Шая внимательно выслушала меня, прекрасно понимая серьезность ситуации.

— Я сделаю все возможное, Виктор. Начну переводить прямо сегодня ночью, — пообещала она. Затем она чуть пододвинулась ко мне, и в ее глазах снова вспыхнуло то самое неукротимое любопытство. — Но ты так и не рассказал, что тут случилось. Как ты умудрился устроить бойню в Актовом зале, оказаться на ковре у Императора и выйти оттуда живым?

Я тяжело вздохнул, собираясь с мыслями.

— Ладно. Слушай, — произнес я.

И я рассказал всё, что произошло с самого начала, как мы столкнулись с Александром Борисовичем Крыловым в коридоре. Я описал его блестящую актерскую игру, его суетливость, которая усыпила мою бдительность. Я рассказал про бутылку коньяка, про яд, парализовавший мое тело, и про то, как я, будучи призраком в собственном разуме, выжигал токсины из крови. Рассказал о возвращении, о выбитой двери, о спринте по коридорам и, наконец, о той безумной дуэли на истощение в центре роскошного зала, где мне пришлось спасать жизнь Виктории и разрывать иллюзию Мастера на глазах у всей олимпиады.

— В общем, доппельгангер очень хорошо сумел притвориться Крыловым, который, к слову, сейчас хрен знает где, — я задумчиво почесал заросший колючей щетиной подбородок, глядя в пространство комнаты.

В голове внезапно щелкнуло.

А ведь действительно. Если эта тварь расхаживала в облике Александра Борисовича, использовала его память, его профессиональные знания и даже его мелкую моторику, значит, настоящий коронер из Химок был жив.

Я должен был сообщить об этом. Я вспомнил свой астральный полет: непроглядная тьма, густой бурелом, старый покосившийся дом и сырой подвал, где лежал второй гримуар.

Что-то мне очень настойчиво подсказывало, что именно там, в какой-то тайной лежке, сейчас находился живой, но плененный человек, и ему точно нужна была помощь. Причем срочно, потому что без своего мучителя, который приносил ему воду и еду, он был обречен на долгую и мучительную смерть от обезвоживания.

— Шая, напиши кому-нибудь срочно сейчас из своих и скинь геометку, что в том месте, где мы с тобой искали книгу… — начал я, поворачиваясь к эльфийке.

— Возле леса? — тут же уточнила она, перебив меня на полуслове.

— Да, — кивнул я. — Там надо искать человека. Какой-то подвал или что-то в этом роде. Может, какие-то дома там были егерские или заброшенные охотничьи заимки. Может, старые послевоенные доты или погреба. Что угодно. Главное — прочесать квадрат. Если Крылов там, счет может идти на часы.

— Минуту, — она не стала задавать лишних вопросов, просто вытащила рабочий телефон из кармана, разблокировала экран и стала быстро печатать, формируя срочную директиву для дежурных групп СБРИ и МВД.

— Готово. Координаты переданы в диспетчерскую. Думаю, прямо с самого раннего утра этим вопросом займутся. Поднимут дроны с тепловизорами, пустят кинологов. Если он там, его найдут.

— Супер, — я с облегчением выдохнул. — А сейчас, если не возражаешь, я приму душ и буду ложиться спать. Мой физический и магический ресурс ушел в глубокий минус. Я едва на ногах стою.

Эльфийка понимающе пожала плечами, устраиваясь поудобнее на стуле перед письменным столом.

— Пожалуйста. Я же не твой надзор, — ответила она спокойно. — Иди отдыхай. А я займусь пока книгой. Нужно хотя бы первично структурировать оглавление и понять, в каком разделе искать механизмы разрыва привязок.

Я кивнул, развернулся и направился в ванную комнату.

Закрыв за собой дверь, я первым делом стянул с себя то, что осталось от моего костюма. Испорченный брызгами шампанского и моей собственной кровью пиджак, полетел на кафельный пол. Туда же отправилась рубашка, галстук и брюки.

Встав под струи горячей воды, я оперся руками о стену кабинки и просто закрыл глаза. Вода смывала с меня грязь, пот и остатки засохшей крови. Тело гудело, каждый сустав ныл, напоминая о сумасшедших кульбитах в Актовом зале и о той чудовищной перегрузке, которую я испытал, вытягивая токсины из собственной крови.

Закончив с водными процедурами, я натянул чистое белье, которое предусмотрительно достал из шкафа, и вышел обратно в комнату.

В номере царил уютный полумрак. Основной свет был погашен. Шая сидела за столом, повернув плафон настольной лампы так, чтобы яркий круг света падал исключительно на раскрытые страницы темного гримуара. Она уже глубоко погрузилась в работу. В одной руке эльфийка держала свой телефон, периодически делая снимки страниц для цифрового архива, а пальцами другой руки задумчиво вертела простой карандаш.

Я не стал ее отвлекать, а подошел к своей стороне кровати, откинул одеяло и лег.

Стоило моей голове коснуться подушки, как сознание просто отключилось. Без сновидений, без тревожных метаний, без призраков прошлого или голоса гримуара.

Ночь прошла абсолютно спокойно.

Пробуждение было мягким. Никаких криков, никаких сирен или стука в дверь. Я открыл глаза и несколько секунд просто смотрел в потолок, после чего повернул голову.

На другой половине широкой кровати, поверх покрывала, спала Шая. Она так и не разделась, оставшись в халате, лишь подтянула колени к груди, свернувшись калачиком. Ее дыхание было ровным и тихим. А в руках покоился раскрытый древнеэльфийский гримуар. Она заснула прямо в процессе чтения, не в силах побороть усталость.

Я осторожно, стараясь не скрипеть пружинами матраса, приподнялся. Тихонько приблизившись к ней, я аккуратно потянул тяжелую книгу из ее ослабевших пальцев. Шая едва заметно нахмурилась во сне, но сопротивляться не стала. Забрав фолиант, я взял с прикроватной тумбочки карандаш, который она вчера вертела в руках, и заложил его между страницами там, где она остановилась, в качестве закладки. Закрыв переплет, я отложил артефакт на стол.

Взяв свободный край теплого одеяла, я бережно укрыл эльфийку, подоткнув края, чтобы ей было комфортно.

Время не ждало. Бросив взгляд на настенные часы, я увидел, что стрелки подбираются к девяти утра.

Я быстро подошел к шкафу, достал свой повседневный темно-серый костюм. Одеваясь, я прокручивал в голове план действий на сегодня. Министерство магии. Регистрация. Аттестация. Все то, что пообещал мне Федор II.

Поправив воротник перед зеркалом и убедившись, что выгляжу достаточно презентабельно, я тихо направился к выходу из комнаты. Осторожно нажал на ручку, чтобы не разбудить спящую Шаю, вышел в коридор и прикрыл за собой дверь до легкого щелчка.

Не успел я сделать и двух шагов в сторону лестницы, как из-за угла вырулил человек в форме внутренней охраны пансионата.

— Граф Громов? — окликнул он меня, ускоряя шаг.

— Я Громов, — ответил я, останавливаясь.

— Доброе утро. Вас ожидают, — патрульный подошел ближе. — Всех участников прямо сейчас собирают в главном холле первого корпуса. Я как раз шел