направленных на него взглядах. Однако лишь улыбнулся, поддавшись внезапному порыву: нет, он не собирался подчиняться их армейским уставным правилам. Если они сошли с ума, то Дармин считал себя ещё в некотором смысле вменяемым.

Выйдя из палатки, заглотал ночной холодный воздух. Да, он выполнит поручение Раста. А потом достанет карту и пойдёт искать второй бункер. Стоило как можно скорее узнать, что же за заклинание спрятал там его отец до того, как его память превратилась в пепел.

Глава 10

Но всё-таки, даже убедившись, что сам Раст ничего не помнит, Дармин не мог не попробовать достучаться до брата. А потому дождался у штаба, пока не закончится совет и Хараш не выйдет из палатки.

— Хараш, — позвал Дармин, едва завидев старшего.

Серая махина развернулась, на мужчину посмотрели чёрные глаза, лишённые всякого выражения.

— Я понимаю, что ты не видишь в этом необходимости, но хоть попытайся, попробуй хоть что-нибудь вспомнить обо мне, о матери, — младший глядел на брата почти с мольбой. Схватил бы, встряхнул, чтобы вытрясти из-под этой каменной кожи самую родную сущность на земле, но разница в габаритах уже не позволяла этого сделать.

— У меня нет воспоминаний о семье, — безразлично прогудел Хараш и двинулся дальше.

— Да что у тебя вообще есть⁈ — вспылил доведённый сегодняшним днём до ручки Дармин.

— У меня есть цель. Как и у всех здесь. Прекращай заниматься тем, чего тебе не приказывали, — Хараш, не оборачиваясь, поднял полог своей палатки, находящийся рядом со штабом, и скрылся внутри.

— Вот зорг песчаный! — только и смог бросить ему вслед мужчина, с досадой сплюнув на землю.

Вдруг за спиной раздался знакомый бас Раста:

— Дармин, зайди.

У мужчины глаз дёрнулся, но ничего не поделаешь, пришлось подчиниться и вернуться в штабную палатку. Там уже никого из посторонних не было. Сам Раст сидел на расположенном у тканевой стены спальнике. Взгляд чёрных глаз цепко следил за вошедшим.

— Что с количеством провианта?

— Хватит на месяцев девять, если не экономить, — честно ответил Дармин. — Но я бы посоветовал немного урезать дневную норму, потому как пока что не знаю, как скоро смогу не то что наладить поставки, а вообще выйти за пределы защитного купола. Там везде пепел, дышать невозможно, а под заклинанием много не пройдёшь.

— Не экономь, питание и лечение должно быть в полной мере, — качнул головой Раст. — Этого времени хватит. Свободен.

Не став возражать, мужчина вышел на улицу, покачал головой: времени хватит на что? И почему бы немного не поэкономить, он же не предлагал войску голодать. Но нет же, упрямый старик себе на уме.

Дармин обвёл осоловелым взглядом лагерь, понимая, что пора возвращаться к себе. Кое-как добрёл, на одном упрямстве, потому что сил просто не осталось. Упал животом на спальник, остро желая не просыпаться завтра. Или чтобы это всё оказалось просто страшным сном, а завтра Хараш с нормальными глазами и цветом кожи разбудит его утром. Пусть хоть ведро воды на него выльет, Дармин даже не станет ругаться. Только обнимет брата, вот он удивится такой реакции…

Но такому случиться было не суждено. Через пять часов Дармина буквально подкинуло на спальнике от пробравшего до нутра голоса, раздавшегося в голове:

— ПОДЪЁМ!

— Раст, да чтоб тебе гореть и плавиться! — выпалил мужчина, со стоном переворачиваясь на спину.

Голова гудела, кожа болела и чесалась. Проведя рукой по покрытому испариной лбу Дармин понял, что у него жар: всё-таки такая площадь плохо обработанных ожогов давала о себе знать.

Чувствуя себя разбитым на множество осколков, мужчина с трудом поднялся, плеснул в лицо воды из тазика, стоявшего рядом, и поплёлся наружу.

Как раз успел застать взлетающее воинство. Поморщился от дрожащей нити связи между собой и открывшимся порталом: всё-таки быть якорем для портальной магии — это неприятно.

Когда лагерь опустел, Дармин побрёл к палатке, которую отвели под лазарет. Там было тихо, раненные, которых оказалось пятеро, тихо спали, свернувшись на спальниках. Дармин невольно присмотрелся к их не скрытым одеждой бинтам и с удивлением отметил, что кровь у этих существ тоже чёрная. То есть цветовые изменения коснулись не только кожи, но и внутренностей.

— Раст сказал обращаться к тебе, если нам что-то надо, — раздался позади него низкий вибрирующий голос.

Вздрогнув, Дармин обернулся, поминая зоргов. Ну никак он не ожидал, что при таких габаритах передвигаться эти существа будут настолько бесшумно и быстро.

— Пошли, я покажу, где всё располагается. Дальше будете сами брать необходимое, иначе я сутками только и буду бегать и выполнять ваши заказы, — спросонья хриплым голосом ответил Дармин.

Но развернулся слишком резко, в глазах поплыло, мужчина покачнулся. Но упасть ему не дали, тёмные руки подхватили, довели до ближайшего свободного спальника.

— Пусти, — попытался встать Дармин, но его настойчиво удержали.

— Сиди, я посмотрю ранения, — когда воин понял, что возражать мужчина не торопится, отошёл к столу с настойками и бинтами.

Дармину и хотелось бы возразить, потребовать, чтобы к нему не прикасались, словно само касание могло «заразить» его это странной магией, которая превратила людей в… это. Но он прекрасно понимал, что помощь ему нужна, сам он не справится, не та специализация. А ему ещё идти искать отцовский бункер… Поэтому решил понаблюдать за воином сквозь полуопущенные веки. Тот быстро подобрал несколько составов, взял бинты и вернулся к Дармину.

— Раздевайся, — скомандовал воин.

— Имя-то у тебя есть? Хоть знать, перед кем обнажаюсь, — с некоторой обреченностью проговорил Дармин, стаскивая одежду. Шутка была сильно так себе, но изощряться не тянуло, мужчина уже понял, что все в этой армии остались не только без памяти, но и без чувства юмора, поэтому нёс всякую чушь скорее для себя.

— Салах.

Если Дармин и ждал хоть какого-то продолжения или подробностей, то не дождался. Щёлкнул зубами, сдерживая крик, когда пришлось отрывать присохшую к ранам ткань. Но справился, оглянулся на травника.

Воин быстро окинул взглядом фронт работ и молча принялся за лечение. От Дармина требовалось только подчиняться скупым командам о смене позы.

— Завтра придёшь на перевязку, — только и проговорил Салах, смывая с рук остатки мази.

— Спасибо, — Дармин оделся, чувствуя себя гораздо лучше, а потому благодарность была вполне искренней.

Но в ответ не получил даже кивка, поэтому мельком скривился и поторопился