с плеч Барти на неудобный, но зато твердый корень и нырнула внутрь. Только фыркнув.

Ей было неудобно перед Тильдой. И немного совестно… и еще она злилась, что Тильда такая… вот такая. А она, Ис… никто. Что она умеет, кроме как интриги крутить?.. Да ничего.

И сама в собственную ловушку попалась… Отирая щеки, Ис первой ступила в то, что должно было быть подземным лабиринтом. И ослепла после солнца. Хоть глаз выколи… И ледяной холод дышит прямо в легкие.

Тильда втянула на корень и окончательно побелевшего ниже пояса Барти. Пока он отряхивался, попыталась завязать разговор:

— Кто бы мог подумать, что однажды мы отправимся в общее путешествие, правда, Барти?

И заглянула в лабиринт. Наконец благословенный полумрак. Ей казалось, она ослепнет на этом солнце и снежном покрывале без конца и края. Ис застыла прямо у входа испуганной фигуркой, обхватывая себя за плечи.

— Точно не вы, госпожа Сваль, — сделал шаг внутрь и Барти, — когда издевались надо мной в первый день моей работы в канцелярии.

Тильда Сваль смущенно рассмеялась, прикрывая ладонью в шерстяной рукавице рот. При этом на мороз вылетело белое призрачное облачко пара.

— О, не попрекайте меня тем позором! — воскликнула она виновато. — Вы же сами знаете — любой, кто встречал Аврору, тут же слетал с катушек… Мне хотелось воспроизвести на нее впечатление радушной хозяйки, взять ее под защиту… И, казалось, что защищать ее придется и от вас… Я была такой самоуверенной тогда… Простите, Барти. Маяк на краю земли выбил из меня эту гордыню.

Барти покопался в поясе и чиркнул огнивом.

— Так я и знал! Не бойтесь, Тильда, все уже забыто.

Ис обернулась на спасительные свет и голоса и пораженно ахнула, когда он коснулся зажженным трутом стены и… вдоль той змеей побежал свет и тепло.

— Откуда? — прошептала она.

— Я надзирал за подземным лабиринтом в Буканбурге. Раз у них общие создатели… то и принцип освещения должен быть общий.

Барти тронул вторую стену, и чудо повторилось. Теплое пламя подарило ощущение уюта. Оно бежало по выдолбленным в камне желобкам. Ис принюхалась: странный запах…

— Медвежий жир, — прокомментировала Тиль. И улыбнулась сестре, а на ее маске и в блеске глаз переливались отблески оранжевого огня, и она казалась вовсе неземным существом. — Еще будет много сюрпризов, Ис. Привыкай.

Ис поджала губы и дернула носом.

— Мне тоже однажды это было в новинку.

— Закроем дверь, — вернулся Барти ко входу.

Верно. Все же, лабиринты тайные. Ис глубоко вдохнула, кривясь от запашка медведей, собралась с духом и зашагала вперед. Привыкать она должна. Да тут вообще… ничего необычного, ничего сверхъестественного. Так… пещера. Подумаешь, жир горит в стенных желобах. Подумаешь… Тиль по воздуху летает.

Барти тем временем поравнялся с изучавшей стены Тильдой.

— Идемте?.. А вот насчет катушек вы правы. Некоторые слетели далеко и навсегда…

Он очень скучал по Фаррелу Вайду. Ведь Фаррел Вайд был примером настоящего дознавателя, а он… что, он просто взлетел наверх раньше времени. Ис это постоянно разочаровывало. Да и сам он не был в восторге. До сих пор так и не нашел ответ, зачем экс-королю забирать трон у дочери... Ничто не указывает на то, чтобы Тириан Басс стремился к трону. К влиянию — да, но не к трону. Или в Стольном такие вещи делаются иначе, чем в Буканбурге?..

— Это верно… — эхом отозвалась Тиль.

И Ис по этому поводу так и рвет себе сердце… Блэквинг неожиданно спросил, шепотом, краснея по самые уши, прикрытые соломенного цвета вихрами:

— Мне кажется… возможно, вы, как ее старшая сестра, знаете… Ее императорское величество… — Барти стал пунцовым, но дошел до конца, — была влюблена в его светлость Вайда?..

Почему-то ему услышать ответ от кого-то, ответ, который он давно хорошо знал… было важно.

Тильда пожала плечами и отозвалась охотно, тоже шепотом:

— Он был нам как брат, знаете… Мы обе его любили.

— Но у вас есть муж.

— А у нее его нет.

Вероятно, здесь скрывался какой-то важный ответ, но Барти не понял, какой. А Тильда Сваль тем временем перешла на светский разговор:

— Как вам ваша должность?

— Трудно, — буканбуржец сконфузился, но даже Чудесный Источник не научил его врать, — я бы все отдал ради Ис, но этого будто недостаточно и я вечно попадаю впросак… — замялся, а потом почесал затылок с нервным смешком: — Хорошо, хоть служба научила этикету, чтобы изящно выкручиваться.

— Этикет — так себе вещь, — охотно поддержала сетования собеседника Тильда. — Терпеть его не могу, хотя некоторые постулаты вросли в подсознание, и до определенного времени я и не догадывалась, как… Но вы будьте уверены, Барти — она видит и ценит вашу верность.

Хотелось бы верить… Барти вздохнул. Еще поворот. И силуэт Исмеи с колышущейся короткой юбкой колоколом, и гулкий стук ее каблучков по древнему камню… Такая гордая, хрупкая, независимая, сильная.

— Барти, пока наша вредная малышка Ис дуется… как по-вашему, это действительно заговор? Вы составили какое-то мнение обо всей этой истории со сватовством?

— Она говорила мне о своих подозрениях… Но я до сих пор не нашел подтверждений ни за, ни против. Возможно, я плохо искал… — от того Ис еще пуще злится. — Но, по-моему, посадить на престол бывшего мятежника это все же слишком!.. — Барти спохватился и закашлялся. — Ох, простите, я забыл, что он ваш муж.

— Барти — очаровательный простачок, правда?

Ис выскочила из-за поворота. Сейчас она вовсе не была похожа на императрицу. Всего на пакостную озорную девчонку. У Барти сердце затопило какой-то неизвестного происхождения теплотой.

Исмея ткнула в сестру пальцем обличающе:

— И не смей называть меня малышкой Ис, Тильда!

— Все называют, а мне нельзя? Как раз у меня есть на то право…

— Ладно, хватит уже фамильярностей… — отрезала Ис. — Смотрите, это значит, что мы пришли, да?

И она ткнула пальцем вниз.

Глава 8. О припадке друида, тоннеле Басса Первого и появлении нового члена экспедиции

Третье балатана. Подземные лабиринты Черного Тополя.

Огонь по стенам сбегал вниз, в широкую залу и «впадал» в круглую большую чашу вроде жаровни. В пещере не было ничего, кроме множества наскальных узоров на неровных, полных теней сводах, и… Исмея никогда не видела ничего подобного: