— Иди, детка. И ни о чем не волнуйся. До тех пор, пока ты не переодеваешься в одежду служанок и не сбегаешь из дома, ты в безопасности.

— Могла бы и не напоминать, — сказала с укоризной.

— Могла, — мама лукаво улыбнулась. — Но вдруг ты забудешь?

«Забудешь тут».

Я действительно отправилась спать. После вливания крови, лекарств, супов и соков силы восстанавливались с удивительной скоростью, но не настолько, чтобы прийти в норму за два дня. К вечеру я чувствовала себя уставшей и сонной осенней мухой, едва-едва ползущей к себе в норку. Или куда там могут ползти мухи?

Зато утром была полна сил. Проглотила кашу с фруктами, запила компотом. Каву мне пока не разрешали, но я не роптала — любая еда казалась вкусной. Думаю, даже ненавистный магряновый сок показался бы деликатесом!

Зал собраний гудел от голосов высших драу. Даже в своей потайной нише я чувствовала, как искрит от напряжения воздух, видела какими подозрительными взглядами обмениваются стороны, слышала какие неприятные слова звучат.

Малахар выглядел весьма довольным собой. Напомаженные волосы цвета перца с солью влажно блестели, зеленые глаза хитро жмурились, губы кривились в улыбке победителя. Амет сидел, уставившись вниз на свои сплетенные пальцы. Наследник казался удрученным и усталым. На его фоне я выглядела бы образцом здорового питания и сна.

«Видимо, все идет не так, как ты задумал…»

Словно подслушав мою печальную мысль, мужчина вскинулся. Нахмурился, быстро оглядел присутствующих, помрачнел и снова тяжело уронил голову, мазнув по столешнице светлыми волосами.

Непрошеная жалость уколола под ребра. Что бы я не думала про этого драу, но в душу он мне забрался. Жаль, что наследник не смог противостоять дяде. Действительно жаль. И тут же всколыхнулась ярость на Малахара. Деспот и тиран, держащий своих подданных в кулаке! Ведь можно делать все иначе! Мама, например, ни разу не прибегала к принуждению! Я бы никогда не смогла жить под его постоянным давлением.

Постепенно шум стих, начались переговоры. Сначала стороны обменялись списком пленных, потом подготовленными проектами протоколов. На изучение ушел почти час, я бы заскучала, если бы в зале не было Амета. А так провела почти все время, наблюдая за ним.

— Прошу слова, — встал драу Зумр — мамин советник по внешней политике. — Хочу напомнить всем присутствующим, что согласно предварительным договоренностям, стороны остаются при своем. И княжество Сваргон и империя Вексерон понесли потери, к счастью, не такие страшные. Мы рады, что обеим сторонам хватило благоразумия вовремя остановиться.

Амет даже ни разу не поднял головы. Зато император улыбался и кивал на каждое утверждение.

— Потому ваш проект о переходе княжества под протекторат империи выглядит как минимум странно, — продолжил драу Зумр. — Позвольте узнать мотивы?

— Я передумал, — громко произнес Малахар. — Расклад изменился и точно не в вашу пользу…

— Объясните, — холодно вставила мама, пока император переводил дыхание.

— На моей чаше весов появились две новые гирьки, — Малахар жмурился от удовольствия. — Мой дорогой племянник вернул себе силы и пополнил ряды высших драу империи. Мой наследник силен, умен и верен своему сюзерену.

Я видела, что Амету не нравится то, что говорит его дядя. Блондин стиснул зубы и еще сильнее помрачнел.

— Поздравляю, — произнесла мама тоном «смотри не подавись».

— Вторая гирька, — сладко улыбнулся Малахар, — еще более весомая. Вы знаете о чем я, княгиня Яникс. Речь идет о вашей дочери.

— Не понимаю, что Вы имеете ввиду, император. Говорите, пожалуйста, прямо, сейчас не время для намеков.

Малахар злобно сощурился. Мама не выглядела слабой и расстроенной из-за пропавшей дочери, и это явно бесило императора.

— Ваша дочь, княжна Эникс, «гостит» в империи, — выплюнул Малахар. — И станет залогом мира между нашими странами.

— Боюсь, у вас неверная информация, — мама ядовито улыбнулась. — Я не знаю, кто именно гостит у вас во дворце, но моя дочь дома.

Я видела, что Амет поднял голову, настороженно оглядываясь, словно прислушиваясь к чему-то. Малахар вытянулся, привстав и уставился на маму. Остальные имперцы замерли, явно не зная как себя вести.

— Зачем эта ложь, княгиня Яникс? — из голоса императора исчезла вся сладость. — Я видел княжну два дня назад.

— А я полчаса назад, — мама явно наслаждалась ситуацией. Я видела, что драу Зумр подает ей знаки, явно умоляя не раскрывать карты, но княгиню несло. — Ах да, вылетело из памяти. Эни действительно была у вас некоторое время. И осталась не в восторге. Надеюсь, что пожив у нас, вы поймете, КАК нужно встречать гостей.

«Ох, мама!»

В зале повисла такая тишина, что я слышала биение собственного сердца. Амет теперь сидел распрямившись и откинувшись на спинку высокого стула. Смотрел он в мою сторону так уверенно, словно в нише пропал зачарованный полог.

— Докажите, — проскрежетал Малахар, привстав и нависнув над столом. — Пригласите княжну.

— Почему бы и нет, — беспечно кивнула мама. — Это будет уместно, все же вы своего наследника привезли с собой. Я тоже хочу похвастать дочерью. Эни, милая, подойди.

Мамины советники напряглись еще больше. Тщательно прописанный план переговоров, утвержденный самой княгиней, не подразумевал моего сегодняшнего выхода в люди. Однако, выбора не было. Я встала и сделала пару шагов, выходя за пределы защиты. Тишина из глухой стала звенящей.

Я посмотрела на Амета. Прямо и без улыбки и немного растерялась. Он улыбался. Широко, открыто и с явным облегчением. Я тихо хмыкнула, заставляя уголки губ не ползти вверх в ответ. Перевела взгляд на Малахара и едва не отшатнулась.

— Ах, забыла сказать, — весело произнесла мама, — Эни тоже недавно получила дар. Редчайший и сильный — такой, каким владели лишь первые драу. Моя девочка умеет делать разрывы.

Мама действительно гордилась и радовалась. И вообще, кажется, она единственная получала настоящее удовольствие от происходящего. Остальные драу, что наши, что имперские, находились в состоянии от «что я тут делаю, после такого свидетелей не оставляют» до «если доживу, будет чем похвастать перед внуками».

Малахар был в бешенстве. Его зеленые глаза словно выцвели, побелели от злости. Амет все также улыбался, но во взгляде появилось мрачное удовлетворение, смешанное с отчаянием.

— Вернемся к обсуждению проекта? — кашлянул драу Зумр. Все вздрогнули от тихого звука как от выстрела.

Я отступила, вернулась в нишу, которая, судя по постоянным любопытным взглядам, перестала быть потайной. Княжеству больше нечего было скрывать.

С усилием, словно проворачивая вручную огромное колесо, переговорщики старались взять себя в руки. Разговор возобновился. Только четверо драу в них не участвовали, скрестившись взглядами через стол. Малахар смотрел на маму и никак не мог справиться со злостью и разочарованием. Мамин взгляд я не видела, но