подмигнул Дэн и подвинул ей доску с овощами. — Нарежь помидоры, а то я рискую забыть, что вообще хотел готовить.

— Не думаю, что тебя можно так легко сбить, — заметила Лина, принимаясь за овощи.

— А ты проверь, — предложил Дэн с той самой ухмылкой, от которой Лу обычно закатывала глаза.

Наконец это надоело Стефану. Он захлопнул книжицу, которую читал, и громко спросил:

— Как ваш поход на гору, что видели?

— Лу нашла скелеты! — прежде, чем та успела бы открыть рот, громко возвестил Дэн, мгновенно переключаясь с флирта на дело.

— О, в самом деле? — Лина посмотрела на нее с усмешкой.

— А Дэн закадрил сорокалетнюю мадам! — не осталась в долгу Лу.

Лина, уже откровенно смеясь, повернулась к Дэну и повторила вопрос:

— В самом деле?

— И все равно она моложе, чем скелеты Лу, — подмигнул Дэн, переворачивая рыбу.

— Что за мадам? — поинтересовалась Лина, и в ее голосе звучала лишь насмешка.

— Хозяйка того дома, который построили на месте дома Циани.

Дэн во всех деталях поведал о том, как они ходили на гору. Не упустил ничего: ни как Лу испугалась ящерицы, ни как провалилась к скелетам. Лу было нечем крыть, поскольку Дэн вел себя как прожженный исследователь, но она пообещала себе непременно на чем-нибудь его подловить. Даже представила на секунду, как его рыба сгорает на огне и они все остаются без ужина. Да, есть одни помидоры не хотелось, но это был бы такой повод до смерти ему вспоминать, как он, профессиональный повар, оставил их без ужина на Крите! Это, пожалуй, было бы похлеще истории с известным зоологом, накормившим всю команду на необитаемом острове ядовитыми лягушками. Лу тогда была совсем мала, но смотреть телевизор было одним из ее любимых развлечений в детстве. Однако Дэн успевал не только языком молоть, но и за рыбой приглядывать, и повода для насмешек так и не дал.

К тому моменту, как он закончил рассказ, рыба запеклась, а Лина успела приготовить салат. В четыре руки они быстро накрыли на стол, и Дэн громко объявил:

— Инвалиды, кушать подано! Садитесь жрать, пожалуйста!

Лу с еще большей силой захотелось огреть его чем-нибудь, а вот Стефан просто пожал плечами:

— Мой дед всегда говорил, что каждый должен заниматься своим делом: архитекторы — чертить схемы, строители — строить дома по этим схемам.

— А я, выходит, кто? — ухмыльнулся Дэн. — Универсальный солдат?

— Нет. Ты повар, который слишком много говорит.

Лина прыснула со смеху, прикрывая рот ладонью.

— Один — ноль в пользу историка, — заметила Лу.

Дэн бросил на нее уничтожающий взгляд.

— Посмотрим, как вы запоете после того, как попробуете мою рыбу.

Рыба оказалась выше всяких похвал. Лу, последний раз евшая еще утром, готова была проглотить ее вместе с тарелкой и всеми силами старалась есть как можно медленнее, иначе Дэн обязательно бы это заметил и не удержался от шуток.

— Так, ну поскольку меня уже обвинили в болтовне, — сказал он после того, как все утолили первый голод, — выкладывайте теперь вы, что узнали сегодня, что умного в книгах прочли, — последнее он произнес с особым выражением.

— Опросы местных на самом деле дали немного, — признался Стефан. — Все-таки Циани жили здесь четыреста лет назад. Если бы хотя бы сто, люди помнили бы их из рассказов своих бабушек-дедушек, но четыреста — это слишком большой срок. Поэтому в основном нам рассказывали легенды о несметных сокровищах и призраках.

— Оу, значит, призраки там все-таки есть? — перебил Дэн, изображая страх и при этом хитро косясь на Лу. Та лишь раздраженно выдохнула.

— Этого нам пока неизвестно, — с абсолютной серьезностью произнес Стефан. — Однако один из местных старичков дал мне книгу, которую еще в пятидесятых написала его сестра. Как я понял, она тоже была историком, изучала как раз местные богатые семьи прошлых веков. К сожалению, погибла слишком рано, а то наверняка информации было бы больше, но как есть.

— И что там, в этой книге? — поинтересовалась Лу.

— Честно признаться, я прочитал еще не все. — Было видно, что признание далось Стефану с трудом. Как же, книжка не такая и толстая, а читает он ее уже полдня!

— А что так? — не упустил случая Дэн. — Архитектор разучился чертить схемы?

— Один — один, — заметила Лу.

— Книга на греческом, — напомнил Стефан. — А я не настолько хорошо знаю этот язык, чтобы читать быстро и все понимать. Приходится сверяться со словарем.

— Это тебе не надписи на церкви четырнадцатого века в туристическом центре читать, да? — продолжал хохмить Дэн. — Кстати, хочешь открою тебе тайну? Можно в телефон поставить такое приложение: наводишь камеру на текст, и оно тебе все переводит.

— Не советую тебе пользоваться такими приложениями, — ответил Стефан. — Иногда они переводят полную ерунду. Будешь ими пользоваться — добавишь нечаянно в рыбу вместо тимьяна мышьяк.

— Два — один? — хихикнула Лина, подмигнув Лу.

— Мы тут что, в пинг-понг играем? — возмутился Дэн.

— Не мы, а вы, — пожала плечами Лу.

— Ладно, давайте к делу, — уже серьезнее предложила Лина.

— В общем, я пока прочел именно тот раздел, где написано о Циани, но еще не до конца. Циани поселились на острове где-то в конце пятнадцатого века, — начал Стефан, откинувшись на спинку стула и приняв вид лектора. — Род был довольно старый, итальянского происхождения. По документам, они вели дела еще в Генуе и Венеции. Здесь же, на острове, купили земли и построили имение с обширными виноградниками.

— С виноградниками? — переспросила Лина. — Я думала, они больше по оливкам.

— Так написано в книге, — пояснил Стефан. — Вино было их главным источником дохода, оливковые рощи пришли чуть позже. Еще были мастерские. Кажется, ткацкие. И, разумеется, дома на материке — в Афинах, в Салониках. Видимо, семья была весьма состоятельной.

— А зачем им хоронить себя на острове? — спросила Лу. — Если такие богатые, могли бы и жить в Афинах.

— Ну, во-первых, это было модно. Все уважающие себя роды имели виллы подальше от суеты. А во-вторых… — Стефан сделал паузу, будто нарочно нагнетая любопытство. — Похоже, кто-то из них в свое время влип в неприятности. Я пока не понял, какие именно: то ли политические, то ли семейные дрязги. Но факт остается фактом: именно после тех событий они перебрались сюда почти всей веткой рода. Впрочем, как я уже говорил, в то время Крит был венецианской колонией, здесь было много венецианцев. Детей часто отправляли на материк учиться, но затем некоторые, особенно сыновья, возвращались сюда вести семейные дела.

— Так, понятно, ты прочитал кучу ненужной фигни, а что про нашу Кьяру? — поинтересовался Дэн.

— О