сторонним я не была обременена. Поэтому к завтраку, помимо еды и кофе, добавилась ещё необходимость в просмотре новостей. В скором времени я вновь собиралась интегрироваться в общество, пусть и пряча своё истинное лицо за псевдонимом, тем не менее у меня появилось желание узнать, что там происходит за пределами стен этого дома. Именно в такое многообещающее утро я и увидела репортаж о том, что возле реки нашли труп человека со следами насильственной смерти.

Больше всего меня напугал не сам репортаж, а то, насколько сильным было дежавю. Словно я резко вошла в ледяную воду и не смогла вовремя из неё вылезти, а лишь глубже и глубже погружалась в тёмную пучину давно случившихся событий. На удивление я довольно быстро смогла успокоиться и даже поработать в тот день. Несмотря на то что повторять себе каждый раз, что всё это не имеет ко мне никакого отношения, стало весьма раздражающим занятием.

Как оказалось, страх был оправдан. Иначе зачем двум детективам сидеть в моей гостиной?

– Труп возле реки, – сухо произнесла я, – да, видела новостной репортаж.

– Имя Ким Санхи вам о чём-нибудь говорит?

– Первый раз слышу. – Я почувствовала, как меня пробирает мелкая дрожь. Кажется, это действительно происходит взаправду.

Они переглянулись.

– Дело в том, госпожа Ким, что рядом с телом была обнаружена скомканная бумажка, – произнёс детектив Квон, – криминалисты проверили её на месте. Это оказалась вырванная страница из книги.

Внутри всё похолодело, а затем спустя пару мгновений меня бросило в жар.

– Из вашей книги, госпожа Ким, – продолжал он. – «Руководство к убийству», начало второй главы.

И стоило ему это произнести, как в моей голове вспылили хорошо знакомые строчки: «Лезвие бесшумно рассекало воздух и всё глубже вонзалось в человеческую плоть. Даже когда его жертва была мертва, он продолжал наносить удары, пока рука его не ослабла».

– Я не настолько глупа, чтобы оставлять возле тела улики, которые могли бы привести полицию на порог моего дома, – отозвалась я. Голос слегка дрогнул, но, быстро взяв его под контроль, я продолжила: – Это на случай, если вы решили, что убила её я.

– Нет, нет, госпожа Ким, – детектив Квон замахал руками, – мы не считаем вас подозреваемой, это не допрос.

– Тогда зачем вы здесь? Из-за вырванной страницы?

Глубокий, грубый голос сержанта Пака разрезал тишину в гостиной:

– Мы подозреваем, что появился подражатель. И есть один человек, который располагает информацией, что может помочь нам в расследовании, только вот говорить он желает лишь с вами.

– У этого молчуна есть имя? – глядя на сержанта, спросила я.

– Ким Минсок.

Авторы много раз описывают моменты, когда их герои должны испытывать настоящий животный страх, заставляющий терять всякую надежду, а иногда и рассудок. Когда я бралась за подобные сцены, мне не приходилось испытывать ничего похожего в настоящей жизни, всегда помогало воображение. Я представляла себя кем-то иным, аккуратно забиралась в его шкуру и так же безукоризненно из неё выбиралась, не оставляя в своей голове и следа того персонажа. Но теперь мне словно мстили за мою бесчувственность и равнодушие: всё, что я когда-либо описывала, огромной волной накрыло меня с ног до головы.

Одно только упоминание вслух имени этого человека – и я уже готова разрыдаться и спрятаться в самый тёмный уголок в надежде, что он не сможет меня отыскать. Уверена, даже мёртвым Минсок будет беспокоить меня не меньше.

– Убирайтесь, – прошипела я. – Сейчас же!

Я так резко подскочила со своего места, что закружилась голова, я покачнулась и одной рукой схватилась за спинку кресла. Оба полицейских подорвались с мест, как только поняли, что я могу упасть. Сержант Пак аккуратно схватил меня за свободную руку. Мы простояли так буквально несколько секунд, и, когда перед глазами перестала кружиться комната, я выдернула руку из хватки полицейского Пака и отодвинулась от кресла.

– Я в порядке, но вы должны уйти.

Подняв голову, я уставилась на Пак Джинхо.

Он смотрел на меня взглядом, который был мне очень хорошо знаком. Не один он на меня так смотрел, два года назад это было единственное, что я считывала с лиц других людей. Фразу: «Что ты наделала, посмотри, неужели ты не знала, что так получится?» Сейчас, как и тогда, никому не доказать, что я действительно не знала. От переживаний и желания остаться одной я повторила:

– Вы в моём доме, и я попрошу вас немедленно уйти.

– Хорошо, госпожа Ким… – заговорил детектив Квон, но сержант не дал ему закончить фразу.

– Писательница Ким, это не визит вежливости, мы хотели избежать лишней необходимости вызывать вас в участок, учитывая вашу репутацию. – Он резко замолчал, словно не хотел этого упоминать, но затем с нажимом продолжил: – Тело, найденное у реки, не единственная жертва, была ещё одна, о которой неизвестно прессе. Представьте на секунду, что будет, если они прознают об этом или того хуже, мы найдём ещё чей-нибудь труп со страницей вашей чёртовой книги. В этот раз вы не отделаетесь так легко, никто не даст вам забыть. Помогите и себе, и нам.

Мне не нравился его тон. В нём слышалась такая горечь разочарования, что на мгновение показалось, как чья-то рука сдавила сердце.

– Так вот как вы считаете? Думаете, я легко отделалась?

– Вы живы, на свободе. – Он покосился на дверь кабинета за моей спиной и добавил: – И, как я понимаю, продолжаете заниматься тем, что вам нравится. Да, именно такой смысл я вкладываю в выражение «легко отделалась».

– Напомните мне своё имя, – тихо произнесла я, скрестив руки на груди.

Детектив Квон было открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл.

– Пак Джинхо.

– Господин Пак Джинхо, – мой голос звучал твёрдо, – повторяю, убирайтесь из моего дома.

Он ещё мгновение прожигал меня взглядом, коротко кивнул, достал из кармана куртки визитку и оставил её на диване, а затем быстрым шагом направился к входной двери. Детектив Квон неловко улыбнулся.

– Пожалуйста, госпожа Ким, подумайте над этим. Джинхо бывает слишком прямолинейным, но он прав, мы можем помочь друг другу, – детектив говорил мягко, аккуратно подбирая слова, – не представляю, что вам пришлось пережить за всё это время, но боюсь, в этот раз всё может закончиться ещё хуже. Позвоните и сообщите о своём решении, мы будем ждать.

Затем он ушёл. Я не двинулась с места, продолжая смотреть на оставленную сержантом Паком визитку, и слышала только, как хлопнула входная дверь.

Утро следующего дня выдалось отвратительным. Я плохо спала и вновь и вновь прокручивала в голове вчерашний визит детективов, с каждым разом добавляя