша откуда-то с юга. Никто Скорую в лицо не видел, но легендами карманница обросла знатно. По полицейским отчётам, больше года назад её во время облавы попытались задержать. Глашка умудрилась почти сбежать, но не смогла переплыть речку. Тело обнаружено на берегу, только среди криминала до сих пор ходят упорные слухи, что хитрая бабёнка инсценировала свою смерть, подсунув левый труп.

— Её это был. Но людям хочется верить в сказки со счастливым концом. И бандиты в этом не составляют исключения.

— Значит, буду Глашкой Скорой. Авторитетная личность рядом с Жуком не вызовет лишних вопросов. Но беда в том, что не умею воровать. Тем более по карманам шарить.

— Умеешь, Верочка, — улыбаясь, пояснил я. — Ты забываешь, что теперь одарённая. На ускорении работаешь, конечно, слабенько, только даже такая роскошь простолюдинам недоступна. Кошелёк вытащишь — никто глазом моргнуть не успеет. Я поэтому Глафиру Скорую и выбрал. Ты тоже Скорая по сравнению с обыкновенными бандитскими увальнями. Представление с экспроприацией устрой всем прямо на сходке, чтобы твоя легенда ни у кого подозрений не вызвала.

Но главное не это. Считывай своим новым Даром эмоциональный фон собравшихся. Как можно больше информации о настроении каждого главаря собери. Потом составишь подробный отчёт, и будем решать, кем первым пожертвовать можно.

Вера подошла с заданием не просто ответственно, а творчески. Буквально через час на ней было чёрное элегантное платье, чёрные перчатки и закрывающая всё лицо маска из чёрной кружевной ткани. На пухлых губах яркая помада, притягивающая взгляд любого мужчины. Настоящая, таинственная женщина-вамп получилась!

— Когда ты успела? — поражённо спросил я, увидев подругу в таком образе.

— Стала задумываться, как только ты сказал, что рано или поздно должна появиться перед криминальной публикой в ранге твоей любовницы и помощницы, — честно призналась она. — Нравится?

— Очень!

* * *

Вид Веры, вернее Глафиры Скорой, оценили и бандиты, собравшиеся на сходку. Правда, услышав, кто перед ними, не поверили сразу. Начался галдёж и прочие шумовые эффекты. Но Глашка Скорая лишь улыбалась, внешне не проявляя ни капли беспокойства. Я тоже был за неё спокоен.

Дело в том, что, войдя в помещение, Верунчик на ускорении успела обнести всех главарей, сдуру приблизившихся к непонятной особе. Я тоже помог подруге и почистил карманы ещё нескольких, оказавшихся рядом со мной. Свою добычу незаметно сунул в сумочку Веры. И это не укрылось от её глаз.

— Мальчики, — томно проговорила мнимая воровка, призывая к тишине. — Я вас прекрасно понимаю. Вижу, что не лохи и терпилы, а умное общество собралось на этой встрече. Но ответьте мне всего лишь на один вопрос… У вас ничего не пропало?

Автоматически все главари схватились за карманы. И тут же начали раздаваться тревожно-удивлённые возгласы. У кого-то часики «ноги сделали», кто-то лишился портсигара или портмоне.

— Ой! Какие же вы рассеянные! Хорошо, что я нашла обронённые вещи, — рассмеялась Вера, открывая свою сумочку. — Итак… Первый фант! Золотые «котлы»! Чьи они, господа хорошие?

— Мои, — встал один из бандитов.

— Ну, не утруждайте даму и сами подойдите за своей вещью. Второй фант! Лопатничек кожаный с вензелями!

Моментально его владелец кинулся к подруге, чтобы забрать «утерянное». Не прошло и двух минут, как сумочка воровки Глафиры Скорой опустела. Почти…

— И последний фант! Карты игральные! Эротические! С изображением… хм… голых мужиков. Чьи?

Тишина в зале. Все бандиты замерли, подозрительно косясь на своих коллег. Карты с обнажёнными женщинами — это нормально, а вот иметь содомитские — совсем не по понятиям. Тем более среди таких уважаемых людей. За подобные «пасьянсы» могут и на перо поставить.

Я тоже пытался вычислить любителя мужской «клубнички». Вроде бы все мужики вели себя адекватно. Но вот у одного главаря средненькой бандочки, промышлявшей квартирными кражами, отчего-то уши стали краснющими. Сомнений не оставалось, что картишки ему и принадлежат.

— Расслабьтесь, мальчики, — лучезарно улыбнувшись, спрятала Вера колоду обратно в сумочку. — Это моё. А что? Есть возражения?

— Нет. И ловко ты это всех нас, Скорая, обшмонала. А ведь тут не лопушки малолетние собрались. Все люди с опытом.

— То есть сомнений, кто я такая, ни у кого не осталось?

— Скорая! Глашка это! А я ведь знал, что не сгинула она! — моментально раздались возгласы среди криминальной публики.

— Ну, раз все непонятки развеялись, — перехватил я главенство, — то пора и об остальных делах наших тяжких поговорить. Глафира интересные вести из Москвы принесла. Короче, тамошняя братва решила нас подмять. Мало им московских толстосумов, хотят и наших пощипать.

— Дык кто их сюда пустит! — тут же последовал громкий ответ из зала.

— А они, Битюг, не спросясь. Тихим сапом намереваются