— Тогда первый вопрос, — сказала я. — Где ключ от сундука?

— У Даррена. На шее. Он никогда не снимает его.

— Даже ночью?

— Даже ночью.

— А где стоит сундук?

— В его комнате. Рядом с кроватью.

Я задумалась. Выкрасть ключ у спящего Даррена? Это было опасно. Даже слишком опасно. Но другого способа узнать, что внутри артефакта, не было.

— Мне нужно подумать, — сказала я. — И поговорить с Ашером.

— Будьте осторожны, — Грегор шагнул к двери, но остановился. — Даррен не глупец. Он знает, что вы будете защищаться. И он готов к этому.

— Я тоже готовлюсь, — сказала я.

Грегор кивнул и вышел. Шишкогрыз спрыгнул с подоконника и подбежал ко мне.

— Что думаешь? — спросила я.

Шишкогрыз постучал лапкой по столу. Сначала один раз — «ключ». Потом два раза — «Даррен». Потом провёл лапкой по горлу — «опасно».

— Знаю, что опасно. Но нам нужно знать, что в сундуке.

Шишкогрыз задумался. Потом вдруг оживился и начал новую пантомиму: он изобразил спящего человека (закрыл глаза, сложил лапки под щёку), потом белку, которая крадётся (на цыпочках, смешно пригибаясь), потом белку, которая что-то тянет с шеи спящего (очень осторожно, двумя лапками), и наконец белку, которая торжествующе держит добычу.

— Ты хочешь, чтобы твои белки выкрали ключ?

Шишкогрыз покачал головой. Потом показал на себя. Потом на меня. Потом на ключ.

— Ты хочешь, чтобы мы выкрали ключ? Ты и я?

Кивок.

— Ночью?

Кивок.

— Сегодня?

Шишкогрыз поднял лапку и постучал по столу. Семь раз. Потом убрал один палец и постучал шесть раз.

— У нас есть неделя, но ты хочешь сделать это как можно раньше. Чтобы иметь запас времени.

Кивок.

— Ладно. Сегодня ночью. Ты, я и... может быть, Ашер?

Шишкогрыз фыркнул и покачал головой. Потом изобразил Ашера: расправил плечи, сделал важное лицо, потом показал, как Ашер спотыкается и роняет доспехи.

— Ты считаешь, Ашер слишком шумный?

Кивок. Потом Шишкогрыз изобразил дракона, который чихает, и махнул лапкой, мол, только всё испортит.

— Ладно. Только ты и я. Как в старые добрые времена.

Шишкогрыз фыркнул. «Старые добрые времена» — это было неделю назад. Но для нас обоих это действительно был целый срок.

*****

За завтраком я старалась вести себя как обычно. Мелисса сидела напротив, элегантная и холодная, и расспрашивала Ашера о том, как идут дела на острове. Даррен жевал хлеб и бросал на меня оценивающие взгляды, ему явно не терпелось продолжить вчерашний допрос. Сэр Грегор, как всегда, молчал. Магистр Корвин записывал.

— Как вам спалось? — спросила Мелисса.

— Прекрасно, — ответила я. — В Сквозняковом Пределе очень свежий воздух. Способствует крепкому сну.

— Правда? А мне показалось, что ночью или ближе к рассвету кто-то ходил по коридору. Шаги. Около шести утра.

Я внутренне напряглась, но улыбка не дрогнула.

— Это, наверное, Финнеган. Он призрак и иногда бродит по ночам. Привычка, оставшаяся с жизни.

— Призрак, который ходит? — Даррен усмехнулся. — У вас тут весело.

— Очень весело, — подтвердила я. — Вот вчера, например, один из сквозняков пытался стащить мою расчёску. Пришлось с ним договариваться.

— И как? Договорились?

— Да. Он получил извинения, я получила расчёску. Взаимовыгодное соглашение.

Мелисса улыбнулась, на этот раз, кажется, искренне.

— С вами не соскучишься, Эйра.

— Я стараюсь.

После завтрака Даррен снова увёл Ашера, на этот раз на прогулку по лесу. Мелисса осталась со мной, но к счастью, её внимание отвлёк магистр Корвин, которому срочно понадобилось обсудить какие-то формальности. Я воспользовалась моментом и улизнула.

Шишкогрыз ждал меня в библиотеке. Он уже разложил на столе «план операции», несколько ореховых скорлупок, изображавших, видимо, ключевые точки. Скорлупка побольше — комната Даррена. Скорлупка поменьше — сундук. Крошечная скорлупка — ключ. И отдельно — половинка грецкого ореха, которая, судя по всему, изображала самого Шишкогрыза.

— Ты серьёзно нарисовал план скорлупками?

Шишкогрыз кивнул с выражением «а что, хороший план».

— Ладно. Рассказывай.

Шишкогрыз начал пантомиму. Первое: мы ждём, пока все уснут. Второе: белки-шпионы проверяют коридоры. Третье: мы проникаем в комнату Даррена. Четвёртое: я стою на стрёме, Шишкогрыз крадёт ключ. Пятое: мы открываем сундук, смотрим, что внутри, закрываем обратно, возвращаем ключ. Шестое: никто ничего не замечает.

— Звучит как идеальный план, — сказала я. — А идеальные планы всегда проваливаются.

Шишкогрыз пожал плечами. Его взгляд говорил: «У тебя есть вариант получше?»

Варианта получше у меня не было.

*****

День тянулся медленно. Мы с Ашером пообедали с гостями (Даррен расспрашивал про то, как я управляюсь с хозяйством; я отвечала, что у меня есть тайное оружие — белки; Мелисса смеялась, но как-то слишком внимательно смотрела на Шишкогрыза). Потом была прогулка по острову, все вместе, под руку, как полагается идеальной паре. Ашер держал меня за локоть, я улыбалась, сквозняки дули нам в спину, как будто подгоняли.

Вечером, когда гости разошлись по комнатам, я нашла Ашера в библиотеке. Он сидел в кресле, задумчиво глядя в камин.

— У меня есть новости, — сказала я и рассказала ему всё: о разговоре с Грегором, о плане Шишкогрыза, о ночной операции.

Ашер слушал молча. Когда я закончила, он долго смотрел на огонь.

— Это опасно, — сказал он.

— Знаю.

— Если Даррен проснётся и застанет вас...

— Не застанет. У нас есть белки-шпионы. И Шишкогрыз лучший вор в этом замке. Он воровал мои вещи, помните?

— Помню. — уголок его рта дёрнулся в намёке на улыбку. — Но я не хочу, чтобы вы рисковали.

— Я уже рискую, — я села рядом и взяла его за руку. — Каждый день. Каждую минуту, пока Даррен и Мелисса здесь. Если мы узнаем, что это за артефакт, мы сможем подготовиться. А если нет, будем играть вслепую.

Ашер перевернул ладонь и переплёл свои пальцы с моими. Когти были убраны.

— Тогда я пойду с вами, — сказал он.

— Шишкогрыз считает, что вы слишком шумный.

— Шишкогрыз — белка.

— Шишкогрыз — главнокомандующий беличьей армией, хранитель древнего договора и единоличный правитель ореховых запасов. И он считает, что вы чихаете слишком громко.

Ашер помолчал.

— Один раз. Я чихнул громко один раз.

— И перебудили весь замок.

— Это было двести лет назад!

— Белки помнят.

Ашер вздохнул. Потом посмотрел на меня, и