доставали, и верни в тайник. Чтобы ни у кого не возникло подозрений в том, что информация попала не в те руки.

Вернувшись в спальню, я задумался. Изначально хотел из купчишки тупо выбить схемы транспортировки оружия, а потом устроить пожар. Но уж больно гладко прошла наша вылазка. Нет ни трупов, ни следов борьбы. Жёсткое дознание я провёл тоже аккуратно, исключительно воздействием на болевые точки, без всякого мордобоя.

— Дуня… А вклей-ка в нашего друга бутылку с водкой. Будет сопротивляться — прирежь.

Услышав последнюю фразу, Болдин впечатлился и, кажется, даже с удовольствием вылакал одну из бутылок, что заполняли его обширный бар. Вскоре мужик окончательно окосел и вырубился.

Отточенным движением свернув шею бывшему подельнику Тёмного Князя, я открыл окно. Поставив на подоконник пепельницу, положил в неё прикуренную папиросу. Ну, а дальше тело Болдина совершило полёт со второго этажа.

Дуня же по моему приказу быстро уничтожила в комнате все следы недавно разыгравшейся «трагедии». Теперь я бы почти уверен, что смерть купца примут за несчастный случай. Мол, нализавшись, решил выкурить папироску. Открыл окно и, не удержавшись на заплетающихся ногах, грохнулся вниз. Немудрено после почти литра водяры. Надеюсь, люди Тёмного Князя так всё и воспримут. Тем более сложно заподозрить иное, так как все знали о пагубном пристрастии покойного, а важные бумаги оказались на своих местах.

Не став искушать судьбу, мы через это же самое окно на ускорении покинули усадьбу. Вернувшись в город, я изобразил пьяного в умат барчука, дорвавшегося до свободы. А Дуня — мою служанку, пытающуюся доставить сопротивляющегося хозяина к родителям. Уверен, что извозчик именно так и решил. Высадившись за несколько кварталов от дома, через несколько минут осторожного бега в ускорении добрались до нашей квартиры.

— Как прошло? — вопросом встретила нас встревоженная Вера.

— Замёрз немного, но всё отлично, — успокоил я подругу. — Сделай мне горячего чаю, пока Дуняша вспоминает и записывает добытую информацию.

Уже через час не осталось никаких сомнений, что наша ночная вылазка не прошла зря. Есть схемы движения и даты ближайших караванов с оружием! Осталось лишь наведаться в Москву, чтобы прикарманить и стволы, и денежки!

Немного поспав, отправился в Академию. После занятий меня перехватила княгиня Ярина и отвезла в свой дворец, где уже поджидал полковник Краснов, привычно замаскировавшийся под извозчика. Вместе с Алтайской Ведьмой он долго изучал бумаги покойного, а потом поделился и своей свежей информацией.

— Красиво ты, Родион, всё проделал. Полицейские чины уже облазили дом купчишки и пришли к однозначному выводу, что Болдина неуёмные возлияния погубили. Выпал из окна пьянчужка да расшибся в назидание всем, меры не знающим. Теперь осталось понять, когда в Москве начинать куролесить.

— Ближайший караван в Белокаменную должен прибыть через четыре дня вечером. Ещё два — на следующий день после этого, — пояснил я. — Дальше намечается трёхнедельное затишье в поставках. Первые три партии однозначно прибудут по уже утверждённой схеме, а вот дальше оружейные бароны могут изменить планы доставки. Не исключено, что решат подстраховаться после гибели Болдина, так что медлить не стоит.

— Резонно. Кого с собой возьмёшь? Или опять в одиночку направишься?

— Прикинул и понял, что без помощников не обойтись. Возьму с собой разбойников из Кузьминок. Они и доставят оружие обратно в Петербург. Вот только как быть с тем караваном, что вы задержать должны? Моих людей нельзя вязать, а то всем станет ясно, кто к московским нападениям руку приложил.

— Значит, дадим им сбежать. А вот парочку мелких сошек из организации Тёмного Князя подкинем. Якобы убиты при задержании. Жирненький такой след оставим для братков московских.

— Прекрасно, — улыбнулся я. — Только после этого придётся устроить зачистку в Кузьминках. Разбойники — народ ненадёжный, поэтому рано или поздно кто-нибудь да проболтается об операции с оружием. Только баб в живых оставим. Хоть и бандитские подстилки, но крови на них нет. К тому же нужны будут свидетели того, что на деревню напали чужаки… Наши местные недруги или московские — ещё не решил. Посмотрим по обстановке.

— Родион, опасно привлекать к такому людей полковника, — нахмурилась Ярина.

— Значит, справлюсь собственными силами. Пора приучать кафедру к крови. Всех студентов, конечно, не возьму, но самым сильным и надёжным устрою боевое крещение. Кстати, Светлана Кузьминична! Я недели на полторы выпаду из учебного процесса, поэтому необходимо прикрыть меня в Академии.

— Поезжай, Родя, — отмахнулась Алтайская Ведьма. — Ректору скажу, что заболел серьёзно. Заодно выбью себе дополнительные часы на преподавание. Уж мне-то академик Горенёв не откажет.

— Спасибо. Значит, прямо сейчас покидаю столицу. Времени в обрез. Ещё и отряд из Кузьминок с собой тащить придётся…

— Ты только не геройствуй там сильно, — на всякий случай дал напутствие Краснов. — А то ведь знаю я тебя! Любишь на грани действовать! Если что сорвётся, улепётывай из Москвы не оглядываясь. Нам тут живые герои нужны, а не там мёртвые.

Заскочив домой и предупредив Веру о долгой отлучке, я направился в Кузьминки. На этот раз меня встретили без неприятных неожиданностей.

— Как дела обстоят? — сразу же потребовал я доклада у Витька.

— Держу в узде, но палку сильно не перегибаю, — ответил он. — Только, Родион, всё сложнее сдерживать народец, привыкший к определённой вольнице. Пока, благодаря Чпоку, мужики ведут себя достаточно тихо. Но, как пить дать, скоро опять бунтовать начнут. Уже на нервяке пару раз поножовщины между собой устраивали.

— Ничего, Витя, недолго им мучиться осталось. Сегодня идём на Москву.

— Надеюсь, не на рынок за калачами? — встрепенулся от моих слов белкогад. — А то, хозяин, я уже со скуки помереть готов! Драки хочется! И колбасы тоже! Копчёной, городской! В ней же не только мясо, но и кости с хрящами перемолотые! Вкуснота…

— Будет вам драка, — пообещал я. — Ну, а с колбасой, Чпок, немного повременить придётся.

Вскоре в доме собрались все представители криминального мира Кузьминок.

— Ну что, братки, застоялись? — сразу же закинул я удочку.

— Есть такое, господин Жук, — ответил один из инициативных под общий поддерживающий гул. — Скоро обабимся совсем.

— Так и думал. Короче, мужики, пора идти на дело, которое я вам давно обещал. Вот только не у нас, а в Москве погулять придётся.

— Отчего ж так далеко переть, господин Жук?

— Куш больно хороший. Там и деньги, и оружие имеются. Не могу сказать, что беспризорные, но когда нас подобное останавливало. Хотя… Кто не желает, тот может дальше коровам хвосты крутить.

Желающих вести мирный крестьянский быт, как я и предполагал, не оказалось. Поэтому только и оставалось, что разбить разбойников на несколько групп, самостоятельно добирающихся под видом крестьянских обозов