Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Вампир толкнул меня в спину. Неуклюже расставив руки, плюхнулась на четвереньки.
— Кровь как кровь, немного горчит, — пренебрежительно заметил вампир. — Не мой букет.
Выходит, мерзавец прокусил мне кожу! Ну да, вот откуда боль, холодок…
Плюхнувшись на пятую точку, коснулась шеи — на ощупь крошечная царапина.
— Доброй ночи, миледи! — с издевательской вежливостью откланялся вампир.
Дверь за ним закрылась неслышно. Ключ в замке не повернулся: жертва достаточно напугана для того, чтобы не сбежать.
Однако сидеть на полу и бездействовать я не собиралась. Первым делом подошла к окну, проверила, на месте ли еще Элеф. Ага, один. Но даже если Камилла ждет его в кроватки, потерпит.
Примерно прикинула, где находятся его покои, отыскала халат и решительно направилась к двери. Царапина чесалась, но я старалась о ней не думать. Если вдруг стану вампиром, это даже хорошо, смогу на равных бороться с противником.
— Не велено! — покачал головой заступивший мне дорогу стражник.
Но бороться с разъяренной женщиной — все равно, что плевать против ветра.
— Отведите меня к дяде Лорда, Элефу. Немедленно!
Чтобы добавить себе властности, топнула ногой. Вампир не пошевелился, и я оттолкнула его, на ходу завязывая пояс халата, направилась, надеюсь, в нужную сторону. Странно, меня не пытались остановить. Или это провокация? Хотели подловить на встрече с сообщником, а после застать с ножом у постели раненого Лорда?
— Я провожу вас, миледи, — сжалился наконец один из стражников, совсем молоденький.
Он в два прыжка нагнал меня и заботливо развернул на сто восемьдесят градусов:
— Вам туда.
— Накажут же! — с осуждением покачал головой напарник.
В глазах отчетливо читалось: «Пошел на поводу у красивой бабы!»
— Лучше выговор от старшего офицера, чем от высокого лорда. Пусть тиун сам с ней разбирается.
— Мое дело — предупредить, — засопел вампир. — Если служанка замешена, то и госпожа…
Сорвалась:
— Ни в чем я не замешана! Присси тоже не виновата. И, вообще, я желаю Лорду долгих лет жизни.
Не поверили. Я бы тоже не поверила.
Шла за молоденьким вампиром и гадала, не заманили ли меня в ловушку. Стража, она на то и стража, чтобы охранят и никуда не выпускать. А тут поскандалила немного — и иди на все четыре стороны. Но жизнь Присси стоила того, чтобы рискнуть. Представляю, каким образом ее станут допрашивать!
Идти пришлось долго, сама бы я точно заплутала в лабиринте лестниц и переходов.
— Покои милорда.
Провожатый почтительно указал на оформленную деревянным порталом дверь. Какой контраст с комнатами Лорда! Это как… модерн и готика. Впрочем, Элеф старше царственного племянника, логично, что им нравятся разные вещи.
— Я вынужден вас оставить, миледи. — Вампир попятился в темноту, за пределы полукруга света от настенного светильника. — Мне нельзя надолго покидать пост.
А мне, в свою очередь, нужно побыстрее войти, чтобы не сцапал патруль. Не докажешь потом, что явилась не с преступными целями.
Постучалась. Сначала тихо, потом громче.
От напряжения кожа наэлектризовалась, я ощущала малейшее дуновение воздуха.
Откроет или нет?
Паника усилилась, когда я увидела в конце коридора патруль. Разумеется, меня заметили. Еще мгновение, и я очутилась бы в цепких руках правосудия, но пока ограничилась руками Элефа. Он втолкнул меня внутрь, закрыл дверь и без свидетелей перебросился парой слов со стражей в коридоре. Я же, как кукла, стояла, где поставили. Заготовленный пламенный монолог выветрился из головы. Трусливо подумывала вернуться обратно, но поздно, Элеф вновь возник в поле моего зрения.
— Не ожидал! — Сложив руки на груди, он подпер спиной дверь. — Крайне неосмотрительно для чужой невесты!
— Что же тут неосмотрительного? — От волнения перешла на черный юмор. — Максимум бы на корм пустили.
— А как же девичья честь? — поднял брови Элеф.
Не спорю, обстановка располагала: полумрак, полуобнаженный вампир. Не хватало только звука льющейся воды или гостеприимно расстеленной постели, но, по счастью, общались мы то ли в прихожей, то ли в приемной — квадратной комнате с двумя креслами, низким столиком между ними и кадкой с неким растением в углу. Вместо картин, я даже не удивилась, развешано макраме — дядя почтил племянника по полной. А вот тканевые обои в цветочек изрядно удивили. Не того ожидаешь за готической дверью. И вообще все слишком светлое, позитивное. Интересно, а как обставлена спальня? Подумала и мысленно надавала себе по ушам. Какая спальня, Лена, о душе подумай. Точнее, о Присси. Бедняжку сейчас пытают, а ты глупым фантазиям предаешься.
Элеф пристально смотрел на меня с легкой хитринкой во взгляде. Только сейчас обратила внимание на то, что его глаза едва заметно светились в темноте, как у кошки. Как и положено, красным — хотя бы здесь все по канону.
— Давайте честно, — припомнила, о чем он спрашивал, и дала запоздалый ответ, — я вас не интересую. После признания и подавно.
— Спорное утверждение! Я понятия не имею о ваших настоящих внешних качествах.
Он обошел вокруг меня, словно оценивая.
Закатила глаза:
— Милорд, пусть я и перечитала уйму любовных романов, отделять правду от вымысла умею. Вы сами сказали, что в деле взаимного интереса важны деньги. У меня их нет.
— Зато у меня имеются.
Тихонько застонала. Как бы ему объяснить и перейти к делу?
— Рада за вас, милорд. Надеюсь, их станет еще больше, но меня они не интересуют.
— Врете! — безапелляционно заявил Элеф и опустился в одно из кресел. Мне сесть не предложил: так удобнее рассматривать. Не интересую, а с ног до головы внимательно изучает, в краску вгоняет. — Людей всегда интересуют деньги.
— В разной степени. Скажем так, чужие меня не волнуют от слова «совсем».
Элеф пожал плечами и по-кошачьи потянулся, продемонстрировав гибкость мышц.
— Ну, и зачем вы пришли? Я крайне заинтригован: женщина в пеньюаре без всякого любовного и даже корыстного интереса…
Кстати о любовницах:
— Надеюсь, я вам не помешала?
Повертела головой: не выглянула ли на шум голосов Камилла? Но то ли она уже ушла, то ли тихонечко дожидалась Элефа в спальне.
— Нет. Вампиры ложатся поздно. Так какое у вас ко мне дело? Вряд ли вы рискнули прийти сюда ради того, чтобы справиться о здоровье Лорда. Как только уломали стражу! Сегодня же лишу караульных трети порции