каким-то парнем. Услышав, как открывается дверь, он поднял голову.

Нахмурился. Похоже, понял, что что-то случилось.

— Мне нужно поговорить с тобой, — сказал Уилли. — Наедине.

Бампи отложил кий, бросил взгляд на то, как лежали шары, будто собирался потом доиграть партию, после чего сказал:

— Пошли.

Он двинулся вперед. Они прошли в заднюю комнату, где Бампи обычно решал дела. Это было небольшое помещение с одним окном. Стол, несколько стульев, бутылка виски на столешнице и пара бокалов. Ни денег он тут не хранил, ни документов — недостаточно надежное место.

Бампи пропустил Уилли первым, после чего закрыл дверь и сказал:

— Рассказывай.

И Уилли рассказал все. Как вышел из парикмахерской, как вошел в переулок, где попался в ловушку. Про угрозу, сорок процентов, которые, по мнению Шульца, мадам Сент-Клер должна была ему платить. Про то, что его собирались избить, и про то, как он достал револьвер и застрелил всех троих.

Бампи слушал, не перебивая. Когда Уилли закончил свой сбивчивый рассказ, он подошел к столу, налил два бокала виски, один из которых протянул Уилли.

— Выпей, — сказал он. — Тебе нужно.

Уилли взял бокал, выпил залпом. Виски обожгло горло, но ему стало намного легче. Все-таки страх как-то незаметно подобрался, взял за душу. Но теперь все хорошо.

— Тебя кто-нибудь видел? — спросил Бампи.

— Нет, — покачал головой Уилли. — Переулок был пустым.

— А когда уходил?

— Тоже нет, — он снова мотнул головой. — Я проверял, петлял по улицам.

Бампи кивнул, потом сел на край стола, отхлебнул из бокала и сказал:

— Ты все сделал правильно. Я говорил вам: если белые полезут, то стреляйте. Ты и выстрелил.

— Да но… Теперь Шульц захочет меня убить. Трое его людей мертвы, их убил я.

— Шульц и так хотел нашей крови, — Бампи пожал плечами. — Разница теперь только в том, что он знает, что мы ему ответим.

Он криво усмехнулся, сделал еще глоток, и продолжил:

— Раньше его люди думали, что могут прийти в Гарлем и делать все, что им заблагорассудится. Избивать нас, грабить, угрожать. А мы должны терпеть, потому что мы черные, а они белые. Теперь они знают, что мы стреляем в ответ. И это хорошо.

— Мадам Сент-Клер знает, что ты раздал нам оружие? — спросил Уилли.

— Скоро узнает. Я ей расскажу сегодня вечером. А тебе нужно исчезнуть на пару дней. Есть куда?

— У меня тетка в Бронксе, — заметил Уилли.

— Вот и хорошо. Езжай к ней, сиди тихо. Когда все уляжется я за тобой пришлю. Все, иди, уезжай прямо сейчас. Револьвер пока держи при себе, но как спрячешься, избавься от него. Ты хоть перезарядился?

— Нет, — покачал головой Уилли.

— Тогда перезарядись. Учти, на тебя могут напасть еще раз. Все, иди.

Уилли двинулся на выход, но остановился, повернулся и спросил:

— Бампи, что теперь будет?

Бампи усмехнулся, но без тени веселья и как-то очень недобро.

— Война будет, — ответил он. — Шульц пришлет еще людей, и мы их тоже убьем. Потом он пришлет еще. И еще. И так будет продолжаться, пока кто-то не сдастся.

Он подумал немного, но сказал:

— Раньше было бы именно так. Но теперь все будет иначе — мы атакуем первыми.

— Но он сильный… — заметил Уилли. — У него много людей.

— Не волнуйся, парень, — сказал Бампи. — У нас есть союзники — люди, которые хотят, чтобы Шульц проиграл. Они нам помогут.

Уилли не знал, о ком говорит Бампи, но, судя по всему, это были белые. Белые, которые хотят помочь черным против белых? Зачем им это?

Но спрашивать Уилли не стал. Это было не его дело.

Он попрощался и вышел из комнаты, а потом и из бильярдной. Ему нужно было ехать к тетке, пересидеть, пока все не успокоится.

А Бампи остался в задней комнате. Раз уж началось, то сейчас не до партии, нужно решать вопросы.

Он допил виски из бокала, налил еще, а потом достал из кармана то, что Лучано передал ему вместе с оружием. Список с именами и адресами людей Шульца в Гарлеме.

Они больше не будут ждать, терпеть избиения и грабежи. Довольно этого. Теперь у них есть оружие, много хорошего оружия, которое привезли итальянцы по приказу Лаки. И будет еще, он ясно дал это понять.

Даже удивительно, что этот белый выполняет обещание. Редко такое бывает, что белый делает то, что говорит черному. Странный он, конечно.

Ну а теперь, раз все началось, то пора воевать.

Не ждать, атаковать первым, достать столько людей, сколько получится. А потом Шульцу придется высунуться лично для того, чтобы попытаться навести порядок. И вот тогда-то они его убьют.

Квинни может не согласиться, она наверняка попытается спустить все на тормозах или натравить на Шульца полицию — как будто они поверят черному против белого. Но нет. В этот раз он возьмет все в свои руки.

Глава 8

Адрес, который дал мне Макгрегор, привел меня в Бруклин, на Флэтбуш-авеню. Приехал туда я на своей машине, которую по моей просьбе мне подогнали к одной из забегаловок на Деланси.

Пока я сидел там и ел не очень вкусные сэндвичи, то думал о борще, который для меня приготовила Гэй. Было это несколько дней назад, и его наверняка уже либо съели, либо вылили. Жаль даже, сам ведь просил. Но других вариантов, в общем-то, нет — отсвечивать на Хестер до тех пор, пока война не закончится, я не собираюсь.

Это было старое кирпичное здание, и здесь был вход в подвал, который выходил прямо на улицу. Уж не знаю, что там находилось раньше, да и вывески не было, только крепления от нее, да и вообще никаких опознавательных знаков.

Пока шел к двери, огляделся. На дверях магазинов и витринах появились яркие плакаты, которые уведомляли о скидках. Ну вот, началось, кризис постепенно стал добираться и сюда. Раньше никаких скидок не было, а теперь никто ничего не покупает. Вот и продавцам приходится сбрасывать цены.

Но то ли еще будет.

Я добрался до входа в подвал, увидел, что дверь приоткрыта. Оттуда доносились глухие удары и мужские голоса.

Я вошел, и в нос мне тут же ударили запахи пота и кожи. Это оказалось достаточно большое помещение с высокими потолками, пол был бетонным, но кое-где оказался покрыт старыми матами. Окна под самым потолком, забранные решетками, боксерский ринг с потертыми канатами в центре, и несколько тяжелых груш, свисающих с потолка на цепях.

Имелись тут, кстати, и снаряды для силовых тренировок: скамейки, стойки с гантелями и шкафами.