не перепутал в морозильном шкафу полки для рыбы и мяса. На столе остались лежать пирожки, пирог и, о чудо, пирожные, которые изначально я не заметила.

– Откуда вы знаете где что лежит? – любопытство сжирало меня изнутри.

Он бывал здесь ранее? Но даже если и так, кто бы усадил высокого лорда пить чай на кухне, а не в гостиной или столовой?

– Пока искал графин, облазил все ящики. Как назло, он оказался в последнем, – усмехнулся мужчина и протянул мне кружку с ароматным напитком.

Чай оказался обжигающим. Пришлось пить мелкими глоточками. Говорить не хотелось. Вернее, в голове крутилось тысяча вопросов, которые я не могла четко сформулировать.

Надо осмотреть рабочий кабинет. Я знаю о наличии пары тайников, но уверенно их намного больше. Но сперва сходить к бабушке на могилу и со спокойной душой исследовать дом.

Я не заметила, как съела все три пирожных. Вкусно! Отставив чашку, вопросительно взглянула на дракона. Тот усердно изображал беззаботный вид и то, как до сих пор чай имеет неимоверно горячую температуру. Это он меня так задержать хочет? Сдержать смешок не получилось.

Поняв, что его маневр раскрыт, мужчина улыбнулся, в один глоток осушил чашку и отставил ее в сторону.

– Идемте.

Я поднялась из-за стола и взялась за кружки. Не дело оставлять грязную посуду. Лорд хмыкнул и шепнул бытовое заклинание. Чашки засверкали белизной. Надо же, архимаг, а готов снизойти до простейших заклятий.

В холле рядом со столом, на котором красовался букет, притулился саквояж. Я потянулась за ним, но дракон перехватил мою руку, чуть сжал кисть и провел большим пальцем по тыльной стороне ладони.

Мурашки тут же побежали от места соприкосновения по моему телу в разные стороны. Что он творит?

– Эдель, без вашего разрешения в дом никто не войдет, оставьте сумку здесь.

– Даже вы? – потянула руку на себя. Мужчина удерживать не стал и отпустил.

– Я, пожалуй, в любом случае проберусь, но другие не пройдут. Я обновлю защиту и настрою ее на вас.

Скрипнув зубами, промолчала и кивнула. Сейчас не лучшее время отказываться от услуг архимага. Других великих магов рядом нет, а сама наложить защиту в ближайшие пару дней я не в состоянии. Надеюсь, к вечеру магия стабилизируется, и я смогу магичить.

На улицу мы вышли через вторую дверь, ведущую во внутренний двор и переход в лабораторию. Глоток свежего воздуха взбодрил, придал уверенности и сил. Я смело шагнула на дорожку, ведущую через парк.

В конце парка с права от моста находится небольшая часовенка. Бабушка часто рассказывала, что под ней расположен склеп, в котором ее обязательно похоронят. Я была маленькая и не придавал этому значения. Для меня усопшие были чем-то далеким и не скорым. Жизнерадостная и бойкая бабуля никак не ассоциировалась со смертью.

Мелкий гравий хрустел под ногами, солнце припекало все сильнее, а ветерок, еще час назад будоражащий кожу прохладой, сейчас ласково обнимал щеки теплом. Последний весенний денек решил показать себя во всей красе.

До моста оказалось приличное расстояние, а в детстве мне наоборот казалось, что любая дорожка заканчивается слишком быстро. Через пять минут я почувствовала слабость, а через семь споткнулась. Лорд молча предложил мне локоть, и я решила не отказываться.

Среди деревьев мелькнула серая стена часовни, и мы с драконом не сговариваясь прибавили шаг. Окна-бойницы зияли темнотой, перед входом замерли статуи дев в бесформенных балахонах, такие же безлико-серые, как и сама часовня.  Крышу квадратного здания венчал длиннющий шпиль, который тянулся к небу, желая проткнуть его.

Подул прохладный ветер, и я поежилась. Казалось, само солнце стало светить менее ярко, но это все мои фантазии. Чем ближе к реке, тем более плотно смыкались кроны деревьев над головой.

Если перейти мост, то иллюзия усилится. За рекой начинался густой лес. В детстве непроглядная чаща всегда пугала меня своей тишиной. Хотя наличие звуков несет с собой смерть – аномальная зона начиналась через полкилометра от реки. Вылезающие из порталов монстры всегда воспроизводили много шума.

Прикрытые двери часовни оказались не заперты. Дракон потянул створку на себя, и она бесшумно открылась. В лицо пахнуло затхлостью и сыростью. Лорд первый скользнул внутрь, с его рук сорвались светляки, зажигая факелы на стенах. Огонь вспыхнул и на стенах заплясали неровные тени, придавая пространству загадочность.

Посредине помещения на высокой стойке стояла лампадка, и я с досадой прикусила губу. Магию мне использовать нельзя, стоило прихватить огниво из дома или кристалл-накопитель.

Мужчина молча зажег маленький огонек, который весело заплясал на его ладони, и протянул мне. Я кивнула в знак благодарности и, сложив руки лодочкой, перехватила ценное тепло. Огонь ласково облизал мои ладони и потянулся вверх, мерцая от ярко-оранжевого у основания до почти белого цвета на кончиках пламени.

Стоило поднести огонек к лампадке, и фитиль вспыхнул. Пламя взвилось до потолка, ударяясь ровно в центр идеально начерченного круга, который вспыхнул золотом. Из него вырвался луч, указывающий на противоположную от входа стену. Сама стена пошла рябью являя нашему взору дверь и ручку.

За ней должна быть лестница, ведущая к склепу. Я несколько раз была на городском кладбище и никогда не видела подобного способа захоронения. Если родственники желали оградить усопшего от внимания, то ставили охранные чары на могилу или склеп. Здесь же использовалась природная магия круговорота, которая после захоронения открывала дверь только родственникам.

Обогнув стойку, я устремилась вперед. Дверь поддалась легко. Дракон ловко оттеснил меня плечом в сторону, зажег несколько светляков и протянул руку. Вниз убегала лестница, которая в самом конце зияла чернотой – света светляков хватало на пару метров.

Не стала отказываться от помощи и ухватилась за предложенную руку. Долго спускаться не пришлось, всего несколько метров и мы на месте. Мужчтна запустил магию и под потолком вспыхнули установленные в углах четыре факела.

Окинув взглядом стены из кирпичной кладки, аккуратно облицованные плиткой потолок и пол, я глубоко вздохнула. Прямоугольное помещение давило своей безысходностью, от стоящего посередине саркофага веяло тоской и скорбью.

Букет из мужских рук перекочевал ко мне, и я медленно двинулась к саркофагу. Крышка от него стояла возле стены. На место ее должны установить на сороковой день.  Пламя горящего факела шевельнулось, освещая нутро саркофага.

Я нахмурилась и ускорила шаг, желая побыстрее оказаться на месте. Достигнув цели, застыла изваянием, рассматривая содержимое усыпальницы. Сердце неистово забилось в груди, а ладони вспотели. Медленно развернувшись, я отыскала взглядом мужчину.

Он стоял возле входа, опершись о стену и