– Тц… Что там случилось?

Снайпер Тоня посмотрела на внезапно начавших кричать девушек, что пытались отбиться от двух десятков грибов-великанов и вытащить одну из боевых подруг, что на вид была без сознания.

«Бах».

Раздался выстрел винтовки. Один гриб-великан завалился, и девушка взяла на прицел мелкого. Затаила дыхание и…

– Привет, Тоня… – раздался у девушки над ухом мужской голос.

Девушка дёрнулась, но ничего сделать не смогла. Зелёная вспышка и крепкий удар кулаком отправили её отдыхать.

– Надо было покров применять всё-таки… – хмыкнул парень.

Ярл схватил снайперскую винтовку и перевёл прицел на пулемётчицу, которая заметила неладное и уже повернулась со своим громоздким оружием в его сторону.

«Бах».

– Её родители были мутантами? – оценил внешние данные пулемётчицы Ярл.

Фома рассказал ему достаточно, чтобы никаких сомнений в том, что делать дальше, не оставалось. Да и он сам, хорошенько спрятавшись под огромными корнями дерева, услышал более чем достаточно для того, чтобы перестать видеть в противниках девушек и женщин. Наёмный убийца – он везде наёмный убийца. И сентиментальность тут ни к чему. Впрочем…

«Пожалуй, оставлю её в качестве языка», – подумал парень, смотря на вырубленного снайпера.

– А быть может, и её тоже… – улыбаясь и смотря на последнюю выжившую убийцу, полезшую на грибную полянку в поисках его тела, заявил Ярл. – Мечница, значит… Вроде даже симпатичная… Жаль, что стерва бессердечная.

Ярл откинул винтовку, выхватил меч и начал спускаться, напитывая оружие эфиром и разминая шею.

– Иди сюда, я и тебя разговорю… Моего клинка на всех, пришедших за моей жизнью, с запасом хватит!

– А это хорошо, что ты, Мирославушка, не пачкаешь копьё наше о всякую гадость человеческую. Для монстров оно создавалось. Их и стоит им убивать, – раздался за спиной парня знакомый ему старческий женский голос, и Ярл развернулся с выпученными глазами.

– Ты чего замер-то? – заговорил дед. – Иди давай, заканчивай свою дуэль. А позже и пообщаемся по-человечески. Говорил я тебе, старая, что почуял копьё своё и щит, а ты мне не верила!

Парень заторможенно кивнул и поспешил закончить дело.

– Лучше бы ты так чувствовал, в какой гостинице нас надурить попытаются, пень ты старый! Последний раз мы в санаторий, что ты выбрал, поехали!

– Ой, а то ты не знала, куда едем?! Да и посмотри, как повезло-то! Прямо рядом с изломом поселились! А так бы скучали, развлекаясь шоколадным обёртыванием…

– Пи?

Услышав заветное слово, Фома выпрыгнул из своего пространства, свесился с ветки дерева и стал наблюдать за странной парочкой стариков.

Глава 21

Ох, не было печали… Почти сутки смертной скуки прошли, и вот в один миг… убийцы пришли по мою душу. И убийцы обломались. Убийцы передохли почти все. Только две девахи остались. Одну связал, вторая проснулась. Вторую скрутил, первая заёрзала. И всё это под бухтение стариков и галдёж Фомы, который требовал поскорее отправить его на шоколадное обёртывание…

– Да не пищи ты! Дай лучше листик и ручку…

Я написал на бумажке записку, вручил её Фоме:

– Отнеси её Кену и Юле.

Само собой, хороший враг – мёртвый враг, но нам, прежде чем закончить это дело, надо выудить все тайны из наших несостоявшихся наёмниц, что сами себя по большей части и погубили… Ещё и грибы эти, будь они неладны…

Дуэль с лидером наёмниц выдалась знатная. Можно сказать, эталонная. Во мне аж кровь вскипела от жажды битвы, настолько хороша она оказалась. И я даже чуть не умер пару раз. Нет, риск был минимальный, я не идиот, но если бы я воевал не на полную, а как в академии, то, вполне вероятно, остался бы здесь лежать в воде или на травяной подстилке.

Девушка использовала саблю. Быструю и поющую, длинную и изогнутую, стремительную и крепкую, сделанную из изменённых материалов. Мы сошлись с ней в ближнем бою десяток раз, демонстрируя своё мастерство и не позволяя друг другу заполучить преимущество. Но я был воителем, я был магом. Мужчиной, в конце концов.

Она явно надеялась на свои навыки и технику. Но когда поняла, что мои боевые способности не уступают её собственным, то запаниковала и стала драться грязно. Наёмница, вооружившись короткими кинжалами, брызгала в меня водой и пыталась ударить мне в пах либо печень во время своих пируэтов.

В воде особо не попрыгаешь. Наёмница это знала и умело пользовалась этим. Только я был быстрее, мой удар – тяжелее, и я сам давил, порой избегая удара кинжалом в самый последний момент.

Изредка наши атаки касались защитных покровов друг друга, уменьшая их плотность. Она действительно была хороша, быстра и непредсказуема в своих выпадах. Она выкладывалась, пожалуй, на все двести процентов.

А затем случился конфуз, который вывел меня из себя и закончил нашу дуэль. Пулемётчица не померла, будучи полуживой, умудрилась вытащить пистолет и выстрелить мне в спину. Старик успел предупредить меня, но в тот момент я ничего не мог поделать, и пуля пробила слабый покров, впиваясь в моё тело.

Думая, что я повержен, моя противница ринулась в лобовую атаку из всех своих последних сил. Я остановил её: заблокировал руку и увёл вниз, но она всё-таки дотянулась кинжалом до моего лица, оставив кровавый порез от виска до подбородка.

– Сдохни, сучёныш! – радостно вопила она, а затем получила отрезвляющий удар лбом по носу, ломающий не только носовую перегородку, но и её надежды на победу.

Откинув эту дуру, повернулся к дуре-пулемётчице, чей пистолет после первого выстрела заклинило, и швырнул в неё огненный шар из эфира. Пламя охватило мускулистое тело – и тишина…

– Что?.. Как это возможно?.. – ошарашенно смотрела любительница сабли, как зарастает шрам на моём лице.

Хм. Если Кен это может, то и я могу, само собой. Да и повреждение пустяковое на самом деле…

Девушка воткнула саблю в корень давно погибшего дерева. Опираясь на оружие, она попыталась подняться, но я резким ударом ноги выбил саблю, и девушка поцеловала влажную землю.

– Эта дуэль закончена. А теперь будь хорошей сучкой и засни ненадолго, – холодно заявил я и врезал наёмнице так, что ей ещё долгое время будет нехорошо, если я решу, чтобы она пожила подольше.

И вот теперь, связывая их, я думал, как быть дальше. Пулемётчицу, вернее, её останки, – на грибную поляну. Со стариками поболтать, пленных допросить. Ну, и грибы ещё эти прикончить бы… Не нравятся они мне.

– Мирославушка, а ты тута какими судьбами-то? Чай, в столицу подался? – поинтересовалась бабушка Нина.

– Да, всё верно. Студентом академии стал. Извините,