Из Куба вылетает маленький клочок бумаги. Мой талон. Машинально хватают его и, замирая сердцем, подношу к глазам…

На нем серебристо-голубым написано: «Факультет Целительства».

2 глава

Лорен

― Лори, а это Лазурный Дракон тогда наслал на меня болезнь, да?

Она расспрашивает меня бесконечно, доверчиво прижимаясь ко мне слабым тельцем: кто он, как выглядит, что ему нужно? Прискачет ли рыцарь на белом коне, чтобы ее спасти? Эти невинные детские вопросы отзываются жгучей болью внутри.

― Лори, ты меня защитишь, правда? Ты такой большой и смелый… я ничего не боюсь, когда ты рядом!

Нежная малышка, тянет ко мне руки. Почти прозрачная. Почти мертва. Я мог ее спасти. И спас. Но какова цена?

Тот еще рыцарь.

Если бы я только знал…

Но нет. Прошлого не воротишь.

Картинка блекнет, растворяется в воздухе, а на ее место приходит новая: сумрачный свет, огромный замок с башнями, устремляющимися вверх. И темная фигура в плаще, которая крадется, пригибаясь низко к земле, и выбирает те места, где тень погуще.

В руках ― сверток размером с кошачью голову.

Я знаю, что внутри.

И знаю, что произойдет через несколько минут.

Просыпаюсь, резко сажусь, комкая одеяло и пытаясь отдышаться. Этот ужасный сон, который повторяется бесконечно. Он ужасный лишь тем, что в нем мне снова восемнадцать, и я снова и снова совершаю роковую ошибку.

Перед глазами список из фамилий, начертанных на дощечке жгуче черным, как запекшаяся кровь.Берри, Питерс, Дэвис, Вильсон…

Их двенадцать. Как месяцев в году.

Они звучат беспрерывно в голове, как скороговорка. И так без конца.

С тех пор прошло десять лет, но легче не стало.

***

День не задался с самого начала. Совсем забыл, что сегодня день, когда приезжают первокурсники на поступление. А ведь именно на сегодня назначено очередное слушание по вопросу, кому достанется дом моих родителей. Мой дом. Осталось только подписать бумаги и получить его во владение: годы тяжб дали свои плоды, но дело еще не завершено: кузен все еще мечтает оттяпать даже не кусок имения, а все целиком, оставив меня ни с чем.

Я почти выиграл, почти победил… Остался всего лишь один шаг… Но почему, почему именно сегодня ― все и сразу?

Реджина Мальфас строга и непреклонна. Ей ничего не стоило отпустить меня всего лишь на один день, когда я особо не нужен, только стоять и смотреть на унылую толпу адептов, как те получают билет в «счастливую жизнь».

Сижу на распределении ― только время теряю. Перед глазами смутно. Дом, слушание… только об этом и думаю. О том, что мой бессовестный кузен сейчас имеет передо мной огромное преимущество, потому что он ― в зале суда, а я ― здесь, прозябаю и занимаюсь ерундой.

Не сестру же мне отправлять в суд, решать все эти дела, ну в самом-то деле!

В груди закипает злость. Наедине с собой я могу признаться, что ненавижу то, что делаю. Мне противны все эти люди, чтение лекций, которые так же бесполезны, как и то, что я сейчас здесь стою. Просто это единственная работа, которая мне досталась из милости. И все благодаря тому, что госпожа Мальфас решила дать мне шанс. Зачем-то. Она ― сильный маг и, конечно, ей достаточно было одного взгляда на меня, чтобы понять, кто перед ней.

Смотрю, как драконы один за другим занимают место на боевом факультете и давлю в себе привычную ненависть. Из толпы абитуриентов мой взгляд выхватывает адептку с пышными, даже чересчур, волосами, которые делают ее похожей на неухоженного лохматого домовенка. У нее яркие выразительные глаза, бледное лицо, вздернутый нос. Ее грудь высоко вздымается. Волнуется.

А еще она вертит головой в разные стороны, приоткрывая пухлые губы, и поводит плечами так, как будто не привыкла ходить в платье, и оно ей жмет. Никаких манер.

Тут же осаждаю себя. Какое мне дело до этой девчонки? Не передать, как устал от цепких взглядов, направленных на меня, будто представляю собой особую ценность и вообще жених на выданье. Не хочу даже знать, как и в каких сценах меня рисуют в своем воображении романтичные барышни, которые явно не учиться сюда пришли. А драконов просто видеть не могу, только потому, что один из них разрушил мою жизнь. Точнее ― я сам ее разрушил, поверив страшной лжи, когда все могло быть совершенно иначе…

Но от этого не легче

― Эйлин Фелл!

Внутри все переворачивается. Нет… не может быть. Одна из них… Одна из двенадцати.

Фамилии в нашем королевстве не повторяются. Может, она приезжая?