Поскольку гауптвахты в батальоне не было, Шаулину влепили пять нарядов вне очереди, отправив копать нужник, а его пассию осудили на комсомольском собрании.

Командование же приняло строгие меры к пресечению непотребства, для чего организовало патрули, призванные выявлять и отлавливать самовольщиков. Девиц это возмутило, несколько наиболее активных прорвались к комбату, где устроили чуть ли не скандал.

Порядок, в конечном счете, навели, но врагов себе нажили.

Незадолго до выброски начальство банно-прачечного комбината уговорило Полозкова передать им для стирки белье всех бойцов с командирами, обещая вернуть его через сутки. Белье сдали, оставшись в гимнастерках и бриджах.

Прошел день, второй, третий, а белье не возвращали, мол, сгорело при дезинфекции. И только за день до вылета всем привезли новое – со складов. Вот такой оказалась девичья месть за бойкотирование их внимания.

Глава 6

Снова за линию фронта

В течение 8 сентября наши войска вели бои с противником на всём фронте.

На смоленском направлении двадцати-шестидневные бои за город Ельня под Смоленском закончились разгромом дивизии «СС», 15 пехотной дивизии, 17 мотодивизии, 10 танковой дивизии, 137, 178, 292, 268 пехотных дивизий противника. Остатки дивизии противника поспешно отходят в западном направлении. Наши войска заняли г. Ельня, наша авиация продолжала наносить удары по войскам противника на поле боя и уничтожала авиацию на его аэродромах. В ночь на 8 сентября наши самолёты бомбардировали Бухарест. Все самолёты вернулись на свои базы.

(из сводки Совинформбюро)

Ранним утром двадцатого августа 1941-го года радист принял радиограмму штаба Западного фронта, в которой начальник штаба маршал Советского Союза Шапошников срочно вызывал командира батальона Полозкова к себе. Перед вылетом тот приказал командирам рот и спецподразделений привести подразделение в полную боевую готовность.

К исходу того же дня комбат вернулся в расположение части. Он привез приказ на десантирование и топографические карты районов действий десанта в тылу врага. В штаб немедленно были вызваны командиры двух рот, подлежащих заброске за линию фронта.

Майор сообщил им, что готовность десантников назначена на 22.00 часов двадцать второго августа. К этому времени на аэродром прилетят самолеты для выброски десанта. На боевое задание отправляются подразделения старших лейтенантов Терещенко и Романенко. В своем районе каждая действует самостоятельно.

Более ответственное задание возложили на роту Романенко, поскольку ее бойцы имели опыт действий в тылу врага.

– В штабе фронта мне было приказано, – продолжил Полозков, – направить в Калининскую область самых опытных бойцов.

Далее он подробно охарактеризовал то тяжелое положение, которое создалось на Западном фронте, и отметил, что в планах гитлеровского командования на первом месте стоит захват Москвы.

На московском направлении немецкое командование сосредоточило саму мощную группировку своих войск, именовавшуюся группой армий «Центр», под командованием генерал-фельдмаршала фон Бока. В ее состав входили отборные танковые и моторизованные соединения, артиллерия и авиация.

– Наши армии, – сказал в заключение майор, – в исключительно тяжелых условиях ведут оборонительные бои. Ваша задача – задержать противника на день, два, неделю. Не дать ему возможности подвоза живой силы и техники к фронту.

Это будет существенной помощью Красной Армии и защитникам Москвы. Каждый уничтоженный гитлеровец, каждый танк, каждый взорванный мост или пущенный под откос эшелон – неоценимая помощь фронту. Прежде чем отдавать боевой приказ, прошу вас вдуматься в то, что сказано о положении на фронте. Помните, враг силен и коварен. Но мы должны его победить во что бы то ни стало. Вы будете бить врага на дальних подступах от столицы, но помните, что защищаете Москву. Я уверен, что задачу, которую ставит перед нами командование фронтом, вы выполните.

Далее командир батальона отдал боевой приказ, который гласил:

– роте Терещенко выброситься в район Духновщины Смоленской области и, действуя двумя группами, взорвать два моста через реку Хмось. После их уничтожения перейти к разведывательно-диверсионным действиям, совершая налеты на тылы противника, уничтожая обозы и линии связи;

– роте Романенко, действуя в районе станции Старая Торопа, Торопец Калининской области, блокировать железные и шоссейные дороги, идущие из Великих Лук на Ржев и Бологое. Взрывать железнодорожные и шоссейные мосты на них, пуская эшелоны врага с живой силой и техникой под откос. В течение двух недель не дать противнику возможности подвоза к линии фронта людских резервов, техники и боеприпасов. После выполнения основной задачи перейти к разведывательно-диверсионным действиям.

Подробный инструктаж получили у начальника штаба батальона Кучеренко. Он выдал офицерам топографические карты района действий, указал на них места приземления и сбора. Пометил очередность, а также сроки уничтожения объектов врага.

Второй роте придавались две коротковолновые радиостанции. Радисты Ивашутин с Бобровым получили коды, позывные и часы сеансов связи со штабом фронта.

Прибыв из штаба батальона, командир роты Романенко построил всех, рассказал об обстановке на фронте и поставил задачи перед личным составом. При этом подчеркнул необходимость тщательной подготовки к десантированию. Личному составу следовало изучить карты, место приземления и районы действий, пункты сбора, сигналы и пароли при сборе. Девять бойцов переодели в гражданскую одежду. Секретарю партбюро сдали партийные и комсомольские билеты, удостоверения личности, фотографии и другие документы. Для подрывных работ, помимо взрывчатки, которую брали с собой, в два грузовых парашюта поместили дополнительную. В оставшиеся дни под усиленным контролем бойцы просушили и уложили свои парашюты, получили боезапас, взрывчатку и продовольствие.

Порядок был следующий. Подходили повзводно. Каждый получал три диска патронов к автомату ППШ, пистолет ТТ с двумя обоймами, финку или кинжал. Все это укладывалось на амбарные весы и дополнялось толовыми шашками с запалами до тридцати килограммов. Затем выдавали две плитки шоколада, батон сырокопченой колбасы, шмат сала и пачку рафинада. Остальное добирали по желанию – патроны, махорку, рыбные консервы, соль. Но чтоб общий вес не превышал тридцати шести килограммов. Эта цифра строго выдерживалась. Помимо названного, каждому выдали по пятьсот рублей денег, которые предназначались для покупки продуктов у населения.

В назначенное время, сгибаясь под тяжестью парашютов, снаряжения и боеприпасов, роты двинулись на посадку в самолеты. Погрузились без происшествий. Взревели моторы и крылатые машины ушли на запад. Линию фронта пересекли на большой высоте.

Во втором ТБ-3 летели почти все участники первого десанта: лейтенант Иванченко, Андреев, Бойко, Легостаев, Усатов, Бойцов, Сафонов, Гвоздилин, Книжников; радисты Ивашутин с Бобровым, Зорин, Плюшкин и другие. По всему протяжению маршрута, не наблюдалось ни одного огонька на земле. Она была темной и мрачной.

Глядя в иллюминатор, Легостаев думал о Маше. Из сводок совинформбюро он знал, что немцы подходят к Ленинграду и беспокоился