Виктор вдруг почувствовал, что его тошнит. Не в переносном смысле, в буквальном. И мгновенно вспомнил байки из детства: одно время сюда, в овраг, сливала некондицию контора, занимавшаяся производством пищевой сыворотки. Контору прикрыли, но дерьмо из болота никуда не делось. Только настоялось с годами...

Виктор почувствовал, что близок к тому, чтобы завыть от злости. Звонить Штольцу, видимо, всё же придётся — если он не хочет провести ближайшие дни на больничной койке, ежечасно сдавая анализы и пригоршнями глотая лекарства. Из карантина его выпустят, дай бог, через неделю... А тут ещё и ступню левой ноги пронзило болью. Кажется, при попытках высвободиться напоролся на какую-то дрянь. Только этого не хватало!

Если бы монолог, которым разразился Виктор, услышала Лючия, впала бы в профессиональную депрессию. Она столько времени потратила на исцеление подопечного от наследий трудного детства! Уверяла Виктора, что прежние слова исчезли из его лексикона навсегда. Хотя, конечно, Лючии не доводилось бывать в Милке... Ко всему прочему добавилось вдруг липкое ощущение, что за ним наблюдают. Виктор отчаянно завертел головой.

Кто?!

Глава 13

Локация: Нейтрал, Юго-Западный сектор.

Взорванный мост

— Святые Стражи, как же ты кричишь! — Виктор услышал взволнованный голосок раньше, чем увидел его обладательницу. — Это ужас какой-то.

На краю бетонированного склона появилась София.

— Ты как сюда попала? — прохрипел Виктор. Совершенно не то, что в его положении следовало бы сказать.

— Как обычно, — девушка дёрнула плечом. — Прошла через складские территории... А что ты делаешь в этой грязи? Почему не вылезаешь?

— Купаюсь, — не сдержался Виктор. — Нравится тут сидеть, каждый день прихожу.

— О... — София, кажется, смутилась. — Не ожидала, прости. Считай, что я уже ушла, — и действительно развернулась, собираясь уходить. Видимо, приняла его сарказм за чистую монету. Какое-то потрясающе наивное существо.

— Стой! — Виктор не думал, что произнести это будет так сложно. — Я... не могу выбраться. Мне нужна помощь.

— О... — повторила София. Всплеснула руками. — Так что же ты молчишь?! Сейчас спущусь.

— Да погоди ты! Во мне восемьдесят кило, тебе не вытащить. Поищи лучше металлический прут, тут среди мусора арматура попадается.

Через десять минут Виктор, затолкав в расщелину бетона принесённую Софией арматурину, сумел, ухватившись за неё, вытолкнуть себя из воды. Взобрался на злополучный камень.

Еще через десять минут он отжимал на берегу скинутые футболку и рубашку. Первые капли дождя упали, когда взялся за ремень джинсов. София деликатно отвернулась. Скоро с неба уже лило, как из ведра.

— Тебе не кажется, — перекрикивая шум дождя, окликнула стоящая спиной к Виктору София, — что выжимать одежду нет смысла?

Она развернула над головой зонт — из тех, что в Грине считались одноразовыми и раздавались социальными службами бесплатно. В семье Софии зонтик жил, должно быть, не первый десяток лет.

— Возможно, — согласился Виктор.

София обернулась. Виктор сидел на краю бетонной плиты, закинув ступню левой ноги на колено правой. Он прилагал все усилия к тому, чтобы не начать материться снова. Пропоротая неизвестно чем ступня кровоточила.

— Святые стражи! — ахнула София. — А у меня даже нет с собой ничего... — Она беспомощно развела руками.

Виктор молча подтащил к себе рюкзак. Всё, чем обладал он сам — баллончик с антисептической жидкостью для обработки рук, появляться в Милке без таких запрещалось Инструкцией. Кто бы знал, при каких обстоятельствах пригодится.

— А чем перевязать, у тебя есть? — София смотрела на то, как Виктор обрабатывает рану.

— Есть.

Он ухватил зубами рукав футболки. Дёрнул, разрывая материю.

Дождю Виктор радовался. Хоть какой-то способ смыть с себя грязь... Извлечённые из промокшего рюкзака кроссовки представляли собой жалкое зрелище. София охнула.

— Ты же так заразу занесёшь!

— Есть идеи получше?

Виктор попытался впихнуть обмотанную оторванным рукавом ступню в мокрый кроссовок. Тот обиженно всхлипнул.

— Я живу недалеко. — София махнула рукой в сторону высящегося за складами жилмассива. — Мы можем пойти ко мне, дома есть регенерационная мазь. В Храме мы часто помогаем больным. И обеззараживающие таблетки у меня есть. Это лучше, чем тебе в таком виде добираться до Юго-Восточного.

О том, чтобы обратиться куда-то за медицинской помощью, речь не шла. Это в Грине любой нормальный гражданин, едва выбравшись из Нейтрала, вызвал бы врача и максимум через десять минут сидел в уютной амбулаторной машине. Здесь, в Милке, позволить себе вызов медслужбы могли не многие.

— Храни тебя Одиннадцать, — от души поблагодарил Виктор.

Локация: Белый округ, Юго-Западный сектор.

Жилмассив № 14

Квартирка Софии оказалась если и менее убогой, чем жилище Эльзы, то ненамного. Две небольших комнаты, одна из которых проходная, кухня и санузел — настолько тесный, что раздевался Виктор с осторожностью, чтобы не биться о стены локтями и коленями.

— У меня тут не слишком роскошно, — смущённо заметила София, — но зато мы рано пришли. Горячая вода должна быть.

Вода действительно была. Виктор, стараясь расходовать её экономно и беречь физиономию Бернарда Краувица, с наслаждением вымылся. Улыбнулся наклеенным на крашенные в голубую краску стены картинкам — разноцветным рыбкам, вырезанным из плёнки-самоклейки. Подумал, что София вырезала их, наверное, ещё в детстве. Вместе с матерью пыталась создать в своём жилье подобие уюта.

— Мужской одежды у меня нет, — предупредила София перед тем, как Виктор пошёл в душ. — Но есть пижама, она довольно просторная. Вот, — сунула ему в руки сверток. — А еще у меня отличная стиральная машина, с сушкой! Она уже была в этой квартире, представляешь? Когда папа умер, нам с мамой пришлось переехать. Квартиру из-за машины продавали дороже, но она того стоит, правда! Через два часа твои вещи будут, как новые.

Пижама, выданная Софией, состояла из просторной футболки и шортов. То и другое — нежного персикового цвета, украшенное по рукавам и штанинам оборками.

Над шортами Виктор хмыкнул, отложил в сторону. Обмотал бёдра полотенцем. Футболку честно натянул