– Они испугались того, что за них взялась полиция. Все кроме меня решили поддержать версию, что Эбигейл сбежала.

– Но можно найти кого-то сейчас и расспросить, верно? – в глазах Аманды разгорелся огонек надежды.

Дженнифер поджала губы и с сожалением покачала головой.

– Я уже пыталась. Через частных детективов. Ничего не вышло. Но я всегда буду благодарна Эбигейл за то, что она спасла меня. Если бы не эта трагедия, даже не знаю, чем бы все закончилось, продолжи я общаться с той компанией.

На ее плечо легла рука Джереми, и Дженнифер подняла голову, просияв. От одного взгляда на супруга, державшего несколько свертков с ужином, ее лицо разгладилось, словно все тревоги отступили на второй план. Джереми всегда умел вовремя появиться и привнести ощущение спокойствия, когда ей это было нужно. Аманда заметила, как нежно они смотрели друг на друга – взглядами, полными поддержки и тепла, которых так часто не хватает людям в этой жизни.

Дженнифер и Джереми, похоже, были настоящей командой. Они умели понимать друг друга без слов, и Аманда всегда восхищалась их безмолвной гармонией. Дженнифер часто говорила, что Джереми стал для нее не просто мужем, но и лучшим другом, который принял ее такой, какая она есть, со всеми капризами и секретами.

Когда Джереми присел рядом, он мягко коснулся ее руки, словно подтверждая свое молчаливое присутствие. Дженнифер коротко улыбнулась, и Аманда заметила, как ее плечи расслабились. Это был тот самый момент, когда стало ясно, что несмотря на все тяготы прошлого, у Дженнифер теперь был свой островок безопасности.

– Добрый вечер, Джереми, – поприветствовала его Аманда, поднимаясь и подхватывая альбом. – Оставлю вас, пора возвращаться к работе.

Она хотела скорее поделиться новой информацией с Крисом. Неплохо было ввести в курс дела и Николь с Вильямом, но ей не хотелось стопорить рабочий процесс. Аманда уже собиралась отнести фотоальбом в свою комнату и вернуться на кухню, как заметила Уилсонов – Фред и Патрисия заняли свой любимый столик на двоих. Пожилая пара тоже заметила ее и помахала, подзывая к себе. Аманде ничего не оставалось, как покрепче перехватить альбом и подойти к ним.

– Рада вас видеть! – улыбнулась она. – Николь уже приняла заказ?

– Еще не успела, – покачала головой Патрисия. – Но мы подождем, нам с Фредом некуда торопиться.

– Вы сегодня вдвоем, – заметила Аманда и прикусила язык, испугавшись показаться бестактной. Но это нисколько не смутило Уилсонов.

– Сын с семьей уехал еще вчера, – пояснил Фред. – Сразу, как помог нам убрать упавшее дерево с газона. Им нужно было вернуться из-за работы, а у внуков школа. Но мы с Патрисией ждем их на каникулы. Хочу обязательно сводить внуков на лостширский ипподром. В детстве я проводил на нем много времени, мог часами наблюдать за лошадьми.

Аманда удивилась:

– Вы выросли в Лостшире? Я думала, вы здесь никогда не были.

Фред улыбнулся и, сложив руки на столе, посмотрел в сторону окна, за которым начинали загораться фонари.

– Да, – кивнул он. – Я родился в Лостшире и прожил здесь больше десяти лет. Это было маленькое, тихое местечко, где все друг друга знали. Помню, как мы с мальчишками бегали по здешним улицам, лазили по заборам и, конечно, пробирались на ипподром, чтобы посмотреть на тренировки. С тех пор прошло много лет, – Фред задумался, будто вспоминая что-то далекое и очень теплое, – но, когда мы с Патрисией решили, что пора осесть и встретить старость, сразу поняли – Лостшир идеальное место. Тут все такое… родное.

– Фред у нас всегда был привязан к этим местам, – улыбнулась Патрисия, положив руку на плечо мужа. – Он говорил, что если уж и искать покоя, то только здесь, где каждая улочка дышит воспоминаниями. Сама я выросла в Лондоне, поэтому доверилась ему на слово и нисколько не пожалела. Здесь очень уютно, а какие замечательные люди!

Аманда мягко улыбнулась, чувствуя, как от этих слов что-то щемяще теплое разливается в груди.

– И как вам здесь? Наверное, много изменилось? – спросила она у Фреда.

Фред снова взглянул на Патрисию, также влюбленно и с обожанием, как и всегда. Будто для них никогда не заканчивался Медовый месяц.

– Как дома, – ответил он. – Как будто вернулся туда, откуда когда-то уехал, но куда сердце всегда тянулось. Многое изменилось, но Патрисия права – люди остались такими же добрыми и отзывчивыми.

Аманда уже хотела пожелать им приятного вечера и отправить Николь принять заказ, как одна мысль пришла ей в голову. Она не знала, сколько лет Фреду, но предположила, что он мог жить в Лостшире в то же время, когда их с Крисом бабушки были подростками.

– Извините, я могу присесть? – уточнила она. – Я бы хотела показать вам одну фотографию.

Фред и Патрисия обменялись заинтригованными взглядами. После пенсии в их жизни происходило мало чего интересного, и они всегда были рады поговорить с кем-нибудь.

– Конечно, Аманда, какой вопрос! – воодушевленно воскликнул Фред. – Сейчас я надену очки…

Аманда поставила к их столику еще один стул и вытащила из альбома снимок. Она положила его перед Фредом и спросила:

– Вы знаете кого-нибудь с этого фото?

Он склонился над снимком, внимательно изучая его. Аманда заметила, как Фред улыбнулся, сравнив молодую Лидию с ней самой, а затем его лицо омрачила тень воспоминаний.

– Конечно, я знал твою бабушку, – наконец, сказал он. – Тогда здесь не было закусочной. Ее родители сдавали комнаты на втором этаже, а на первом располагалась общая комната со столовой для жильцов. Я никогда здесь не был, мы с семьей жили в маленьком домике рядом со средней школой Лостшира. Я был младше и не водил дружбу с Лидией.

Он замолчал, снова всматриваясь в снимок. Тяжело вздохнул, он продолжил:

– Третья девушка, конечно же, Элинор Дейкворт. Она была дерзкой, острой на язык. Ее уважали даже старшие мальчишки.

– А средняя девушка? – вырвалось у Аманды.

Пошамкав губами, будто не решаясь, стоит ли ворошить прошлое, он предложил:

– Может, тебе лучше задать этот вопрос своей бабушке?

Это же она слышала от миссис Эпплби. Но ни она, ни Фред не знали, что Аманда больше не могла поговорить с бабушкой.

– Я не хочу заставлять ее переживать, – схитрила она. – Бабушка всегда становится очень грустной, когда видит это