эту экскурсию, агент. Покажете генераторы, систему очистки — ничего секретного, пустите пыль в глаза.

— Он не инженер, сэр. Ему не нужны генераторы, — тихо сказала я, понимая, что ловушка захлопнулась.

— Мне плевать, что ему нужно! — сорвался на крик Ридли. — Выполняйте приказ. Не спускайте с него глаз, улыбайтесь, если потребуется, но верните его за стол переговоров в хорошем настроении, или нам всем конец!

Фиолетовый фенек, сидевший на краю голографической карты сектора, трагически прижал уши, достал крошечный белый платочек и театрально смахнул скупую цифровую слезу.

«Дипломатия высшего уровня, капитан, — съязвил Фаро. — Вас буквально отдают на растерзание ради бочек с топливом, прикрываясь спасением миллиардов жизней».

«Заткнись, Фаро. Готовь схемы нижних палуб».

* * *

Через час я стояла у бронированного лифта, ведущего в технический сектор. Моя команда из четырех вооруженных гвардейцев замерла позади.

Двери лифта открылись, и Халидан шагнул на палубу. На этот раз он был без своей свиты. Только он один. Вместо парадного мундира на нем была простая, но безупречно сшитая темная одежда из плотной ткани, не стесняющая движений. Волосы убраны в косу. Он выглядел как хищник, вышедший на охоту в незнакомых джунглях.

— Лорд Ваи, — я сухо кивнула. — Прошу за мной. Инженерный сектор — это зона повышенной опасности.

— Я люблю опасность, Клеопатра, — его бархатный голос отдался вибрацией где-то у меня в животе. Он прошел мимо, и я снова вдохнула этот сводящий с ума запах мускуса и сандала.

Мы спустились на самый нижний уровень. Здесь было жарко, пахло металлом и машинным маслом, а гул плазменных конвертеров заглушал шаги. Мои гвардейцы держались на почтительном расстоянии. Я шла впереди, чеканя шаг. Рядом со мной в воздухе парил голографический фенек в крошечной желтой строительной каске. Он деловито листал виртуальный планшет, с которого я механическим голосом зачитывала спецификации генераторов.

Халидан даже не смотрел на турбины. Он смотрел только на меня. Его взгляд прожигал спину сквозь плотную ткань кителя. Я чувствовала его, как физическое прикосновение.

—...Эффективность преобразования составляет девяносто два процента, что позволяет станции автономно... — монотонно продолжала я, сворачивая в узкий технический коридор между двумя огромными охладителями.

— Оставьте нас, — внезапно, не повышая голоса, но с абсолютной, леденящей властью приказал Халидан.

Мои охранники растерянно переглянулись.

— Выполнять приказ лорда не требуется, — резко бросила я своим людям, оборачиваясь. — Охрана остается...

— Я сказал, пошли вон, — Халидан бросил на них один-единственный взгляд. Взгляд человека, который привык одним словом отправлять легионы на смерть.

Мой виртуальный фенек лишился строительной каски и заметался между мной и гвардейцами, отчаянно махая лапами и беззвучно вопя: «Куда же вы, предатели?!»

Но мои бойцы, обученные не реагировать на провокации, вдруг побледнели. Давящая аура сломала их армейскую выучку или, что вероятнее, им тоже приказали во всем потакать лорду. Они нерешительно отступили за переборку, оставляя нас в глухом, вибрирующем от гула машин коридоре.

Я осталась с ним один на один.

— Вы переходите границы, лорд Ваи, — я положила руку на рукоять парализатора, но не успела даже сдвинуть его с фиксатора.

Халидан сделал молниеносный шаг вперед. Его скорость для таких габаритов была просто ненормальной. Он не стал выхватывать оружие. Вместо этого он плавно, но неотвратимо прижал меня спиной к горячей металлической переборке охладителя, нависая сверху.

Его руки легли на стену по обе стороны от моей головы, запирая меня в клетку из собственного тела.

— Границы? — он низко рассмеялся, склоняясь так близко, что его нос почти коснулся моего. — Ты забавная, моя сиамская девочка. Думаешь, твои генералы смогут спрятать тебя от меня за своими приказами и протоколами? Они продадут тебя за один транспортный корабль сиамия, и мы оба это знаем.

— Я агент союза, а не товар! — прошипела я, вскидывая подбородок. Мое сердце билось где-то в горле.

— Ты — моя жена, — жестко, с нажимом произнес Халидан. Его глаза потемнели, превратившись в два штормовых океана. — Только ты и я знаем, что произошло в том черном шатре на Сиаме. Что я поклялся тебе, а ты... ответила мне. Твои начальники не знают об этом, верно? Иначе они бы не пустили тебя сюда. Ты скрываешь меня от них, Клео.

Он ударил в самую точку. Я стиснула зубы.

— Это был фиктивный ритуал. Ошибка. Миссия.

— Ложь, — он медленно, кончиками пальцев провел по моей скуле, убирая выбившуюся прядь волос. От этого контраста, его колоссальной силы и невероятной нежности, у меня подкосились колени. — Я чувствую тебя. Ты дрожишь, моя сиамская воительница. Твое сердце сейчас выломает ребра. Ты человек, но в тебе есть огонь, который я никогда не встречал у этих хрупких созданий из твоего мира. Ты другая. Ты создана для Сиама. Для меня.

Я зажмурилась на секунду. Боже, как же хотелось сдаться. Просто податься вперед, вжаться в его горячую грудь, вдохнуть его запах и забыть обо всем: о долге, о Звездном флоте, о маскировке. Моя звериная суть кричала, что перед ней идеальный альфа. Мой.

Голографический фенек тем временем носился по трубам охладителя над нашими головами, размахивая сигнальными флажками и вспыхивая красным цветом, как полицейская мигалка.

«Капитан, критический уровень стресса. Прошу, увеличьте дистанцию!» — вопил Фаро, фиксируя мое прерывистое дыхание.

Я с усилием распахнула глаза, собирая в кулак всю свою волю агента.

— Вы затягиваете переговоры ради своих... фантазий. Из-за вас могут пострадать миллиарды людей, если начнется энергетический кризис.

Халидан усмехнулся, ничуть не смутившись.

— Если потребуется, я заморожу весь ваш Союз. Я обесточу каждую вашу планету, пока они сами не принесут тебя мне на блюде. Но я хочу, чтобы ты пошла сама.

Он наклонился еще ниже, его губы скользнули по моей щеке, обжигая дыханием мочку уха.

— Перестань бегать от меня, Клео. Сбрось эту форму. Сбрось эту фальшивую покорность перед своими генералами. Ты хищница, запертая в клетке из их правил. Я видел тебя настоящую. И я заберу свое, моя жена…

Внутри меня что-то с оглушительным треском оборвалось. Месяцы выдержки, годы тренировок в академии — всё это полетело в черную дыру.

— Жена?! — ядовито, срываясь на крик, выплюнула я. Я вскинула руки, с силой упираясь ладонями в его твердую, как монолит, грудь. — Какая, к черту, жена?! Для тебя я просто инкубатор! Ты выбрал меня на арене, как племенную кобылу на базаре! Тебе плевать на меня, тебе нужна была только выносливая самка, способная выжить под твоим весом и родить тебе наследников для твоей империи!

Желваки на скулах Халидана дернулись. В его льдистых глазах вспыхнул такой дикий, первобытный гнев, что воздух вокруг нас, казалось,