а Валерон — на мои колени, и мы отправились ликвидировать возникшую угрозу. Переход был прямо к дому Саморядова, но самого его там не обнаружилось.

— Давай, чтобы время не терять, соберем ценности? — предложил Валерон, азартно облизнувшись. — А потом я его проглочу, когда подойдет.

Дом я вскрыл быстро. Несмотря на то что хозяина не было, магическая защита не была активирована. Похоже, опасался Саморядов чужого проникновения только тогда, когда в доме был сам. Мебель у него оказалась старая, изрядно пошарпанная и протертая. То ли потому, что ему было всё равно, то ли ради маскировки.

Времени хватило на тщательный обыск. К сожалению, всей добычи были лишь материальные ценности, в том числе сквернические артефакты. Никаких записей, никаких списков скверников, никаких злодейских планов — даже в тайниках, коих оказалось намного больше, чем один за бочкой с капустой. Бочек с капустой вообще оказалось три в разных концах приличного размера подпола, и тайники обнаружились рядом со всеми.

Валерон цапнул свиную ногу, выглядящую довольно аппетитно.

— Птосу отнесу, чтобы ему не скучать, — сообщил он. — И вообще, оставлять здесь ничего не стоит. Продукты имеют обыкновение портиться, а это будет обидно. Люди старались, делали, а мы нагло плюем на их труд.

Продуктов оказалось не так много — кроме сразу же выделенной Птосу ноги, начатая головка сыра и несколько кружков колбасы. Было заметно, что хозяин дома предпочитает столоваться в другом месте, а то, что лежит в подполе, использует для перекусов. Или с похмелья — бочек с огурцами тоже было три, причем одна оказалась уже наполовину пустой.

Других овощей в подполе не было, зато полных бутылок хватало, причем не кустарного заполнения. Этикетки были не только на русском языке, других тоже хватало. Не отказывал себе хозяин дома в радостях бытия.

Как и Валерон, очистивший подпол под ноль. Теперь мышам было не только нечего есть, но и негде вешаться, потому что Валерон помелочился, забрал и полки, заявив, что в Камнеграде пригодится. Мол, там все полки в хранилищах рассыпались, каждая доска пригодится.

Всю мебель в этот раз Валерон с тяжестью на сердце решил оставить, сочтя ее недостаточно качественной для князя, коим нынче я являлся.

— Такое воровать — позор! — убежденно заявил он. — То же мне, скверник. Мог бы себе чего поприличнее подобрать.

— Зачем? Если он рассчитывает занять место Молчановского, логично, что княжеское имущество уже сейчас считает своим.

— А эту мебель стащил там, где плохо лежала, чтобы не делать ненужных трат?

— Как вариант, — признал я.

Мебель в доме Саморядова действительно производила впечатление солянки сборной. Не подбирали старательно здесь никогда предмет к предмету, напротив — брали первый попавшийся, если в нем возникала необходимость.

— Разве что книги взять? — задумался Валерон. — Мите. Вдруг там что между страницами найдется.

— Бери, — щедро разрешил я. — Мы тогда с Птосом возвращаемся в Верх-Иреть. Ты поджидаешь Саморядова и возвращаешься в Святославск.

— Я тогда сначала в Камнеград прыгну, — предложил Валерон. — Оставлю дружине бочки. И полки.

Про колбасу он умолчал, наверняка решив, что найдет ей куда лучшее применение. Колбасы было мало, на дружину не хватит, а вот одному маленькому, но очень прожорливому песику поможет поднять уровень энергии.

Вернулся я в Верх-Иреть вовремя. Не прошло и десяти минут, которые я провел, расхаживая перед домом и размышляя, как приехала маменька с Наташей.

— Ах, Петенька, какую прелесть мы заказали Наташеньке! Она будет самой красивой дамой на балу. Чистый восторг. Шелк, кружева, даже вышивку обещают сделать вовремя. Через день нужно будет появиться на примерке, поэтому будет лучше, если ты оставишь Наташеньку у меня.

Ужас, который при этих словах отразился на лице моей супруги, было сложно передать словами.

— Благодарю за заботу, маменька. Что бы мы без тебя делали, не представляю. Но мы лучше не станем обременять тебя более необходимого и вернемся через день. Мне тоже необходимо будет сходить на примерку.

— Но Наташеньке нужны развлечения, — убежденно сказала маменька.

— В Святославске их хватает.

— С твоей стороны, Петенька, жестоко напоминать мне о том, чего я лишена, — заявила маменька.

— Маменька, я тебя очень люблю и ни в коем случае не хотел бы расстраивать, но сейчас нам пора. Поцелуй за нас Ниночку.

Я отдал приказ Птосу проявиться. Маменька ахнула и отшатнулась, чуть не упав. И даже не отреагировала, когда Наташа подошла к ней попрощаться — всё внимание моей родственницы было приковано к Птосу.

Птос исчез вместе с Наташей, а маменька неожиданно выпалила:

— Петенька, не хочу собачку, хочу это. Это же прелесть что такое. Мне это нужно. Что хочешь делай, но ты должен мне такого подарить.

— Увы, маменька, это не в моих силах и не в силах кого-либо другого. Такое подарить невозможно. Это может открыть только маг лично, когда использует кристалл. И то никто не знает, какого типа помощник получится.

Птос вернулся и замер в ожидании, когда я на него залезу. Я и залез, но команды отправляться пока не давал, поскольку разговор был не закончен. Маменька любила, когда последнее слово оставалось за ней, в противном случае она потом долго обижалась, на что у нас не было времени, поскольку она обеспечивала Наташе одежду для бала. Потерять такого союзника прямо перед одной из битв я не имел права.

— Совсем никак? — грустно спросила маменька. — То есть у меня никогда не будет такого?

— Совсем никак. Мне очень жаль, но это невозможно.

— Ах, Петенька, умеешь ты расстроить, — махнула она рукой и пошла домой, повернувшись ко мне спиной.

Слова прощания пришлось бросать ей вслед, она не повернулась, лишь подняла руку в перчатке и изобразила прощальный жест. Маменька была слишком расстроена, чтобы говорить. Похоже, в Птоса она влюбилась сразу, как увидела, и теперь будет страдать от невозможности взаимности.

Вернулись мы с Птосом в Святославск, и я прошел в дом. Отзывать летающего призрачного помощника я не стал — места снаружи для него хватает, а поскольку он в невидимости, то и пугать не будет никого из соседей.

Валерон пока не прибыл, поэтому я решил заняться тем, что было необходимо на балу в дополнение к одежде — украшениями. Для меня требовался самый минимум: запонки, карманные часы и булавка для галстука. А вот Наташе придется делать полный набор, и его нельзя начинать без