Но простые граждане могли обменять без объяснений и документов небольшую сумму, по-моему, не больше тысячи рублей. С учётом зарплат в двести и триста рублей, это вполне сносно. У большинства населения если и накопится тысяча, то не сотенными купюрами, обычную зарплату выдавали в основном десятками и четвертными. Для обмена больших сумм требовалось официально объяснить их появление, представить документы о продаже дома, например, или машины. Вроде, неплохая ловушка против незаконных заработков, хотя в будущем (вернее первой жизни), я читал, что для «своих да наших» сберкассы меняли деньги чуть не пять-шесть дней. В результате, как говорил Черномырдин, хотели, как лучше, а получилось, как всегда.

Несмотря на все мои усилия, десятка три сотенных купюр и столько же полусотенных бумажек у меня пропали. Менять их в сберкассе я не рискнул, уверен, уголовники до сих пор ищут пропавшую часть общака Васо. А я с недавнего времени нахожусь на подозрении. Да и чёрт с ними, с пропавшими деньгами, как пришли, так и ушли. Более ста тысяч у меня осталось, а в случае необходимости всегда заработаю честным путём. День, на который выпало событие, был рабочий, так и хотелось его назвать, как пиндосы — чёрный четверг. Однако наш народ ещё не привык к таким наименованиям. Из-за всеобщей паники, рабочий день в поликлинике практически стал нетрудовым.

Все медики и обслуга метались по кабинетам, как ошпаренные, можно подумать, у них десятки тысяч больших купюр лежали в заначке. При их зарплате в сто пятьдесят, максимум двести рублей, откуда такое богатство? Даже Зоя Ивановна, отлично знавшая мой заработок, не удержалась и спросила:

— Фёдор Васильевич, разве вам не надо поменять деньги? С вашими-то доходами?

— Нет, конечно, менять не буду. Я позаботился уже. — Я многозначительно кивнул на фотографию на стене и добавил: — Говорил же, что деньги опасно хранить в сберкассах?

Она кивнула, и мы прекратили разговор. Для близких мне людей все меры приняты, осталось поговорить с Олегом. С ним я встретился в качалке, где парень выгородил себе небольшой кабинетик. Пока туда проходил, постарался не показывать никому своё лицо. Всё равно по пути заметил одного подозрительного типа, старательно приглядывавшегося ко мне.

— Привет, это что за уголовник у тебя на штанге работает? — поинтересовался у Олега первым делом.

— Саша, он честно признался, что судим по молодости за кражи. Я решил его оставить. Пока только железо толкает, к делам «Защиты» его не привлекаю, — кивнул мне руководитель ОПГ, которому предстояло перейти в официальный ЧОП.

— Решай сам, только судим этот Саша не за кражи, а за грабежи. И вообще, почему бы тебе не завести свою службу безопасности, чтобы проверять всех новичков самим? Девушки в информационном центре УВД живут бедно, как правило, одинокие. Тот же Лёха вполне может с ними дружить, спонсируя их за мелкую помощь. Вы же официально зарегистрированный спортивный кооператив? Пусть парни попросят посмотреть, судим ли новенький или нет, если судим, то за что? За определённую плату в полсотни рублей, например. Вам же официальная спецпроверка о судимости не нужна?

— Нет, — Олег мотнул головой.

— А без бумажки проверить наличие судимости — две минуты, только посмотреть в картотеке незаметно. И тебе польза, и девушке помощь, а может и молодец понравится. Кроме этого, рекомендую пару-тройку нормальных парней, не замаранных полностью, подвести к судебным секретарям. Они точно все не замужем и живут крайне бедно. Пусть парни поухаживают, может быть, даже женятся на них без всякой задней мысли. Потому как эти судебные секретари в большинстве своём девушки умные и станут судьями. За те копейки судейской зарплаты, что сейчас, желающих мало. Но лет через пять судьи будут получать огромные деньги, из женихов очередь выстроится, даже чёрные люди будут вокруг них круги нарезать. Так лучше бы им к тому времени быть замужем за нормальными парнями, а не за продажными? — После мои раскладов Олег задумался, а Сашу решил проверить сам именно через ИЦ УВД. У одного из его парней там сестра работала. И насчёт создания своей службы безопасности согласился, пора её налаживать.

— Я к тебе с новостями. Давеча разговаривал с Камилем, вроде он согласился о разделе сфер влияния в районе. Мы занимаемся охраной кооперативов и других частников, уголовники грабят и воруют у остальных, кто не обратился за охраной. Уверен, что нас попытаются обмануть, поэтому о непонятных ситуациях сообщайте мне. Не верю, что они будут соблюдать договорённость, привыкли обманывать. Но пока вроде нейтралитета получилось. — Я более подробно не стал рассказывать, ни к чему, но усилия Олега по расширению зоны влияния до полного освоения территории нашего района, кроме рынка, конечно, будут прикрыты формальной договорённостью.

После суматохи по обмену денежных купюр в обществе наступило затишье, как и в моей работе. Попытки обокрасть мою новую машину прекратились, и случайно в институте я увидел моего воришку. После предъявления ему пары фотографий завербовать его стало делом трёх минут. Воришка оказался ассистентом-преподавателем, пишущим диссертацию на одной из кафедр института. Он не только согласился передавать мне регулярно всю информацию по преподавательскому составу, но и написал расписку о сотрудничестве с капитаном КГБ Кузнецовым. Теперь я каждую неделю узнавал все институтские новости, вплоть до сплетен секретарш деканатов.

Учёба незаметно перешла с лекций и теории на практику, где я, по-моему, немного раскрылся. Преподаватели стали водить студентов небольшими группами в больницы для практического осмотра больных той или иной направленности. И не только больных, но и умерших. Как раз с покойниками, присутствуя на вскрытиях, никаких проблем у меня не было, сослался на возраст и обучение в медучилище, где тоже предполагалась практика на вскрытиях. Некоторые девушки были впечатлены до обморока, их под руки выводили из прозекторской, но на подобные казусы руководство смотрело сквозь пальцы.

В конце концов, мы учились не на хирургов, санитарному врачу вскрывать трупы не придётся. На занятиях по генетике я и сам мог поделиться с преподавателями, как и на урологии, которую изучил довольно хорошо, с практическим применением на бандитах. Заинтересовали меня нейрохирургия и акушерство с гинекологией, в части практического применения моих умений. А в педиатрии и неотложных действиях в терапии, похоже, провалился. В терапии при рассмотрении неотложных действий, я машинально пожелал здоровья нескольким больным, мысленно, конечно. Тем поздоровело, на что обратил внимание наш преподаватель.

То же самое произошло на осмотре больных детей, никогда не мог безучастно смотреть на детскую боль и их