– Что за представление вы там устроили?

– А что такое? Я разве сказал не правду? – деланно удивился мужчина. – В свете последних событий и свалившегося на вас наследства, вы, леди Эдель, действительно самая дорогая, то есть богатая девушка нашей империи.

Тресну! Хотя так-то он прав, но все равно не прав.

– Попрошу вас больше меня так не называть.

– Смотря по обстоятельствам…

Я одарила его таким взглядом, что лорд запнулся, расплылся в невероятно ехидной улыбке и выдал:

– Конечно-конечно! Как скажите, дорогая леди Эдель.

Прикусив изнутри щеку, смолчала. Что за напасть! Спорить сейчас бесполезно. Видно же, что специально провоцирует и ведет себя как подросток. Отвернувшись от провокатора, принялась с энтузиазмом рассматривать проплывающий мимо пейзаж. Надо успокоиться и не вестись на детские подначки.

Коляска катилась вперед. Город проснулся окончательно, и его жители уже более бойко спешили по своим делам. Магазинчики радовали украшенными витринами, в воздухе витал аромат выпечки и сдобы. Надо будет узнать, где поблизости от усадьбы есть кафе.

Дорога вильнула в последний раз, и коляска выехали на знакомую с детства улицу. Красивые особняки, огороженные вычурными заборами, утопали в зелени. Но все они меркли на фоне одного единственного.

Стены трехэтажного здания, отделанные черным камнем, матово поблескивали на солнце. Венчало строение черепичная крыша, сверкая на солнце бордовыми всполохами. Фасад имел форму полусферы и на каждом этаже красовался панорамными окнами.

Я помню, как в детстве бабушка любила зажигать на окнах магические светляки, которые подобно звездам на небе мерцали теплым желтым светом.

Особенно эффектно они смотрелись зимой, когда вокруг лежат сугробы, мороз щиплет щеки и пушистые снежинки медленно кружатся в вальсе, а там за стеклом мерцает тысячи маленьких солнышек.

В то далекое время, когда на окнах зажигались светляки, соседи и просто хорошие знакомые стремились попасть в дом хоть на пять минут. Среди жителей города ходило поверье – кто искупается в лучах тысячи солнышек, тому весь год будет сопутствовать удача в исполнении самого заветного желания.

Вот народ и пытался всеми правдами и не правдами попасть в дом к бабуле на огонек. И ведь исполнялось! Кто-то находил любовь, кто-то заключал выгодные сделки, а кто-то зарабатывал баснословные деньги.

Сосед через дорогу напротив сорвал большой куш, когда ранней весной привез луковицы тюльпанов из далекой Юдии. В тот год случилась напасть – странные червяки завелись в луковицах и большинство цветов погибло.

Жена соседа быстро сообразила, что к чему и подсуетилась, отправив письмо супругу. Заработали они тогда с лихвой. Каждый цветок стоил в два раза дороже, чем обычно.

Воспоминания пронеслись в голове стремительно, наведя на определенные мысли. Остановившись перед воротами, скосила взгляд на лорда. Дракон-геккон!

Он же меня специально обозвал «дорогой», чтобы я не возмущалась по поводу оплаты за букет. Аристократ, чтоб его! Ни один высокородный мужчина не позволит платить девушке, которая находится в его обществе по его просьбе. Ладно, в следующий раз буду внимательнее.

Дракон застыл рядом со мной подобно каменному изваянию и ждал. Тихонечко вздохнув, перевела взгляд на ограждение.

На ажурных кованных воротах затейливые завитушки складывались в рисунок, который плавными изгибами обозначал дерево мудрости. Его ветви раскинулись так далеко, что красовались на всем заборе, опоясывающем усадьбу и прилегающие к нему земли вплоть до аномальной зоны.

Сама зона захватывала территорию реликтового леса, то есть состоящего на восемьдесят процентов из изумрудного дуба, и постепенно переходила на горную гряду.

Насколько я помню на воротах установлен артефакт, который открывает вход по указанию хозяина или доверенного лица. Подойдя вплотную к ограждению, я положила руку на створку ворот. Кулон на моей шее слегка нагрелся, и тоненькая струйка магии из него устремилась вперед, в момент оплетая створки. Щелкнул замок и ворота распахнулись.

Ступая по ухоженной дорожке, я внимательно рассматривала обстановку. Вдоль забора тянулись пышные и высокие кусты, ограждая домочадцев от постороннего внимания прохожих.

Справа среди яблонь белела беседка, вокруг которой и вдоль дорожки ведущей к ней цвели любимые бабушкины ирисы. Слева зеленел елки вперемешку с белыми скамейками, которые установили друг напротив друга, из-за чего образовывались квадратные островки для общения.

Дальше за домом десятки дорожек разбегались в разные стороны. С помощью них можно было быстро добраться до реки, моста, леса, аномальной зоны. В детстве я часто выбирала первую попавшуюся дорожку и представляла себя великой путешественницей, которая в конце пути откроет новые земли или найдет сокровище.

А еще одна из дорожек приводила к обрыву над рекой, этакая рукотворная поляна, с которой открывался потрясающий вид на закат. С противоположных сторон от нее к веткам крепились качели, на которых взлетаешь к небесам, а под тобой разливается река. Потрясающее ощущение!

Посередине поляны красовалось кострище, выложенное камнями. Бабушка обожала, и я вслед за ней, любоваться на остроносые языки пламени и вслушиваться в звуки потрескивающего полена. Так мы и проводили почти каждый летний вечер, пока бабуля однажды не закрыла двери усадьбы для всех, включая и меня.

Подавив горестный вздох и прогнав непрошенные воспоминания, я ступила на первую ступеньку. По бокам от крыльца вход охраняли скульптуры дракончиков, до того милые и красивые, что умилялись все.

Лорд поднялся вслед за мной, я же замерла перед дверью. Столько лет меня здесь не было, что даже страшно. Легкий озноб пробежал вдоль позвоночника.

– Смелее. Не попробуешь, не узнаешь, – тихо проговорил мужчина, продолжая сверлить взглядом дверь.

Коснулась ладошкой двери. Дерево под моей рукой оказалось ледяным, но я не отдернула руку, а с замиранием сердца наблюдала за невероятным событием. Моя магия окутала мою руку и впиталась в деревянное полотно.

Шарик первородной магии выскользнул из кулона и устремился вслед за ней. Перед самой дверью затормозил, замигал голубыми всполохами и поменял цвет на алый. Я моргнуть не успела, и он впитался в дверь.

Сама дверь пошла рябью – вскрывалось охранное заклинание. Свет нарастал, скапливаясь в центре деревянного полотна, а потом ударил меня в грудь со всего маху. Яркий свет ослепил, а в груди разливалось тепло, которого оказалось так много, что места для воздуха не осталось. В глазах стремительно потемнело и мир мерк, правда я успела услышать взволнованное «Эдель!».

9. Дом! Милый дом!

Эдель

Очнулась я на чем-то мягком. Сознание возвращалось урывками, в висках пульсировало, а в районе солнечного сплетения чувствовала распирающее чувство. Как ни странно, глаза открыла с легкостью и сразу