Он внезапно поднял руку. Я напряглась, готовая блокировать удар, но он лишь мягко, почти невесомо провел костяшками пальцев по моей щеке.

— Я собирался выбрать самую сильную самку и забыть о ней на следующий же день, поселив в одном из дворцов. Но потом я увидел тебя. Фальшивку, которая извалялась в грязи ради спасения какого-то сопливого щенка из Академии.

Его пальцы скользнули ниже, задев обнаженную кожу над расстегнутым воротом моего кителя.

— И знаешь, что самое забавное? — Халидан чуть наклонился, его дыхание опалило мою шею. — Там, в моем шатре, ты перестала притворяться. Твоя страсть была настоящей. Ты хотела меня так же дико, как я тебя.

— Это была миссия, — я заставила себя смотреть прямо в его льдистые глаза, игнорируя то, как предательски слабеют колени. — Я спецагент. Я сделала то, что должна была, чтобы усыпить вашу бдительность. Не льстите себе.

Улыбка Халидана стала откровенно хищной.

Он сделал то, чего не ожидает ни один из бойцов с ножом в руке. Вместо того, чтобы отстраниться или перехватить мою вооруженную руку, он шагнул еще ближе, насаживаясь на острие ножа. Лезвие прорезало рубашку, на черной ткани выступила крошечная капля крови.

Я отдернула руку с ножом инстинктивно, потрясенная его безумием. Этой заминки ему хватило. В долю секунды его рука метнулась вперед, стальной хваткой перехватывая мое запястье. Халидан дернул меня на себя, впечатывая в свою каменную грудь. Нож со звоном выпал из моих ослабевших пальцев.

— Ты можешь врать своим генералам, Клео, — прорычал он, прижимая меня к себе так крепко, что я чувствовала бешеный ритм его сердца. — Ты можешь врать самой себе. Но не ври мне. Твое тело помнит мое.

Он свободной рукой зарылся в мои гладко зачесанные волосы, грубо выдергивая шпильки. Темные пряди рассыпались по плечам.

— Переговоры только начались, моя обманщица, — прошептал Халидан, его губы остановились в миллиметре от моих. — И поверь, топливо — это последнее, что меня здесь интересует.

«Капитан, — раздался в голове тонкий от паники голос Фаро, пока где-то на периферии моего зрения мигала иконка фенека, закрывающего глаза лапками. — Протокол дипломатической неприкосновенности не предусматривает спасение от агрессивных брачных ухаживаний монархов. Рекомендую импровизировать!»

Глава 16. Шантаж государственного масштаба

Утро началось с головной боли и экстренного вызова в штабной отсек станции.

Я стояла перед зеркалом в своей каюте, застегивая жесткий воротник кителя, и смотрела на свое отражение. Под глазами залегли едва заметные тени. Ночь после встречи с Халиданом в оранжерее превратилась в пытку. Мое измененное тело, которое генералы считали идеальным инструментом, бунтовало. Оно помнило тяжесть его рук, жар кожи, тот первобытный рык, с которым он перехватил мое запястье.

Впервые в жизни моя воля и мои инстинкты вступили в открытую, безжалостную борьбу. Как агент Союза планет, я обязана была держать дистанцию и защищать интересы альянса. Но та дикая часть меня, что спала все эти годы, отчаянно рвалась обратно, в его власть.

Воздух над раковиной подернулся рябью, и на край зеркала уселся фиолетовый фенек. Зверек нацепил на нос виртуальные очки в строгой оправе и укоризненно постучал призрачной лапкой по голографическому планшету.

«Капитан, — голос Фаро в голове звучал нарочито нейтрально, но я чувствовала его синтетическое беспокойство. — Ваш гормональный фон нестабилен. Выброс адреналина не соответствует мирной обстановке. Рекомендую медикаментозную блокировку».

«Обойдусь без химии, Фаро, — мысленно отрезала я, глядя, как фенек театрально вздыхает и снимает очки. — Просто... отключи мониторинг пульса. Меня раздражает твоя паника».

Никто на этой станции не знал всей правды. В своем официальном рапорте о завершении миссии я, разумеется, указала, что ради сохранения легенды мне пришлось пройти брачный ритуал с неким высокопоставленным сиамом, после чего я усыпила его и эвакуировалась с объектом. По жестким протоколам Звездного флота любые браки, клятвы и контракты, заключенные агентом во время работы под прикрытием, автоматически признаются недействительными.

Но это правило работало только до сегодняшнего дня.

Теперь, когда Альянс заключал официальный договор с Сиамом, он начинал признавать их законы на международном юридическом уровне. И уж брачную клятву, принесенную самому Владыке Одиннадцати миров, никто бы аннулировать не стал, особенно в условиях жесточайшего топливного кризиса.

Генерал Ридли и аналитики Союза понятия не имели о том, что произошло в шатре возле Колизея. Если бы политики узнали, что тем самым безымянным лордом из моего отчета был Халидан Ваи, и что старший спецагент Нова по законам закрытой системы является его законной женой... Меня бы тут же превратили в разменную монету. В политическую марионетку, легально привязанную к правителю империи.

Я не могла этого допустить. Как не могла допустить и того, чтобы кто-то, а особенно сам Халидан, узнал о моем геноме химеры или о встроенном в мой мозг ИИ. Для него я должна была оставаться просто невероятно ловким, дерзким человеком. Спецагентом, который его обхитрил.

В штабном отсеке царила паника. Генерал Ридли, красный от недосыпа и ярости, мерил шагами пространство перед голографической картой сектора.

— Они издеваются над нами! — рявкнул он, едва я переступила порог. — Лорд Ваи заморозил второй этап переговоров.

— Выдвинул новые требования по квотам, сэр? — спокойно спросила я, заложив руки за спину.

— Если бы! — Ридли в сердцах ударил кулаком по столу. — Он заявил, что не подпишет соглашение о поставках, пока лично не убедится в «надежности наших технологий», которые мы предлагаем в аренду. Ему, видите ли, нужна инспекция нижних инженерных палуб станции. И он требует, чтобы экскурсию проводил лично начальник смены службы безопасности. Вы, агент Нова.

У меня внутри всё оборвалось.

— Сэр, это нарушение протокола. Нижние палубы — стратегический объект. Допуск иностранных делегаций туда запрещен.

— Я знаю протоколы, Клеопатра! — Ридли устало потер лицо, и вдруг вся его привычная генеральская броня как-то разом треснула. На меня смотрел бесконечно уставший, загнанный в угол мужчина за сорок. — Но вы не понимаете масштаба катастрофы. Президент Вэнс оборвал мне всю связь, требуя результата. Альянс не просто задыхается без топлива, мы стоим на краю пропасти.

Он шагнул ко мне, понизив голос до отчаянного, хриплого шепота:

— Если Ваи развернет свои корабли и этот договор сорвется, у нас начнется глобальный коллапс ровно через три месяца. Военный флот встанет на прикол, нам нечем будет заправлять крейсеры. Мы не сможем защищать внешние рубежи, и пиратские картели разорвут наши границы на куски. Межзвездная логистика рухнет, а это значит, что на дальние колонии перестанут поступать медикаменты и продовольствие. Начнется массовый голод, мародерство, бунты! На кону выживание миллиардов людей, Нова. Поэтому вы дадите ему