— Ты где? Немедленно возвращайся, — я настолько зол, что совсем теряю страх быть услышанным.

— Это невозможно. Я на Мальдивах. И, тебе не кажется, что ты не имеешь права на подобный тон, Алекс? Я все делаю, чтобы нам было хорошо. А вот ты…

«Но, пока хорошо только тебе» — думаю я, борюсь с желанием запулить чертов мобильник в сверкающую стену чужого сортира. Но… Это очень дорогой телефон, подарок Вики. И я считаю расточительством поддаваться идиотским порывам. Было бы из-за кого.

— Дорогой, у тебя все в порядке? Ты что там застрял?

Боже. Бабы зло. Все без исключения. И почему постоянно этот вопрос, в порядке ли я?

— Лидия, я могу хотя бы в туалет сходить без твоего участия? — выпадаю из туалета, борясь с желанием просто обуться и свалить из этого душного роскошного рая, в котором мне отделена сегодня роль придворного шута.

— Ты почему так грубо со мной разговариваешь? — черт, она что, плакать собралась? Тогда я даже не успею обуться. Папа принцесски меня подвесит за бубенцы, прямо в прихожей, вместо дверного звонка. А потом явится ее братец… Интересно, куда он делся, кстати? Неужели настолько не интересуется судьбой сестрицы?

— Прости, я просто нервничаю, — хмыкнул я. Как то расхотелось злить святое семейство. Тем более, что за дверью пентхауса замерли два пса телохранителя, охраняющие великого. Так что даже побег для меня сейчас роскошь непозволительная. — Кстати, твой брат так и не вернулся? Просто у меня появились важные дела. И я боюсь, что не смогу его дождаться.

— Алекс. Ты слишком много работаешь, — вздохнула Лидия. — Но, я считаю, что ужин с моей родней все же должен у тебя быть на первом месте. Так что… Папа ждет нас. Пойдем. Он не любит, когда его игнорируют. И паспорт… А Семушка… Он у женщины. Влюбился с первого взгляда. Только папе не говори. Но, скорее всего брат мой не придет. Я так за него рада. А папуля просто может рассердиться. Потому что считает, что дела семьи прежде всего. Короче, папа не любит тех, кто игнорирует семейные торжества.

— А я не люблю, когда на меня давят, — цежу я сквозь зубы. Эта чертова баба меня сейчас раздражает безмерно. И пах зудит до искр в глазах. И даже то, что какой-то черт самодовольный проигнорировал чертов прием ради бабы, — Прости. Я просто не готов пока к таким переменам в жизни. Лида. Этот ребенок… Он не ко времени сейчас, и… Послушай, я должен тебе сказать…

— Некогда. Вот иди и папе моему все расскажи, прямо сейчас, — хмыкнула Лидия. А она изменилась очень в последнее время. Стала другой. Это тем более заметно стало после ее объявления о беременности. Я попал. Как кур во щи попал. Меня раньше бесила ее доброта и мягкотелость. Каким же я был идиотом. Глупышка Лидочка была прекрасна. Лидочка акулка, опасна и непредсказуема. А дома меня ждет Вика. И Малька сука…

— А, вот и зять наш будущий, — папа Лиды улыбается, когда я все таки, как под конвоем захожу в гостиную. Только глаза у него ледяными остаются. Я тоже навешиваю на лицо гримасу радости. Паспорт… Что ж, всему свое время. Тем более, что срок у Лидочки еще маленький. Мало ли, что случиться можжет. — Леша. А давай ка мы с тобой выпьем, за внука моего скорого. Что так смотришь?

— А вдруг внучка? И… Я Алекс.

— Да нет милый, Леша, внука носит Лидуся. Да дорогая? — повернулся к жене, застывшей на стуле с кислой физиономией, мой почти тесть. Вот ржака будет, когда он узнает, что я не могу жениться на его сокровище, потому что уже женат. Я прямо вижу его морду бульдожью, яростно удивленную. Скорее всего это будет последним, что я увижу в своей жизни. — И в связи с этим, я решил, что работа тебе нужна более денежная. Я так поразведал про компанию, в которой ты трудишься. Фуфло же. Хоть ты там и на хорошем счету, Леша. Да только должность у тебя нищебродская. И насчет свадьбы. Паспорт…

— А я не считаю, что надо спешить со свадьбой. Мы ведь совсем не знаем этого… Как вас там звать? Алексей? — кривит губы королева мать. — Я ы на твоем месте не слушала нашу дочь, а пробила этого молодого человека по всем каналам. Может он альфонс.

Сука. Сука старая. Чтоб она подавилась своим высокомерием. И вот сейчас. Сейчас я просто встану и уйду. Да пошли они все.

— Сидеть, — приказал олигарх, увидев, как я откинул салфетку. — Я не договорил.

Звонок в дверь перебивает всесильного. Он звучит для меня поминальным набатом. Но, я очень рад, что кого-то притащило в этот поднебесный замок.

Глава 21

Виктория

Месть — штука горькая. Месть — сука сладкая. И подавать ее холодной большое расточительство. Нельзя давать остыть ярости, горящей внутри. Нельзя потушить огонь, который возник из искры и разгорелся до степени лесного пожара.

Я, глупая, думала. Что только месть мужу козлу удержит меня на плаву. Позволит не посметь слететь с катушек. А еще, я наивно полагала, что без Алекса земля моя перестанет вращаться, и мир схлопнется до состояния крошечной точки. А оказывается… Оказывается, я просто не знала, что может быть так опупительно, пьяняще легко и прекрасно без него. И все просто. И даже глупая месть может отойти на второй план, когда осознаешь всю свою глупость.

— Ты в курсе, что ты стихия? — улыбка моего любовника восхитительна. Моего любовника? Боже, я согрешила. Это же просто невообразимо.

Странно, но этот, уже условно, чужой мужчина, совсем не чужеродно смотрится в моей кровати. Точнее, на нашем с Алексом, супружеском ложе. Меня накрывает запоздалый стыд? Нет. Зачем лгать себе? Мне восхитительно прекрасно. И тело горит так, словно до сегодняшнего дня я и не знала, что такое плотская