Услышав голос Ван Тао, Жэнь Кай с удивлением осознал, что перед ним девушка. Удивленный, он повернулся, чтобы рассмотреть ее. Честно говоря, кроме тонкого голоса, в грязной и плохо развитой Ван Тао не было ничего женственного.

– Я ничего не знаю! Совсем ничего! – выкрикнула она.

Братец Хук затянулся сигаретой и выпустил дым:

– Позавчера на улице Цзинвэйлу у туриста украли телефон. Кто это сделал?

Ван Тао отвернулась к окну и буркнула:

– Не знаю.

Братец Хук швырнул окурок в окно, развернулся и со всей силы ударил Ван Тао по лицу. Девчонка шлепнулась на сиденье и забилась в истерике, отползая вглубь салона.

Громкий звук пощечины встряхнул Жэнь Кая, погруженного в свои мысли. Он машинально вскрикнул: «Эй!» – и схватил занесенную руку напарника. Братец Хук отшвырнул его, тыча пальцем в лицо Ван Тао:

– Кто это сделал?!

– Не знаю! Не знаю! – Худая как щепка Ван Тао сжалась в углу, ее глаза округлились от ужаса перед этим пальцем.

Братец Хук попытался ухватить ее за волосы, но она буквально прилипла к сиденью. После нескольких неудачных попыток он выругался, вылез из машины и с резким щелчком раскрыл полицейскую дубинку. Лицо Ван Тао побелело, она вцепилась в заблокированную ручку двери.

– Открой дверь! – Братец Хук ткнул пальцем в водительскую зону, приказывая Жэнь Каю.

– Не открывай! – завизжала Ван Тао, бросаясь вперед и хватая Жэнь Кая за плечи.

Тот отстранил руку Ван Тао, глубоко вдохнул и попытался говорить спокойно:

– Братец Хук…

– Открывай дверь!

Резкий тон не оставил пространства для возражений. Жэнь Кай с силой нажал кнопку. Братец Хук распахнул дверь и потянулся к Ван Тао. Не успел он коснуться девчонки, как та завопила:

– Братья Чэнь! Это они!

Рука замерла в воздухе.

– Кто еще?

– Еще… еще Толстяк.

Братец Хук выпрямился, убрал дубинку и бросил, не глядя:

– Вали отсюда.

Ван Тао выкатилась из машины и отбежала на безопасное расстояние:

– Только не говорите, что это я… Толстяк меня убьет…

Братец Хук хмыкнул, сел в машину и с грохотом захлопнул дверь. Но Ван Тао ухватилась за зеркало заднего вида:

– Братец, а деньги?

Братец Хук с каменным лицом завел мотор. Ван Тао, не ожидавшая такого, едва удержалась на ногах и тут же разразилась потоком ругательств. Когда машина отъехала, Жэнь Кай в зеркале видел, как ее тощая фигурка становилась все меньше в клубах пыли.

Только через километр он нарушил молчание:

– Кто она?

– Кто?

– Ван Тао.

– А… – Братец Хук рассеянно свернул на другую улицу. – Моя осведомительница.

Прошло еще несколько минут, прежде чем Жэнь Кай робко спросил:

– Но разве информаторам не положено платить?

Братец Хук бросил на него косой взгляд:

– Что, пожалел ее?

– Нет! – поспешно ответил Жэнь Кай. – Просто… может, не надо было так жестко? Она же еще совсем девчонка…

Братец Хук фыркнул:

– Девчонка? Она с десяти лет на улице. Нанесение телесных повреждений, кражи, мошенничество, вымогательство, содержание притона… Чего она только не делала! Один только я ловил ее семь раз.

Жэнь Кай округлил глаза:

– Не может быть!

– Не может? – Братец Хук резко затормозил. Жэнь Кай рванулся вперед, ремень врезался в грудь. – Взгляни на эту улицу.

Она ничем не отличалась от других трущоб: низкие дома, подозрительные личности, мусор под ногами, громкая музыка из динамиков.

– Наш участок – самое дно города. Все мошенники, проститутки, пьяницы и воры стекаются сюда. – Хук затянулся сигаретой. – Быть с ними вежливым? Здесь нет ни одного порядочного человека. Одно отребье! – Он повернулся к Жэнь Каю: – Будь твой отец чиновником, ты бы сейчас в кондиционированном кабинете сидел, а не возился тут в жару со всякими отбросами.

Жэнь Кай молча смотрел на орущих молодчиков с бритыми головами, столпившихся вокруг бильярдного стола. Братец Хук швырнул окурок и вдруг усмехнулся:

– Бегаешь ты шустро… Будешь Кроликом.

– Кроликом?

Жэнь Кай не успел опомниться, а напарник уже хватался за рацию:

– Всем слушать! Братья Чэнь и Толстяк – задержать при обнаружении!

* * *

Провинциальное управление полиции включило серийные убийства и изнасилования в список приоритетных дел, потребовав раскрыть их в месячный срок. Начальник участка вернулся с совещания хмурым и удвоил ночные патрули.

Вскоре весь отряд знал Жэнь Кая как Кролика – от командира до машинистки. Зато он узнал клички коллег: Обезьяна, Варкрафт, Мундштук… На фоне этих прозвищ Братец Хук звучало почти ласково.

Получить кличку в первый же день службы – было ли это достижением? Жэнь Кай не задумывался над этим. Младшему в отряде (по словам командира: «молодой да ранний») доставалось больше всего ночных патрулей. После смены он валился с ног, мечтая лишь о сне.

Будучи напарником Братца Хука, он сутки напролет путался у него под ногами. Странно, но тот почти не жаловался. Чаще всего лишь яростно курил, изучая каждого встречного. Жэнь Кай порой ловил себя на том, что всматривается в его лицо за дымовой завесой – что за демон подпитывает этого старого пса?

Жара не спадала. Зубная боль не утихала. Служба с Братцем Хуком не становилась легче. И новое преступление не заставило себя ждать…

* * *

На рассвете в переулке района Ваньхай нашли очередную жертву – одинокую женщину. Изнасилование, затем убийство. Почерк тот же.

Когда Жэнь Кай и Братец Хук прибыли на место преступления, уже светало. Коллеги уже оцепили территорию. Их задачей был опрос местных жителей.

Но Братец Хук не спешил. Он сидел в машине, наблюдая за работой криминалистов. В утреннем свете бледная рука жертвы казалась менее мертвенной. Хотя все понимали – эти руки больше никогда никого не обнимут и ни к кому не прикоснутся…

Наконец Братец Хук отшвырнул окурок и резко завел мотор.

Хотя было еще рано, полицейские уже опрашивали местных. Братец Хук достал телефон:

– Си-четыре, это Братец Хук. Скинь фото с места… Да, срочно.

После звонка он даже не думал начинать опрос, а увозил их все дальше.

– Братец Хук, куда мы едем? – не выдержал Жэнь Кай.

– Толку с этих опросов… Даже видевшие что-то ничего не расскажут.

Резкий поворот – и они выехали на широкую улицу.

– Это территория Бочки. Если что-то случилось – он должен знать.

Полицейская машина остановилась у автосервиса. Неоновый знак «Круглосуточная замена шин» еще горел, но грязный цех был пуст. Братец Хук глянул на второй этаж и крикнул:

– Бочка! Бочка!

После нескольких криков дверь на втором этаже оставалась закрытой. Братец Хук выругался под нос и пнул стоящий рядом «Ауди A4». Взвыла сигнализация – и в тот же миг дверь распахнулась. На пороге появилась запыхавшаяся дородная женщина с