на показную милость. – Лизаветушка, ведь если ты хоть что-то узнаешь о шаловливом, шумящем привидении, ты ведь расскажешь мне, правда? И чтоб обед был готов к трем часам, мы все сегодня немного задержимся.

Видимо, ответом послужило согласное молчание, потому что хозяйка гордо удалилась, пройдя мимо нас с котом. Рыжий толстяк вжался задом в стену, пряча меня в густой шерсти, так что я не удержался и чихнул. Стелла Эдуардовна на секунду удостоила Тирана презрительным взглядом и, не сбавляя шага, спросила:

– Понравилось ходить к ветеринару, инфекция ходячая?

Кот демонстративно чихнул, вытер нос лапой и виновато улыбнулся ей вслед. Через минуту меня выпустили на свободу.

– Между прочим, я мог тебе лапу сломать. Предупреждать же надо, а не наскакивать из-за угла.

– Носиться не на-адо, ка-ак на-аскипида-аренный, – сурово ворча, парировал он. – Ра-азуй гла-аза-а и смотри впредь, куда-а прешь – прямо к ведьме в зубы!

Я помотал головой, мы хлопнулись ладонью в лапу и вдвоем проследовали на кухню. Сестра Елизавета все еще была там. Как оказалось, величавый Тиран не мог ее видеть, но зато отлично слышал и ощущал присутствие потустороннего существа.

Хотя сама девица и видела, и слышала его, но кошачьего мяуканья не понимала абсолютно. В монастыре ее общезвериному не учили. Так что я был единственным переводчиком при их личном знакомстве. Не чопорным, на британский манер, а по-ирландски открытым:

– Сестра, представляю вам своего толстого приятеля, кота Тираннозавра! Можно просто Тиран, он не обидится.

Монашенка улыбнулась и поклонилась.

– Тиран, дружище, вот эта милая девушка по имени Елизавета изволила заступиться за меня перед красавицей-стервой, правящей вашим домом в отсутствие старины Владимира!

Рыжий так старательно изобразил поклон, что чудом не кувыркнулся через голову. В общем и целом они вполне себе поладили. Да и как могло быть иначе, если все женщины любят котиков? Так устроен мир с Тимофеем Баженовым. Мне это Мэри на своем смартфоне показывала.

Я же подумал о том, что если теперь Стелла Эдуардовна узнает о том, что Елизавета не сдала меня, то лишь от одного-единственного типа на свете. И это будет контрольной проверкой его лояльности. Рискованно, признаю, но иначе не интересно. Так что уж пусть все будет как будет…

По моей первой же просьбе сестра Елизавета вмиг накрыла стол: холодная яичница, хлеб, масло, сыр, немного молока и чай. Хотелось бы виски, но я прекрасно понимал, что не получил бы его, даже если б у монашенки имелся открытый доступ к мини-бару.

Это был слишком принципиальный вопрос в ее понимании, и, как ты ни брыкайся, толку – как от штопанного-перештопанного килта на ветру! Поэтому я не артачился и не рвал постромки. Одно лишь дружеское отношение такой девушки стоило всего алкоголя мира! Поэтому непременно выпью за ее здоровье при первом же случае…

Пока я набивал брюхо, а кот лакомился полученным в честь знакомства ломтиком копченой ветчины, ненавязчиво встал вопрос о том, чего, собственно, хотят добрейшая мачеха и две ее доченьки от моей Светлой Госпожи.

Как оказалось, никто ничего толком не знает, но все согласны с тем, что в доме творится нечто подозрительное. Тиран предполагал, что от Мэри желают избавиться путем перемещения ее в какой-нибудь пансионат для странных детей с опасными отклонениями. И да, даже он считал девочку не вполне обычной.

Сестра Елизавета проявляла куда больше понимания и христианской любви. Вот только, по ее мнению, именно любить, а не судить она была обязана всех без исключения. Поэтому близняшки, как и их мамочка, были для монашенки просто заблудшими созданиями, не понимающими, как опасна всепоглощающая тьма…

По поводу Мэри она также не могла сказать ничего определенного. Кроме того, что девочка добрая и наивная, что она напрасно увлеклась магией, что отцу стоило бы уделять ей больше внимания, да и вообще мир в семье должен строиться на духовных ценностях, а путь насилия ведет в никуда.

На вопрос, где она видит этот самый «путь насилия», наша бледная монашенка ответить не смогла или не захотела. Лично я склоняюсь ко второму. У христиан есть такая черта: они искренне верят в присутствие Божьего духа в каждом человеке, поэтому им просто стыдно говорить о нем плохие вещи.

Я не такой.

Мы, проказники, ни к чему не привязаны и всегда лепим в лицо то, что думаем!

Но и давить на несчастного призрака невинной девушки было бы преступно. Она уже и так огребла свое широкой лопатой, по самые ноздри! Не хватало еще и мне быть ей инквизитором за ее же принципы.

Пусть стоит как скала. Это всегда вызывает уважение. А по поводу Мэри…

– Никто не против, если я самостоятельно обследую дом? Или вы знаете какие-то места, куда чужому лучше не заходить?

С обеих сторон повисло неуверенное молчание. Значит, я был прав!

Первым сдался кот. Тиран, мрачно постукивая тяжелым хвостом, предупредил, что гуляния по коридорам и комнатам ночью всегда чреваты, а попытка подняться на чердак может оказаться для меня последним восхождением. Да-да!

В то же время сестра Елизавета была твердо уверена, что в этом доме нет ничего страшнее подвалов. Именно туда каждый день убегали милые девчули Жока и Мика, именно оттуда они возвращались мрачными, усталыми и злыми, как звери. Что, может быть, и странно, но кто проверял? Никто.

– Друзья мои, – я примиряюще поднял обе руки, – признаю вашу общую правоту. Благодарю за своевременное предупреждение и за поддержку голодающей Ирландии, пусть даже в лице одного лишь скромного парня по имени Мак О'Коннел…

Тиран многозначительно переглянулся с сестрой Елизаветой (даже не представляю, как у них это получилось) и обернулся ко мне:

– Это зна-ачит, что ты все ра-авно пойдешь к ведьме в па-асть? Ты дура-ак, а-а не прока-азник!

– Я не ради себя! А исключительно из заботы о глупенькой, милой Мэри…

– Ты действительно сумасшедший парень, – улыбнувшись, сказала бывшая монашенка, – но я благословляю тебя и от всей души желаю тебе победы, маленький герой…

Я поклонился им обоим, после чего размеренным шагом (с набитым желудком) побрел по коридору в сторону комнаты моей Светлой Госпожи. Кто бы знал, какая засада меня там ждет! Если не задумываться о неприятностях, это не гарантирует того, что и они дружно позабудут о тебе…

…Ну да, да! Проказники – они такие! Вечно лезут туда, куда их не просят, и повсюду устанавливают свои правила поведения.

Сколько лет с ними боролись все церкви Ирландии – вспомнить страшно!