— Родион, ты как в воду глядел, — стал рассказывать Витёк. — Почти сутки всё было нормально. А вот после первой же ночёвки нашлись желающие на золотишко. Семеро разбойничков решили всё себе захапать. Дождались, пока остальные закемарят, и с ножичками ко мне подкрались. Я ж саквояжи с золотыми рублями на санях в сено запрятал, а сам сверху лёг, чтобы даже во сне без присмотра добро не оставлять. Спал вполглаза, но эти так тихо подошли…

— Да какое там «вполглаза»! — перебил его Чпок. — Храпел так, что лошади пугались! Пришлось мне самому разбираться. Оторвался от души… Ну и ещё всем бошки поотрывал. Хоть какое-то развлечение.

— Это да! — кивнул Виктор. — Услышав шум, открыл глаза, а вокруг меня скотобойня настоящая. Весь снег в кровище. Зато после этого больше не было никаких, даже лёгких намёков украсть саквояжи.

— А остальные как отнеслись к гибели подельников?

— Все оставшиеся в живых впечатлились. Без бузы обошлось. Даже рады были, что теперь добычу придётся делить на меньшее число людишек. Но, Родион, с такими большими деньгами нужно что-то решать. По приезде я их заныкал основательно. Только народец сильно жаждет долю свою получить. Ни о чём другом думать не может. Да и с захваченными стволами что делать будем?

— С оружием разберусь, — успокоил я товарища. — Краснов мне дал адресочек. Сегодня же все ящики туда отвезу. Пойдём-ка с народом потолкуем…

Столы для «совещания» были накрыты по всем местным правилам: с выпивкой и закуской. Сразу к делам приступать не стал и для начала деревенским душегубам дал пропустить по паре стаканов самогона. Естественно, закатил бравурную речь, в которой похвалил всех выживших в московском рейде. Пообещал скорые дополнительные золотые горы и лишь после этого перешёл к главному.

— Ну что, братва? Небось, хотите получить свой навар?

— А то ж! Понятное дело, хотим! Давно пора! Не томи, господин Жук! — сразу же откликнулась публика на этот животрепещущий вопрос.

— Всё будет! — успокоил я народ. — Разделим поровну и по справедливости! Но лучше потерпеть чуток. Ружьишки я сегодня забираю — есть на них покупатель. Сделка не быстрая, но барыш обещаю хороший. Предлагаю тогда все деньги сразу и поделить. Чего кусочничать да по сто раз подсчёты вести? Много и сразу все получите. А потом ещё одно дельце замутим… Ох, как замутим! После него никогда в жизни работать не придётся!

После долгих сомнений местное общество всё же пришло к выводу, что готово чуток потерпеть. Тем более всё равно деньги тратить пока негде.

— Что за дело такое, после которого все бандиты сказочно богатыми станут? — на прощанье поинтересовался у меня Витёк.

— А я ни словом о богатстве не обмолвился. Лишь сказал, что работать больше не будут. — пояснил я. — Мёртвым работа ни к чему. Понял?

— Понял.

— Молодец. Когда заваруха начнётся, я тебя заранее предупрежу.

Глава 16

Итак, на повестке дня у меня теперь встреча криминальных делегаций Москвы и Петербурга. По московской мне информацию предоставят. Но там состав понятен — авторитетные люди прибудут. А вот с нашей стороны могут и нелюди заявиться. Таких нахрапом не возьмёшь. Особенно, если несколько особей припрётся.

Наша же задача: устроить такую бойню, чтобы ни один гад не ушёл. Пусть все криминальные сообщества думают, что была подстава со стороны конкурентов, после такого сходняка резко превратившихся в злейших врагов.

Вместе с Верой ещё раз прошерстили архив Мозельского. Кроме двух ранее найденных, плотно сидящих на торговле оружием беса Стяжательства и продажного чина из Министерства транспорта, больше никаких значимых персон не выявили. Скорее всего, эти двое и прибудут на переговоры, так как все дела с Москвой через них шли. Охрана из людей будет или Сущностей привлекут? Я бы на месте беса подстраховался и взял своих земляков из Преисподней. Всё же они пошустрее людей, когда один на один.

Продажный чин, скорее всего, не в курсе, что его подельники — твари. Да если и знает об этом, то всё равно имеет людскую охрану. Стоит учитывать, что он сам одарённый, и охрана из простолюдинов ему абсолютно не нужна. Значит, возьмёт подобных себе бойцов. Причём не самых слабых, имеющих боевой опыт.

А московские? Не думаю, что они до такой степени простачки, что прибудут полностью неодарённым составом. Получается, что на встрече будет присутствовать минимум две Сущности и с десяток людей с Даром. Причём: по самым скромным подсчётам! Это внушительная сила, с которой нахрапом не справиться.

Теперь стоит подсчитать наши ресурсы. Во-первых, я сам. Во-вторых, есть Чпок и Дуня, легко отрывающие голову и бесу, и человеку. Нас троих можно рассматривать основной ударной группой. Привлечь в неё Беду? Старик, по его признанию, не очень любит убивать людей, поэтому к самой операции его допускать не стоит.

А вот с разработкой ликвидации опытный командир спецназа может серьёзно помочь. Тем более, получим план местности, на которой состоится сходка, буквально перед самой встречей, и составлять собственные планы нападения нам придётся в жутком цейтноте.

Далее… Как ни крути, но остаётся мизерный шанс, что кто-нибудь из наших противников может слинять на ускорении. Слишком много одарённых персон собирается в одном месте, и за каждым будет сложно уследить… Пока не сдохнет, конечно. Получается: дом, особняк или иное здание, где будет сходка, необходимо блокировать, чтобы наши жертвы не разбежались тараканами. Для этого нужна ещё одна группа.

Мои давние товарищи по Бакле, а также примкнувшие к ним Роман Хаванский, Дарья Аничкова и Ирина Мозельская хорошо подходят для этих целей. Тем более многие занимаются у Беды, а он плохому не научит.

С этими мыслями я и заявился на очередную тренировку. Беда внимательно всё выслушал, одобрительно кивая.

— По уму, Родя, ты всё расписал. Правда, Дуньку твою в деле не видел, но если она сильного бойца Юрку Краснова, как младенца спеленала, то стоящая девка. Подходит.

— Тебе полковник рассказал об этом печальном происшествии? — удивился я.

— Во всех красках душу излил, жалуясь, что молодёжь нынче совсем от рук отбилась и никакого уважения к сединам не имеет. И что сам, видимо, стареет, раз его кто ни попадя может из дома выкрасть. Потом, правда, первым же посмеялся. Говорил, что женщин на руках доводилось носить, но чтобы его самого, да ещё и через половину Петербурга, они на руках носили — такое впервые. Полковника, как понимаю, привлекать к операции не желаешь?

— Нет. Пусть Краснов и его верные люди нас с тыла прикрывают, если вдруг