другие животные, — объявил он с низким поклоном. — Добро пожаловать на величайшее рождественское шоу на земле…

Харлоу была очарована. Это была та сторона Сойера, которую она еще не видела. Она знала непринужденного, добродушного Сойера, серьезного лидера клана Сойера, заботливого и защищающего друзей Сойера, страстного умелого любовника Сойера, и теперь он был здесь как артист — такой уверенный, самонадеянный и харизматичный. Это было очень сексуально. Три рычащих льва-оборотня выскочили на арену, и он щелкнул хлыстом, а затем поднял пылающие обручи, чтобы они могли перепрыгнуть через них. Она завороженно смотрела, как Сойер двигался, такой сильный и ловкий, его мышцы перекатывались под костюмом, его глубокий звучный голос руководил представлением, и по мере того как продолжалось шоу, она чувствовала, что все сильнее и сильнее возбуждается, покалывание в ее клиторе превратилось в глубокую, пульсирующую боль между бедер.

После того, как львы прыгнули через огонь и балансировали на высоких подиумах, а также прыгали и исполнили свои душевные номера, Сойер объявил следующий номер — воздушное шоу, Мелина и Резия скользили по длинным лентам, которые свисали с купола шатра. В тоже время Харлоу заметила какое-то движение у открытого входа в шатер. Какая-то фигура проскользнула внутрь, а затем еще одна поспешила к местам в задней части шатра. За ними следовали еще и еще. И когда в следующий раз Харлоу оторвала свое внимание от потрясающего действия на арене, около тридцати горожан наблюдали за шоу с широко раскрытыми глазами.

Затем выступали лошади, Сойер оседлал Эрика, пятнистого оборотня, а затем клоуны несколько минут показывали свой комичный номер. Теперь шатер был заполнен на четверть, и Сойер вернулся на арену

— Дамы и господа, оборотни и дети, спасибо, что посетили этот предварительный просмотр. Я надеюсь, вам понравилось. Расскажите об этом своим друзьям, семье и врагам, и, пожалуйста, приходите завтра на нашу премьеру!

Раздался громкий стон разочарования, и Харлоу ухмыльнулась. Они вернутся завтра, в этом нет никаких сомнений.

* * *

— Может быть, ты останешься в своем костюме, — сказала Харлоу, когда они с Сойером позже вернулись в его трейлер.

— Да? Тебе понравилось? — спросил он, его губы скривились в очень порочной ухмылке.

— Ага.

Она провела рукой по обнаженной шее и груди, как жаждала весь вечер, наслаждаясь тем фактом, что хотя все могли видеть его на арене, она была единственной кто мог прикоснуться к нему.

— Знаешь, что бы тебе подошло? — спросил он, раздевая ее. — Костюм танцовщицы. Маленькая нижняя юбка и корсет будут невероятно смотреться на твоих изгибах. Может быть, с чулками и поясом с подвязками.

— Хм, — уклончиво сказала она, забираясь на него верхом, обнаженная и уязвимая, в то время как он оставался полностью одетым, таким сексуальным и сильным.

Она была так возбуждена, что ей не нужна была никакая прелюдия, и она крепко поцеловала его, когда он расстегнул молнию на штанах и вошел в нее.

Глава 11

На следующий день, в субботу, Харлоу была очень удивлена, когда пришла в город с Сойером. Кто-то прикрепил гирлянды к фасаду своего дома, а на другом доме кто-то на окне развесил мишуру.

— Как ты думаешь, нам тоже стоит повесить какие-нибудь украшения? — спросил ее отец.

— Да, конечно! Давай пройдемся по магазинам.

— Я могу отвезти тебя, — предложил Сойер. — Но нам придется взять большую старую машину Винса.

— Нет, давай посмотрим папин пикап.

Они пошли в гараж и попробовали завести старый пикап, на котором не ездили уже несколько лет. После того, как Сойер добавил немного масла и бензина, и немного повозился с ним, тот ожил.

Они поехали в ближайший супермаркет и приобрели все украшения, какие только смогли достать. Харлоу сняла деньги со своего сберегательного счета, но ей было все равно. Она была полна решимости и хотела, чтобы горожане отпраздновали это событие с шиком.

Вернувшись, они украсили дом внутри и снаружи, даже поставили во дворе несколько светящихся оленей. Затем они отнесли то, что осталось к Ребекке и Карли и в полдюжины других домов, периодически останавливаясь по пути.

Когда наступила темнота, и все разноцветные огни осветили ночное небо, город выглядел очень красиво. «Как и любой другой город, с нетерпением ждущий праздничного сезона», — мечтательно подумала Харлоу. Цирковые афиши снова появились, и сразу же люди начали покидать свои дома и направляться на территорию лагеря. К тому времени, когда Харлоу пришла в цирк, большой манеж был полностью заполнен. На самом деле, мест для всех не хватило, и воздух был полон звуками возбужденной болтовни. Харлоу болталась у входа, ее сердце колотилось от предвкушения и волнения за Сойра и его клан.

Зрелище было ослепительным. Они многое не показали прошлой ночью, было так много невероятно разнообразных выступлений и развлечений. Было здорово видеть оборотней, которых она узнала, как обычных людей, на арене, которые изо всех сил старались произвести впечатление на свою аудиторию. И зрители хлопали, подбадривали, смеялись и ахали на протяжении всего выступления в полном восторге.

Когда представление закончилось, и весь клан взялся за руки и поклонился, раздались овации. Люди надрывались, кричали, улюлюкали и выражали свою любовь.

— Им действительно нужно было выпустить пар, — позже сказал Сойер, когда они выпивали и праздновали вместе с кланом.

— Конечно, они это сделали, — ответила она, счастливо смеясь.

На следующий день Ребекка не смогла присоединиться к Харлоу и Карли в обеденный перерыв, потому что люди попросили ее помочь с рубкой сосен в лесу.

— Вау. Если так будет продолжаться и дальше, то не останется ни одного дерева. Почему бы нам не начать свой бизнес? — сказала Харлоу.

Она нашла оптовика, и после работы они взяли пикап ее отца и набили его деревьями.

Как только они вернулись и выгрузили деревья, вокруг собрались люди, желающие их купить, и они потащили их домой с сияющими от возбуждения лицами.

На следующий вечер манеж был заполнен полностью, и на третий и четвертый тоже, поскольку репутация цирка росла и росла, люди приезжали со всех соседних городов, чтобы посмотреть представление.

Однажды утром по дороге на работу Харлоу на кое-что обратила внимание: больше не дул ветер. Она спустилась с территории лагеря, и погода не изменилась. Ей не пришлось плотнее закутываться в пальто и бороться с арктическим ветром, бьющим в лицо. «Странно», — подумала она. Но ветер не поднялся ни в этот, ни на следующий день.

А потом, что еще более странно, люди также начали приезжать в Ветреную лощину, говоря, что это «самый красивый рождественский городок, который они когда-либо