Альфа какое-то время будет отсутствовать в стае нет ничего необычного.

Вопросы вызывает присутствие в его доме беты, который самовольно сюда бы не пришёл. А значит он выполняет поручение, или даже приказ, Альфы. Но зачем Астахову это?

Может ли быть так что я каким-то образом себя выдала?

Ещё жутко напрягает тот факт, что я не дождалась звонка, о котором так настойчиво просила и как умалишённая ждала. И не потому, что у меня было что ему сказать, нет. Яростный пыл стих, и позже я пожалела о своём импульсивном поступке и просьбе перезвонить.

На следующий день просыпаюсь с чётким осознанием что больше не хочу строить догадок и переживать о своём ближайшем будущем. Так больше не может продолжаться.

И, как ни странно, у меня получается отгородиться от всего происходящего. И не происходящего тоже. Я словно запрограммированный робот, механически выполняю все свои задачи.

Неделю спустя я, поборов свои страхи, можно сказать наслаждаюсь жизнью, находя радости в малом.

Вот, например, как сейчас. Стрелки часов показывают полночь, когда я, словно лунатик, прокравшись на кухню, открываю холодильник. Где, на самой нижней полке, скрывается моя маленькая слабость, коробка купленного накануне шоколадного торта.

Бережно достаю её, как будто это драгоценность. Нет сил на тарелку. Просто срываю крышку и, прикрыв глаза, зачерпываю потёк крема пальцем. Сладкий, насыщенный вкус шоколада мгновенно разливается во рту.

С отсутствием Альфы, исчезла и вся его челядь. Странно. Нет, может, конечно, ошибаюсь, но за эти семь дней я никого из обслуживающего персонала тут не заметила.

Единственный, кого я вижу в этом доме постоянно это Адам. Который со своим надзором неизменно является сюда каждый вечер.

Что удивительно, к его присутствию я начинаю привыкать.

Выдвинув ящик стола с приборами, беру ложку и зарываюсь ею в мягкий бисквит, отправляя один кусочек за другим в рот.

Сплошное блаженство.

Нет ни стыда, ни угрызений совести.

Идеально.

— Меня угостишь?

На мгновение лишаюсь способности двигаться и дышать, когда слышу голос Астахова.

Время словно останавливается.

Застываю с ложкой в руке, не зная, что ему ответить. Но Альфа в своей привычной манере не ждёт моего ответа. Наступает.

Ставлю коробку с тортом на стол и разворачиваюсь к нему.

Словно тысячи мелких иголок вонзаются в тело, когда Астахов, подойдя вплотную, подушечкой большого пальца мажет по моей верхней губе.

— Вкусно. — говорит, облизнув палец.

Растерянно открываю рот, раздумывая, чтобы ему такого сказать.

Но обо всём на свете забываю, когда он одним уверенным движением усаживает меня на столешницу и впивается в губы жадным поцелуем…

Глава 31

Полина

Такое поведение Астахова сбивает с толку.

Он как ураган — сносит всё на своём пути.

Упираюсь ладонями в его каменную грудь, пытаясь хотя бы немного отодвинуться. Но результата от моих потуг — ноль.

— Пу… сти. — скулю ему в губы, но он будто не слышит меня, напирая сильнее.

Чувствую, как вопреки здравому смыслу по телу ползёт горячая волна. Кожу обдаёт постыдным жаром. Сердце дробно стучит в горле, ногти впиваются в его тело сквозь слой одежды.

Какого чёрта вообще?

И полнолунием сейчас это не оправдать.

Эта мысль приводит в чувство.

Действую под ярким всплеском злости и кусаю Астахова за губу. Сильно. Желаемого добиваюсь. Он прерывает поцелуй.

Словно одурманенная, поднимаю глаза и попадаю в зрительную ловушку. Он смотрит как на ненормальную. Медленно моргает, будто что-то пытается для себя понять.

Укол между рёбер сбивает дыхание.

Мы словно замираем в определённой точке. В неком осознании.

Через пару секунд Астахов отодвигается от меня и почти сразу отпускает.

— Как ты?

Мне кажется, что этот вопрос он задаёт просто чтобы заполнить тишину и избавить меня от неловкости, которую я странным образом ощущаю.

Поэтому отвечать не тороплюсь.

И вообще, о чём он спрашивает?

Как я сейчас?

Или как я была пока его не было?

— Нормально. — на мой взгляд для ситуации в целом самый подходящий ответ.

Неуклюже спускаюсь со столешницы, огибаю его и больше не говоря ни слова иду к выходу.

Альфа меня не останавливает, но я чувствую цепкий взгляд, пока не покидаю кухню.

Закрывшись в комнате, пытаюсь привести мысли в порядок. Это сделать сложно, потому что я не понимаю, что происходит со мной. Я как минимум должна чувствовать к нему отвращение после того, как он воспользовался мной в ночь, когда инстинкты зверя гасили во мне голос разума. Но этого нет. Всё скорее наоборот…

— Нет-нет-нет! Полина! Не вздумай! — шепчу, зажмурившись.

Сейчас впервые мне становится по-настоящему страшно. Потому что противник не снаружи, а внутри меня.

Пытаясь разобраться со своими чувствами, лишаю себя сна.

Лежа в кровати, вглядываюсь в темноту, оставив все попытки уснуть.

Как же мне хочется оказаться подальше отсюда. Плюнуть бы на всё и сбежать. Вряд ли Астахов настолько озадачится чтобы попытаться меня разыскать. По крайней мере мне очень хочется в это верить.

В таких мечтах я лежу до самого утра.

Самое обидное что на рассвете я чувствую, что хочу спать.

Можно, конечно, уступить себе и поспать оставшиеся до подъема два часа, но я не хочу издеваться над собой. Зная свой организм, уверена что буду чувствовать себя в разы хуже, чем если вообще не буду спать.

С целью взбодриться принимаю в душ.

Уже стоя под прохладными струями воды, я понимаю, что что-то происходит.

Что-то нехорошее.

При этом я не слышу никаких подозрительных звуков, не чувствую чьего-то присутствия. Но откуда-то точно знаю, что в эту самую минуту твориться нечто ужасное.

Повышенную тревожность объясняю себе последствиями бессонной ночи.

Чуть позже, спустившись в кухню, завариваю себе кофе. Покрепче.

Но сделать успеваю всего пару глотков, потому что замираю в каком-то ступоре, когда слышу шум со стороны прихожей.

— Блядь. Держись.

В том что это голос беты нет никаких сомнений, но впервые становлюсь невольным свидетелем его взволнованности. Это пугает. Потому что на мой взгляд нет более уравновешенного человека чем Адам.

Замираю, боясь сделать лишнее движение, но практически подскакиваю на стуле, когда слышу рёв, по-другому не скажешь.

— Полина! — секундная пауза. — Полина!

Действую раньше, чем успеваю хоть что-то осмыслить. Бегу на звук голоса беты. Картина, которую застаю заставляет меня замереть на месте.

Адам и незнакомый мне крепкий парень держат Астахова под руки. Судя по всему, он без сознания.

— Полина, отомри! — кричит бета.

А я не знаю, что от меня требуется…

— Что с ним? — сиплю, едва выговаривая слова.

— На диван его. — командует близкий друг Альфы, игнорируя мой